Черные руки - Стас Бородин

Мастер-скаут покачал головой.

— Ваш волшебник, конечно, был парень преотважный! Но и дуралей тот еще! Хорошо хоть брехливым крестьянам спуску не дал!

Пенбайт замахал руками, показывая, что не согласен ни с одним словом скаута.

— Ты, любезный, не знаешь что такое любовь! — сказал он возмущенно. — Ради любви мужчина готов на любые подвиги!

— Цена вашей любви пять медяков! — фыркнул Брас. — Пять медяков, и люби пока не натрешь мозоли!

— Дурень ты, Брас! — вздохнул Пен. — Никого ты кроме своей коняги не любишь!

— А что, — встрепенулся мастер-скаут. — Она уж точно получше любой бабы будет! Вот за нее, я любому глотку перережу!

— Смотрите на него, — Пен всплеснул руками. — Это все скауты такие?

— Не все, — вступился я за Браса. — Попадались мне и такие, что сами стихи писали!

— Про лошадей, небось? — усмехнулся Пенбайт.

— И про лошадей в том числе, — подтвердил я.

Однажды ночью я проснулся,От дуновенья ветерка,Губами глаз ее коснулся,В моей руке — ее рука.И тихо рядом до рассвета,Я притаился не дыша,Моим теплом она согрета,Как ты до боли хороша!

Мои товарищи задумались. На лице Пена появилась мечтательная улыбка, а Брас возмущенно хмыкнул.

— Скаут должен о деле думать, а не о юбках, — Брас осуждающе покачал головой. — Если я в карауле буду вирши слагать, корнвах подкрадется сзади, да засадит так, что мало не покажется!

— Дурак ты, Брас, — вздохнул Пен. — Кто же в дозоре о стихах думает! Это же надо такое придумать!

Мне стало стыдно, и я почувствовал, как заливаюсь краской. Хорошо хоть мои товарищи не умели читать мысли! Что бы они обо мне тогда подумали!

Пещеру мы обнаружили после полудня. Она походила на колотую рану на гниющем трупе, да смердело от нее не хуже!

Темная дыра была огромных размеров, ее края были неровными, испещренными исполинскими бороздами, словно чудовище, выбираясь из зловонных подземелий, оставило их своими когтями!

— Я туда не полезу! — сразу заявил Брас. — Можете называть меня трусом, можете хоть плюнуть мне в лицо, туда я не полезу!

— Ты подлый трус! — заявил Пен, и плюнул Брасу в глаз.

С громким воплем мастер-скаут обнажил саблю и погнался за стражником. Парочка исчезла в пещере в мгновение ока.

Не спеша смотав веревку, я осмотрелся по сторонам. Вход в пещеру был покрыт толстым слоем копоти. Закопченными были и камни под ногами, кое-где они были даже оплавлены, что говорило об использовании магического огня.

Интересно, эти следы оставил мастер Айдиола, или огнедышащий дракон?

Из пещеры выбежали Брас и Пен. У обоих лица были бледными, а руки тряслись.

— Пойдемте, хозяин, вы должны увидеть это собственными глазами! — сказал Брас. — Ох, мы и натерпелись страха, пока не сообразили, что эта тварь мертвая!

Недалеко от входа лежали останки дракона! Тварь лежала на боку, поджав исполинские когтистые лапы. Гигантские крылья торчали из спины как поломанные мачты с изорванными парусами.

Голова чудовища была размозжена страшным ударом. Череп был пробит насквозь, верхняя челюсть торчала под немыслимым углом, огромные кривые зубы были выбиты и поломаны.

С замиранием сердца я подошел поближе и увидел еще многочисленные повреждения. Шея у дракона была переломлена, передняя длинная конечность висела на обрывке кожи, а в боку торчало огромное ржавое железное копье.

— Как такое возможно? — прошептал Пен. — Этого дракона буквально раздавили, как собаку телегой!

— Какая силища была у вашего волшебника, — покачал головой Брас.

Мастер-скаут стоял рядом с приоткрытой пастью чудовища, в которую запросто можно было проехать верхом на коне.

Страшные черные зубы были длиной в мое предплечье, они, судя по всему, до сих пор не утратили своей остроты.

Шкура дракона разорвалась во многих местах, обнажая кости. Она совсем не походила на кожу амруса, из которой в Пааре делали шляпы. Она была грубой, покрытой чешуей с металлическим отливом, и, на вид, была очень прочной.

— Изрубили этого дракона страшно! — Пен покачал головой. — На нем даже живого места не осталось!

Крылья чудища были сломаны во многих местах, во многих местах они были распороты и висели как старая ветошь.

Мы с благоговением обошли исполина вокруг и остановились у шипастого хвоста, придавленного гигантским камнем.

— Наверно волшебник сначала поймал его за хвост, — предположил Брас. — А потом, с безопасного расстояния с ним разделался!

— Какое безопасное расстояние? — хмыкнул я. — Этот дракон был огнедышащим!

Увидев все своими глазами, я в очередной раз понял, что в реальности все было гораздо страшнее, чем в сказках и балладах! Представить себе юного волшебника в пещере заполненной дымом и огнем, с этим чудищем наедине было просто невозможно!

Как он сумел выжить? Как он сумел победить?

Какой шанс был даже у самого могучего чародея, против этой огнедышащей твари? У меня даже в глазах потемнело от потрясения. Картина, представшая нашим глазам, была настолько невероятной, что любая сказка, после увиденного, могла показаться правдой.

Я осмотрелся по сторонам и увидел отметины на стенах. Следы когтей, следы ударов шипастого хвоста, следы меча! Стены были располосованы от пола, до скрывающегося во тьме свода. Битва, произошедшая тут столетия назад, была по-настоящему ужасной!

— Пойдемте дальше, — попросил Брас. — Я больше не могу смотреть на эту несчастную тварь!

«Несчастная тварь» размерами была не меньше чем боевой корабль мастера Горманта! Мы переступили через вытянутые задние лапы, украшенные страшными когтями, вонзившимися в камень, и направились вглубь пещеры.

Пол плавно пошел под уклон. Стало гораздо теплее, а воздух стал совсем сухим и затхлым. Каждый шаг вздымал облачка пыли, которая тут же забивалась в нос и скрипела на зубах.

— Вы правы, мастер Маркус, — сказал Брас в полголоса. — Тут уже столетия не ступала нога человека. Вполне возможно, что и сокровища остались нетронутыми!

— А куда им деваться, если у входа такой страж красуется! — воскликнул осмелевший Пен. — Расскажу нашим парням, то-то они обзавидуются! Может, даже, драконий зуб прихвачу на обратном пути! Тогда точно никто не скажет что я враль!

— Нельзя его трогать! — покачал головой мастер-скаут. — Это может принести несчастье!

Пен вытащил из-под куртки молоточек Орвада, висевший у него на груди и торопливо приложил его ко лбу.

Стены пещеры были покрыты зеленым светящимся мхом, так что нам даже не пришлось зажигать факелов. Мы спускались все ниже и ниже, чувствуя, как воздух становится все более зловонным и менее пригодным для дыхания.