На линии огня - Михаил Сидорович Прудников

приобретал в боях с карателями, которые не могли простить себе неудачу в Лужках и предприняли несколько отчаянных попыток уничтожить отряд. Трижды за первый месяц своего существовании отряд отражал атаки значительно превосходящих сил врага, успевая нанести упреждающий встречным удар и затем выйти из окружения, неся минимальные потери.

6. БОРЬБА ЗА МАГИСТРАЛЬ

По численности личного состава отряд, созданный вблизи напряженного железнодорожного участка линии Полоцк — Невель, был одним из самых больших в бригаде. Его постоянными объектами диверсии были железные дороги.　

В одни из осенних дней я вызвал в свою землянку командира отряда Анатолия Александрова. Мне всегда нравился этот умный жизнерадостный человек. В том, что отряд, расположенный вблизи деревень Стойки и Белый, сражался умело и успешно, была его немалая заслуга. И помощники Анатолия Александрова — комиссар Иван Мартинцев и начальник разведки Николай Горбунов — были под стать ему.　

Однако на этот раз я собирался обсудить с Александровым не прошлые заслуги, а задачу намного сложней тех, которые отряд решал до сих пор.　

Имевшиеся у нас сведения, информация, полученная из Центра, и данные соседей — все говорило о том, что железнодорожные перевозки гитлеровцев к фронту на нашем участке значительно активизируются. Мы не могли не помешать этому, особенно в районе Полоцк — Невель, где движение возрастало с наибольшей интенсивностью. Подпольный райком партии считал, что «Неуловимые», в тесном взаимодействии с подпольщиками, справятся с этой задачей.　

В тот памятный день Анатолий Александров получил приказ руководства бригады: максимально, а по возможности и полностью парализовать железнодорожное движение на участке Полоцк — Невель. Это была задача, равноценная приказу «ни шагу назад», который хорошо знаком нашим воинам по первым дням войны. Правда, здесь его точнее можно было сформулировать, как «ни шагу вперед» — для врага.　

Александров внимательно и внешне совершенно спокойно выслушал приказ, но я заметил в его взгляде некоторое напряжение — очевидно, командир критически оценивал боевые возможности своего подразделения. Через мгновение он коротко продублировал приказ:　

— Есть максимально парализовать движение на указанном участке.　

— Дело очень серьезное. Справишься? Или нужна помощь? — спросил я.　

Александров склонился над картой района, и я лишний раз убедился, что выбор мои правилен — командир отряда предельно четко понял поставленную задачу.　

— Прежде всего необходимо подготовить пути подхода к железнодорожному полотну, — выкладывал свои соображения Александров. — На участке разъезда Алешье-Тупик стоят железнодорожные составы из товарных вагонов, оставленные здесь после эвакуации. Надо убрать их с пути подхода. Охрана самого полотна многочисленна и хорошо вооруженная…　

— Здесь мы поможем, — пообещал я и коротко поведал о полученных из Центра приборах «бромит» для бесшумной стрельбы из винтовок.　

— Превосходно! — обрадовался Александров. — Это как раз то, что нужно.　

Началось одиннадцатимесячное, не прекращавшееся ни на один день, сражение отряда под командованием Александрова за железнодорожную ветку Полоцк — Невель.　

Как всегда, первой вступила в действие разведка. Пока диверсионные группы освобождали пути подхода к участку, взрывая нагроможденья поврежденных вагонов в Алешье-Тупике, на полоцкой железнодорожной станции приступил к выполнению конкретного задания разведчик «Валентин».　

Противник без особого внимания отнесся к взрывам в Алешье-Тупике, поскольку вышедшие из строя вагоны его не интересовали. Это было предусмотрено Александровым, как и многие другие дальнейшие действия гитлеровцев.　

Благодаря «Валентину» и его товарищам с полоцкой железнодорожной станции удалось вывезти несколько бочек со скипидаром, и последние взрывы в Алешье-Тупике сопровождались огромным пожаром. Теперь　противник не мог оставаться безучастным — опасаясь распространения огня, он стянул в Алешье-Тупик большие силы. Но, как это часто бывало, гитлеровцы искали партизан не там, где они находились. В это время прогремели мощные взрывы в нескольких местах железнодорожного участка Полоцк — Невель. Здесь нашими бойцами впервые были использованы «бромиты», позволявшие бесшумно снимать охрану.　

Урон врага был существенным: развороченные рельсы, пушенный под откос эшелон и взорванный мост. А попытка гитлеровцев повсеместно навести порядок рассредоточила их силы и позволила тут же провести еще две диверсии.　

По предварительным подсчетам разведки, движение на магистрали было остановлено минимум на десять дней, и эти десять дней штаб отряда напряженно занимался подготовкой новых операций.　

Противник принял экстренные меры по усилению охраны железной дороги: долговременные земляные огневые точки вдоль полотна, вырубленный на сто и более метров лес по обеим сторонам, несколько карательных экспедиций двадцатитысячного соединения гитлеровцев при поддержке танков, бронемашин и минометных подразделений — все это, по замыслу врага, должно было исключить возможность повторения диверсий такого масштаба со стороны партизан.　

Эти меры, возможно, и возымели бы свое действие, если бы отряд Александрова сражался в одиночку. Однако штаб бригады постоянно держал под контролем деятельность подразделения в районе Полоцка — Невеля, «Неуловимые» всегда были готовы прийти на помощь своим товарищам. Когда к Белому и Стойке вышла карательная экспедиция гитлеровцев, ее «принял на себя» отряд под командованием Шинкарева. Он отвел противника от расположения отряда Александрова, дав ему возможность пересечь магистраль и дислоцироваться с другой стороны на заранее приготовленном месте, в лагере, подготовленном бойцами другого, соседнего отряда.　

Постоянное внимание отряду Александрова оказывал подпольный райком партии. Полоцкие подпольщики получили специальное задание без промедлении обеспечивать Горбунова и его разведчиков необходимой информацией. В тесном взаимодействии с ними работал в Полоцке и «Валентин». Таким образом, поставленное перед отрядом задание выполнялось и в самом Полоцке.　

На полоцкой железнодорожной станции формировался　состав с техникой, и фашисты собирались пустить его при первом же затишье на магистрали. Но если раньше они помещали заградительные платформы впереди паровоза, то теперь враг придумал иную изуверскую хитрость: «заградительная» платформа, битком набитая советскими военнопленными, помещалась следом за паровозом. Гитлеровцы были уверены, что уж на этот раз, помня про обреченных на гибель соотечественников, мы не рискнем взрывать составы.　

Велико было коварство врага. Но и ответный ход, найденный «Валентином» с товарищами, был достойным ответом. Магнитная мина большой мощности была заложена в хвостовых вагонах состава, где размешались боеприпасы, и взрыв превзошел все наши ожидания: состав, по существу, был разгромлен, а передняя платформа с военнопленными осталась невредимой.　

Тогда фашисты предприняли другие решительные меры. В районе действия отряда Александрова, в деревне Каменка, они расположили крупный гарнизон, единственной целью которого было отрезать партизанам пути подхода к железной дороге Полоцк — Невель.　

В штабе бригады приняли план Александрова штурмовать гарнизон в Каменке. К сожалению, ночной штурм оказался неудачным — атакующие бойцы были обнаружены противником метров за 300 и встречены плотным огнем. Не желая терять людей, командир приказал отступить от Каменки. Но мы не отказались от цели освободить деревню от оккупантов, и в последующие