Та, кто сгорает изнутри (СИ) - Нора Кая

Способностью Колина являлось умение предсказывать будущее. Они оба из поколения Сола, но брату сила досталась намного более полезная. Вспышки-видения были внезапными, заставали врасплох. Но в итоге он мог влиять на события. Непостижимым образом создавал развилки в своём разуме, предполагая изменение определённых действий, и наблюдал различные варианты грядущего, до тех пор, пока оно не становилось реальностью. Колин говорил, будто видел Анну задолго до её рождения, знал о младшей сестре и ждал прихода в этот мир. Но как же вышло, что видение о смерти родителей его так и не посетило? Уникальный дар оказался бесполезен именно тогда, когда был нужнее всего.

Упоминание Колина можно считать обещанием его освободить? Зачем же иначе говорить о нём, да ещё и намёками? Если бы она только знала, что на Земле происходило противостояние двух равных сил… Но Кован и словом не обмолвился. Он никогда ни во что не посвящал Анну. В сердцах она стукнула кулаками по столу. Поверхность окрасилась красным, ПК заблокировался.

В кабинет заглянул Кован:

― Вы закончили?

Это непроницаемое покрытое морщинами лицо действовало на нервы.

― Вы сказали, что мой голос был отправлен в последний момент. Значит ли это, что вы сами проголосовали намного раньше? ― Анна встала, прямо глядя на консула.

― Я воздержался от участия, ― отозвался Кован непринуждённо. ― Мне не понравился ни один из кандидатов.

Анна остолбенела:

― И при этом вы заставили меня проголосовать.

― Я никогда и ни к чему вас не принуждал, ― он остановился перед столом.

Как же она возненавидела Давида Кована в этот момент. То, как консул использовал полномочия, направляя против Анны собственную, пусть и ограниченную, власть. Она покинула здание, размышляя о том, как однажды мужчине аукнутся все его поступки, и об итогах выборов.

Впервые в истории человечество возглавила представительница поколения Сола. Для сверхлюдей не существовало общепринятых законов, они вмешивались в привычный порядок вещей и насаждали хаос. Судя по недавнему противостоянию за место президентки, на Земле уже царил раскол.

Всё сложнее оставаться безучастной. Невозможно, закрыв глаза, просто стремиться к поставленной цели. Но намёк, прозвучавший в словах Тикс, вселил в надежду. Так ли важно какую цену предстояло заплатить ради помилования Колина, дарующего возможность свободно жить на Земле, не скрываясь от правительства? Раньше Анна дала бы ответ не задумываясь. Однако теперь её омрачали сомнения, содержащие образы тех, с кем сблизилась здесь, на Ни Мория. Теперь Анна не была уверена ни в чём и ступала в темноте.

Испытания

Демонстрация знаний и навыков, полученных за целый курс, оказалась пострашнее экзаменов общепринятых на Земле. И на то имелось несколько оснований. Во-первых, испытания не пересдавались, такая возможность просто не рассматривалась Тройной Т, во-вторых, если не набираешь достаточный для прохождения балл, то больше в Космической Академии не обучаешься. Это касалось всех трёх курсов без исключений.

Перед началом испытаний учащиеся бродили словно зомби, бормоча себе под нос. Почти никто друг с другом не общался, видимо, опасаясь забыть какое-нибудь важное слово или определение. Все встречи клубов отменили. Занятия стали посвящены повторению пройденного материала.

Нервотрёпка сказалась и на подругах Анны. Ку То ходило как в воду опущенное, едва замечая внешние раздражители. Микаэла приобрела привычку теребить кончик своей длинной косы, на которую в обычное время не обращала особого внимания. Даже самоуверенная Асс была напряжена как струна и не высовывала носа из-за электронной книжки.

Анна же уставала настолько, что сил на беспокойство просто не оставалось. Подготовка съедала всё свободное время.

Арчел начал уделять больше внимания каждому ученику и ученице в отдельности, разбирая непонятные моменты. На первых испытаниях первокурсникам предстояло пилотировать симуляторы. Однако не приходилось рассчитывать, что задания будут подобны тем, которые проходили по десятку раз на занятиях.

