Военная разведка англосаксов: история и современность - Сергей Леонидович Печуров

не менее полного согласия между Белым домом и Разведывательным сообществом не было. В этот период президентская власть, пытаясь внести изменения в работу громоздкого и не привыкшего к контролю разведывательного аппарата, постоянно сталкивалась с определенными трудностями. Не помогли и неоднократные попытки президентской администрации, формально преследуя цель сохранения баланса и противовесов в специфической деятельности спецслужб страны, играть на противоречиях ЦРУ и военной разведки. Однако американские спецслужбы неожиданно для себя получили удар, откуда не ждали.

В 1974 году в СМИ США появилась серия статей, в которых приводились убедительные факты вмешательства национальных спецслужб в частную жизнь американских же граждан и данные об инспирируемых как ФБР, так и ЦРУ и военной разведкой кампаний по локализации и подрыву изнутри антивоенных движений, охвативших в тот период практически всю территорию страны. Новый президент Дж. Форд уже не мог игнорировать поднявшуюся волну возмущений и был вынужден сформировать специальную комиссию по расследованию данных фактов, которую возглавил вице-президент Рокфеллер. Законодатели посчитали необходимым перехватить инициативу у администрации и в начале 1975 года создали свои специальные комиссии, во главе которых были назначены соответственно сенатор Ф. Черч и член Палаты представителей О. Пайк.

Весной 1976 года были опубликованы два доклада комиссии Черча, один из которых, «Заграничная и военная разведка», напрямую касался разоблачений противозаконной деятельности практически всех спецслужб страны. Вслед за этим последовали новые публикации специальных докладов обеих комиссий, содержание которых не могло остаться без реакции как президентской администрации, так и законодателей.

Прежде чем предпринять радикальные действия, президент поинтересовался мнением представителей Разведсообщества и заслушал их предложения относительно структурных и кадровых перестановок. Руководители разведки, включая военную, одним из требований выдвинули предложение об устранении Киссинджера от «взятой им на себя функции по сути личного контроля над всеми разведслужбами страны» [5, с. 209]. Форд тут же пошел им навстречу и отстранил Киссинджера от должности своего помощника по национальной безопасности, оставив за ним пост государственного секретаря. Новым помощником президента по национальной безопасности стал выходец из среды военных генерал Б. Скоукрофт. Вслед за этим со своего поста был снят директор ЦРУ Колби, а на его место назначен бывший конгрессмен Дж. Буш. Вместо одиозного Комитета 40 Форд сформировал Оперативную консультативную группу (ОКГ) во главе со Скоукрофтом. В группу вошли практически те же представители разведслужб, что и в расформированном Комитете 40, включая представителей военных. Для сохранения баланса и противовесов внутри Разведсообщества была создана новая структура — Комитет по внешней разведке (КВР), в котором от военных был представлен помощник министра обороны по разведке. Одновременно Форд, идя навстречу пожеланиям разведчиков, предложил в законодательном порядке усилить меры судебной ответственности за разглашение секретной информации сотрудниками разведки. Тем самым администрация попыталась исключить в будущем разбирательства, подобные тем, что имели место в период работы комиссий Черча и Пайпа. Более того, президент Форд высказался резко против ряда инициатив законодателей, идущих, по его мнению, вразрез со стремлением администрации усилить централизацию управления Разведсообществом страны.

Реально ситуация во взаимоотношениях спецслужб США при президенте Форде складывалась в выгодном для них самих и для администрации направлении. Показательным являлось вмешательство Вашингтона во внутренние дела бывших португальских колоний в Африке — прежде всего Анголы и Мозамбика. И в том и в другом случае ЦРУ и военная разведка США действовали слаженно и в тесном взаимодействии, дополняя друг друга как в разработке, так и в проведении диверсионных акций против якобы прокоммунистических режимов в обеих ныне независимых странах.

Новый директор ЦРУ Буш, действуя в русле нового витка военных приготовлений, направленных против коммунистического лагеря, проявил инициативу и сформировал так называемую группу независимых экспертов, получившую впоследствии наименование «Команда Б». В этот орган были включены деятели правого толка, большинство из которых являлись бывшими военными, занимавшими высокие посты в военной разведке, включая начальника РУМО и бывших начальников разведки видов ВС. Именно эта команда обосновала требование о наращивании военных приготовлений США якобы перед лицом аналогичных действий со стороны СССР и его союзников. По рекомендации данной команды были проведены слушания в Конгрессе, на которых выступили со своими оценками в унисон директор ЦРУ и начальник РУМО, пытавшиеся доказать конгрессменам реальность неуклонного роста военных расходов государств коммунистического лагеря.

Таким образом, к концу «эры Форда» в Разведывательном сообществе США наконец сложился относительный паритет между гражданскими и военными разведчиками, что неоднократно проявлялось в идентичности их внешнеполитических оценок, представляемых руководству страны, и формальным отсутствием явных проявлений соперничества и попыток подмять под себя коллег из соседних спецслужб.

Вступив в должность президента США в 1976 году, представитель Демократической партии Дж. Картер выдвинул на должность директора ЦРУ человека из своей команды Т. Соренсена, настроенного кардинально реформировать Разведывательное сообщество страны. Взгляды Соренсена, с которыми он поделился при обсуждении его кандидатуры в Конгрессе, вызвали крайне негативную реакцию со стороны не только руководства спецслужб, включая военную разведку, но и представлявших их интересы в законодательных органах членов обеих палат главного законодательного органа страны. Картеру пришлось предложить новую кандидатуру — адмирала Стэнсфилда Тернера, бывшего главкома ОВС НАТО на Южно-Европейском ТВД, что, по мнению нового президента, имело свои плюсы с точки зрения нивелирования вечного соперничества между двумя ветвями разведки — гражданской и военной. Картер, выигравший выборы под лозунгом «борьбы со злоупотреблениями во всех ветвях власти и за права человека на международной арене» попытался через своего ставленника смягчить жесткий курс национальных спецслужб путем подчинения их своим указаниям. Картера, как и его предшественников, не устраивал факт практически самостоятельного выбора членами Разведсообщества поля своей деятельности и, как он считал, слабой координации их программ. Новый президент решил усилить централизацию в управлении спецслужбами путем своего личного руководства, через директора ЦРУ, всеми мероприятиями разведчиков. С подачи президента новый глава ЦРУ вновь выдвинул идею установить должность некоего «царя разведки», который обладал бы абсолютной властью над разросшимся Разведывательным сообществом. Тернер с негодованием отмечал, что, несмотря на его формально объединенную должность директора Центральной разведки и одновременно директора ЦРУ, фактически он контролировал лишь несущественную часть всего значительного объема разведывательной деятельности и, соответственно, бюджета Разведсообщества в целом. В 1976 году на слушаниях в сенатском комитете по делам разведки были приведены данные о том, что директор ЦРУ несет ответственность лишь за 10–15 % разведывательной