Дремлющий дом - Ана Ашлинг

что она ни капли не поверила старику. Эйден был вхож в Дормер-Хаус на правах друга ее племянницы, оплатить его учебу в университете для тети Вивиан было вполне естественным, даром что тот был одним из лучших в своем выпуске. С чего бы ей хлопотать ради внучки старого Гарри? Иначе бы все подростки города выстроились у ворот Большого дома в очередь за стипендией.

– Да и доказательств у меня никаких нет. Я же удочерил Джо после того, как с Хелен случилось несчастье, – продолжал пожилой мужчина, он посмотрел на часы и несколько раз моргнул, с силой смыкая веки. – Моя дочь… Она всегда была такой чувствительной, такой хрупкой, как фарфоровые балерины в этих… как там было… музыкальных шкатулках. А я заставил ее подписать ту бумагу, отказ… Сплетен боялся. Старый Дормер сгорел как спичка, похоронил сына да в том же году слег. Так и моя Хелен не смогла смириться с потерей мистера Николаса, а я еще велел ей оставить в приюте последнее напоминание о нем. Там умеют о детях заботиться, так я ей говорил…

По морщинистым щекам Ллойда текли слезы, прозрачные, как и радужка его глаз. Кустистые брови подрагивали, а тонкий рот искривился. Клои протянула ему свежий платок, и он с благодарностью принял его и вытер лицо.

– И как вам удалось забрать Джо? – спросила Клои, она протянула руку к фотографии, чтобы рассмотреть неожиданно обнаруженную родственницу поближе. – Я столько раз видела ее на улице, но даже подумать не могла…

Последнюю мысль Клои произнесла почти шепотом, точно слова вырвались у нее случайно. Вдруг посуда на кухонных полках задребезжала, стены и пол сторожки завибрировали, точно при землетрясении, а снаружи раздался резкий гудок и шум двигающегося поезда. Джули подскочила на месте, а старый человек отложил платок, разгладил его на коленке и усмехнулся.

– Три пятнадцать, все по расписанию. – Ллойд ткнул указательным пальцем в сторону часов, покрытых пылью. – Люблю поезда за их точность. О чем это я? Да… Мисс Кристин Клиффорд мне подсобила. Она только переняла у отца управление приютом, часто навещала ребят, всех по именам знала, сейчас-то уже все не так, приедет под Рождество, раздаст подарки, чтоб помнили, кому обязаны куском хлеба, и нет ее. Я схоронил дочку да через год поехал в Брайербрим. Мисс Клиффорд, кажись, имела кое-какие соображения по поводу моей Хелен, но держала их при себе. Передала мне Джо с рук на руки и не задала ни единого лишнего вопроса, точно знала, что она моя внучка. Так и забрал ее, а в городе сказал, что малышка – дочь моих дальних родственников.

– Но это не уберегло Джо, – сокрушенно покачала головой Клои, припомнив что-то из своих юных лет, проведенных под крылом тети. – Мэтт Белл и его дружки не упускали возможности подколоть ее, дескать, мать принесла в подоле… Простите, мистер Ллойд.

Клои прижала ладонь к губам, остановила саму себя. Ее слова могли больно ранить старика, который в одиночку заботился о своих внуках. Но Гарри только отмахнулся, конечно, он знал все, о чем болтали в Хейзвудсе про его семью.

– У Беллов с нами свои счеты. Родной брат нашего нынешнего констебля не давал дочке проходу. Ничего удивительного, такая красавица, многие на нее заглядывались. Фред ходил за ней по пятам, но какая девушка на него взглянет, если за ней ухаживает сам Молодой Дормер? – невесело усмехнулся пожилой мужчина. Их беседа погрузила его в воспоминания о прошлом, о всех совершенных ошибках. Задумался ли Ллойд, как бы могла сложиться жизнь его дочери, не потакай он ее тайному роману?

Вновь послышался отдаленный звук, приближающегося поезда. Джули, поглощенная рассказом станционного смотрителя, поняла это только по вибрирующему дивану. Клои пожала сухую ладонь Ллойда и обернулась к подруге:

– Твой телефон, Джулс.

То, что девушка приняла за стук колес по рельсам, было сигналом ее мобильного, зажатого где-то между изумрудных подушек дивана. Джули пробормотала извинения и выскочила наружу, когда покраснела до кончиков ушей от неловкости. Увидев на дисплее имя профа Хива, она тут же приняла вызов.

– Алло, профессор Хив! Вы получили фотографии? – Девушка закусила губу и скрестила пальцы на удачу. А вдруг посылка затерялась в пути и преподаватель звонил сообщить ей, что она упустила шанс на участие в конкурсе?

– Привет, Тезер. Да, они у меня. – Медленный и сладкий как патока голос Хива послышался в трубке. Джули услышала, как чиркнула зажигалка, и поняла, что мужчина закурил, она подумала, что когда-нибудь эта пагубная привычка его прикончит. – Клои Дормер в качестве модели… Ты упорная, должен заметить.

У Джули внутренности скрутились в узел. Сейчас было самое время сказать, что очередная попытка пролезть в свет за счет подруги-аристократки выглядела жалко, а в ее работах нет ни капли таланта…

– Я понял, что ты хотела сказать. Дормер в своем семейном поместье, окруженная призраками родственников, от которых ей никогда не избавиться… – Хив одобрительно хмыкнул, с шумом выпустил дым. – Несколько в лоб, но мне понравилась стилизация под спиритическую фотографию времен королевы Виктории. Сама печатала снимки?

– Д-да, – сумела выдавить его студентка, не веря своей удаче. Профессор Хив одобрил ее работы! Скупой на похвалу преподаватель никогда не разбрасывался комплиментами просто так.

– Правильно, не бойся марать руки, Тезер. Не скажу, что у тебя нет достойных конкурентов, но несколько кадров действительно неплохие. Забавно, твоя подружка выглядит куда более искренней разодетая в пух и прах, чем на тех летних снимках.

Джули поняла, что профессор говорил о той самой фотосессии, после которой начинающий фотограф зареклась снимать портреты, а портреты Клои Дормер тем более. И лишь настойчивость подруги и загадочная атмосфера дома ее детства смогли заставить Джули переменить свое решение.

– Клои настолько привыкла играть роль, которую ей отвело общество, что и сама не знает себя настоящую. Все видят в ней лишь часть рода Дормеров… – неожиданно для себя резюмировала девушка, уставившись на стену леса за пустой платформой. Над верхушками деревьев кружили птицы.

– Нас всех окружают тени ушедших родных, но отпрыски древних знатных родов видят их отчетливее… – философским тоном объяснил преподаватель. Джули представила, как он развалился в кожаном кресле в своем кабинете и вытряхнул содержимое трубки в пепельницу. – Молодец, Тезер. До встречи в университете.

Не дожидаясь ответа студентки, Хив оборвал звонок. Самодовольная улыбка расплылась по лицу Джули, а в груди потеплело. Жуткий узел в животе ослаб, но дрожь в коленях никуда не ушла. Профессор подтвердил то, что ей удалось заглянуть Клои в душу, приблизиться к пониманию ее мира, который совсем не