Сидя за завтраком накануне начала испытаний в приуроченный к этому выходной день, Анна проверяла расписание. Её специальность включала следующие предметы:

— Картография. Предстояло повторить все названия звёзд, чтобы не спутать звезду из этой галактики и из соседней;

— Технологии полётов. Вновь зубрёжка, только теперь частей космических кораблей и принципов их работы;

— Субординация. Необычный предмет, обучающий правилам поведения при связи с другими космолётами и коммуникации с участниками команды разных рас, исключая людей, разумеется;

— Космология. Устройство космоса, начиная с космического мусора, заканчивая планетами;

— Пилотирование. Главный предмет для будущих лётчиц.

Итого пять, назначенные в разные дни и время.

Ку То сдавало те же дисциплины, с большинством из которых легко справиться, имея феноменальную память. Но сонго всё равно переживало больше человека.

― Проблемы с пилотированием? ― поинтересовалась Анна у подруги.

Ку То подёрнуло плечами в знак согласия, но не подняло глаз от голофона. Больно смотреть на подобное состояние, но ничего не поделаешь. Анне хватало забот. Она не представляла, как уместить в одной голове сотни терминов и не запутаться.

Однако не было смысла бояться провала. Никто не ждал успеха человека. Родители мертвы, Колин в тюрьме, изолированный от всего и всех. Анна сама по себе и некому огорчаться, если вдруг не справиться.

Если на секунду прикрыть веки, то можно увидеть Колина, поступающего в Космическую Академию. Люди часть вселенского сообщества. И он легко вписывается, обретая множество друзей среди пришельцев. Выпускается с отличием, а на его место приходит Анна. Наставники тепло встречают сестру талантливого студента. Родители провожают дочь в космопорту перед отправкой на Ни Мория и обнимают на прощание. И Колин там же улыбается ей…

Вот только Анне было не свойственно тратить время на пустые фантазии.

Позже, прогуливаясь в одиночестве, размышляла о неотвратимом настоящем. Её пребывание в КА было той ещё шуткой.

Колин всегда знал, кем хочет стать в будущем. Мама брала маленького сына поглядеть на истребители, которыми управляла. Она собиралась переучиваться, чтобы пересесть на космолёты, и напитала своей страстью Колина. Он и правда любил пилотировать. Но что нравилось Анне? Ничто не стремилась постигнуть, никем не хотела становиться. Она стала собственным разочарованием задолго до того, как научилась думать о будущем.

Ривалю и Асс надлежало возглавить цивилизации. Микаэла никогда не распространялась о своих планах, но в ней горело желание перемен. Ку То не имело выбора, но нашло отдушину в лильоне ― чудо-инструменте собственного изобретения. Даже высокомерный Сил имел чёткие планы на жизнь.

Однако Анна никогда не задумывалась, что станет делать, освободив брата. Если всё сложится плохо, они проведут всю оставшуюся жизнь в бегах. А если хорошо и Колина оправдают… он снова вернётся к любимой работе. Они станут семьёй как раньше. Этого было пока вполне достаточно. Когда бьёшься за каждый миг, думать о большем — значит напрасно обнадёживаться.

Ноги привели Анну к беседкам. И она было уже собралась повернуть обратно, как чужая рука схватила за предплечье и затащила в ближайшее гнёздышко, предназначенное для парочек. Стоило оказаться внутри, как её отпустили, предплечье ныло. Анна столкнулась с ониксовыми глазами Болеса. Нежданный и крайне неприятный сюрприз.

Советник выглядел равнодушным. Деловито скрестил руки на груди. Единственный представитель расы принсов не вызывавший ни малейшей приязни своим видом. Возможно, он намеренно этого добивался, перекрашивая волосы в настолько чёрный цвет, что локоны смешивались в единое пятно.

― Будь я искушённым в мирайя ния, непременно пожелал бы тебе провала на испытаниях для твоего же блага, ― проговорил Болес ровно, чуть склонив голову набок.