Китайцы. Особенности национальной психологии - Николай Спешнев

Хэнаньцы выражают согласие словом чжун (годится). Они высокосознательны, и если есть указания «сверху», никогда не будут протестовать и даже вникать в суть вопроса. В их подсознании с детства заложен стереотип: команда «сверху» — это вроде указа императора. Если сверху скажут, что петух может нести яйца, то хэнанец тут же подтвердит, что сам видел. Потому можно ничего не брать в голову, срабатывает коллективное бессознательное подчинение. Возможно, из-за своей доверчивости хэнаньцы частенько попадают впросак. Как говорят не без самоиронии сами хэнаньцы: «У нас в провинции легко заниматься спортом, но не производством». (Напомним, что знаменитый храм Шаолиньсы — Мекка восточных единоборств — находится именно в провинции Хэнань.) Кстати, слово «спасибо» в их устах — явление редкое. Благодарность свою они стараются выражать невербальным способом — улыбкой, рукопожатием, угощением. Так повелось, что к хэнаньцам принято относиться снисходительно и предвзято. Если произошло что-нибудь плохое, все кивают на хэнаньцев. У северян даже имеется уничижительное прозвище: «хэнаньские жулики». Считается, что у них мало цин «душевности» и ли «силы».

Своеобразную манеру поведения можно наблюдать и у жителей отдельных мегаполисов. Например, жители г. Лояна — люди уравновешенные и в какой-то степени даже консервативные. В народе говорят, что они скорее будут умирать с голоду, а просить милостыню не станут и ни за что не пойдут жаловаться. У них есть свои причуды: готовы не пить, не есть, не обращать внимания на свою одежду, дай только возможность что-нибудь строить. А жители города Ухань — главного города провинции Хубэй — отличаются плохим характером, резки в разговоре, любят спорить, готовы в любой момент подраться. Их грубоватость нередко пугает жителей других провинций. Они предприимчивы, мудры, искренни и щедры, всегда первыми придут на помощь, в особенности другу.

В городе Чунцин провинции Сычуань народ более горячий и прямой, чем в соседнем Чэнду. Несмотря на гористую местность, велосипедисты, даже люди пожилого возраста, готовы погоняться на скорость. Шуточных характеристик и здесь достаточно, например, отмечено, что в Чунцине таксисты не любят давать сдачу.

В провинции Хунань свои особенности. Местные жители любят похвастать большим числом именитых персон — выходцев из здешних краев. Это политические лидеры страны Мао Цзэдун, Лю Шаоци, Пэн Дэхуай, Чжу Жунцзи, художник Ци Байши, драматург Тянь Хань, композитор Тань Дунь, писатели Дин Лин, Шэнь Цунвэнь, Хань Шаогун, многие певцы, артисты, спортсмены. Это и консерваторы Цзэн Гофань, Цзо Цзунтан, Пэн Юйлинь, и сторонники прогресса, например Тань Сытун, и революционеры Хуан Син, Сун Цзяожэнь. В новой истории Китая революционерами были гуандунцы, чжэцзянцы давали деньги, а хунаньцы проливали кровь. Хунаньцы трудолюбивы и предпочитают заниматься конкретным делом. Их отличают настойчивость, стойкость и непреклонность в достижении цели и даже некоторое упрямство. Они самостоятельны и независимы, верят в себя, всегда готовы прийти на помощь. Хунаньцы — люди гордые, патриоты своей малой родины.

Общепризнано, что жители провинции Чжэцзян хорошие бизнесмены [75]. Основная их черта — деловитость и коммерческая жилка. Свидетельство тому — успехи, достигнутые ими в последние годы. По данным журнала «Форбс», из 50 самых богатых людей Китая 9 — это чжэцзянцы. Большинство успешных бизнесменов — бывшие крестьяне, сапожники, портные, разнорабочие, которые до начала своей коммерческой деятельности ничего не имели за душой и не являлись продолжателями чьего-то дела.

Известный экономист Лян Сяопин считает, что главное их преимущество над другими — в душевном настрое. В Китае провинция Чжэцзян считается кузницей лаобаней — так называют менеджеров предприятий, владельцев магазинов и ресторанов, хозяев мелких лавочек. Существует даже такое выражение, как «дух четырех тысяч», означающее, что перед тем, как начать свое дело, они, будущие бизнесмены и предприниматели, «прошли тысячу гор и рек, испытали тысячу бед и страданий, потратили тысячу слов, придумали тысячу способов и приемов», чтобы добиться успеха. За свою предприимчивость они даже получили прозвище «восточные евреи». При незначительной территории самой провинции и большой численности населения им нередко приходилось покидать родные места в поисках работы, и везде они добивались успеха. И неудивительно: еще с древнейших времен чжэцзянцы занимались торговлей. Говорят, что, куда бы ни попал чжэцзянец, на новом месте он сажает дерево, подчеркивая серьезность своих намерений. Чжэцзянские бизнесмены отличаются творческим духом и умением работать, готовы при этом, если понадобится, терпеть лишения. Они не боятся рисковать, честны и умеют держать слово; признают и исправляют собственные ошибки и снисходительны при этом к ошибкам других. Они с головой уходят в работу, любят свое дело, их отличает дух сотрудничества. Они не плетут интриг, способны конкурировать, стремясь к собственной выгоде, но в то же время не забывают и интересов партнера. Их отличает передовая и высокоэффективная организация труда и ответственность за свою продукцию.

В отличие от чжэцзянцев мужчины из провинции Шэньси относятся к бизнесу без энтузиазма. Они скорее будут кому-то завидовать, чем действовать сами. Китайские исследователи частенько любят сравнивать качества людей, проживающих в разных провинциях. Ниже мы приводим пример сопоставления чжэцзянцев и шэньсийцев. (Кстати, такой пронумерованный перечень характерен для китайского менталитета: предельная конкретность, а не общие рассуждения.)

1. Чжэцзянцы работают и учатся. — Шэньсийцы учатся ради учебы.

2. Чжэцзянцы работают для того, чтобы развиваться дальше. — Шэньсийцы работают ради почета.

3. Чжэцзянцы начинают с малого. — Шэньсийцы мечтают о крупном, не опускаясь до малого.

4. Чжэцзянцы не боятся идти куда глаза глядят. — Шэньсийцы предпочитают сидеть дома и никуда не ходить.

5. Там, где первые идут напролом, последние предпочитают отсиживаться.

6. Первые, разбив пиалу, берут глиняную. — Вторые берут золотую.

7. Первые инициативны, склонны к риску и, выходя на международный рынок, масштабны, дальновидны. — Вторые обладают мелкомасштабным мышлением, боятся хаоса, стремятся к равновесию.

8. Весь день думают о чем-то. — Думают о людях, сплетничают.

9. Делают, а не говорят. — Говорят, а не делают.

10. Интересуются экономическими проблемами. — Интересуются взаимоотношениями людей.

11. Строят дорогу, собрав деньги. — Просят дотацию у государства.

12. Общаются с торговцами. — Общаются с начальством.

13. Имеющих деньги уважают. — Богатых презирают.

14. Разбогатеть рассчитывают за счет торговли. — Полагаются на волю «императора» [144, с. 291–293].

Перечень можно было бы и продолжить.

Это лишь незначительная часть опубликованных в Китае материалов на эту тему, из которых видно, насколько внимательно китайская общественность фиксирует, казалось бы, незначительные нюансы в поведении своих соотечественников, проживающих на огромной территории страны. Естественно, что каждый этнофор помимо черт характера, свойственных нации в целом, обладает и своим собственным «набором» качеств. Тем не менее, как свидетельствуют приведенные выше факты, выясняется, что, при всей важности и значимости социально-исторических и культурологических факторов, при рассмотрении национальных особенностей психологии китайцев никак нельзя обойти крупные ареалы и микрозоны. Именно там в силу особых исторических обстоятельств формировались этнические группы со своими специфическим взглядом на окружающий мир, своим набором ценностей, своими представлениями об идеалах. Впоследствии обобщенный материал позволил нарисовать портрет современного китайца.

Глава 14

Градация жизненных ценностей (счастье, гадание, табу)

Понятие «счастье» в известной мере является относительным. Скажем, мать счастлива со своим ребенком, торговец счастлив, что удачно продал товар, старики счастливы, когда о них проявляют заботу дети. Перечень можно было бы продолжить. Как говорится, счастье — это неизвестно откуда прилетевшая бабочка. Тем не менее существуют различные критерии, по которым путем тестирования и опросов определяют отношение респондентов к данному понятию, или, точнее, что они под этим понятием подразумевают.

Одним из вариантов таких критериев является отношение к браку, работе, семье и самореализации. Чаще всего с понятием «счастье» связывают обладание материальными и духовными ценностями. При этом имеют в виду здоровье, брак, семейное благополучие, встречи с друзьями и родственниками, среду обитания, условия работы, заработок, уровень жизни, настроение. Нетрудно предположить, что при этом доминирует субъективная составляющая, собственная оценка. Как говорится, счастье — это максимум, но у каждого свой.