Ожерелье для возлюбленной - Кэт Мартин

– Успокойся.

– Я хотела… Хотела рассказать тебе еще до свадьбы. Господи, я должна была, но…

– И что? – спросил он нежно. Она попыталась вздохнуть.

– Сначала я хотела наказать тебя. Ты насильно заставил меня выйти замуж… Я думала, пусть получит, что заслужил.

– А потом?

– Когда мы… – она снова всхлипнула, – вернулись в Лондон, твоя матушка объяснила, как важно для тебя иметь наследника, чтобы передать ему имя Шеффилда. Потом я столкнулась с Артуром Бартоломью и убедилась в значении этого. – Она подняла на него глаза, слезы катились по щекам. – Мне очень жаль, Рейфел. Ужасно жаль. – Она снова зарыдала, и Рейф крепче прижал ее.

– Не надо плакать, любимая.

Но она не могла остановиться.

– Но как… Как ты узнал?

– Нейл Макколи сказал мне. Он считает, что ты в прошлом получила серьезную травму. Как это случилось?

Она прерывисто задышала, стараясь остановить слезы.

– Я каталась верхом в Уиком-Парке. После того как ты разорвал помолвку и я сбежала из Лондона… Я часто ездила верхом, это приносило облегчение, которого я не могла найти иначе.

– Продолжай.

– Накануне прошел сильный дождь, и поля… Поля были мокрыми и скользкими от грязи. Тетя Флора просила меня не ездить… Она говорила, что это опасно, но я… Я не слушала. Моя лошадь, ее звали Бутон, поскользнулась, когда мы подъехали к каменной ограде, и я полетела через ее голову. И приземлилась очень неудачно. Когда я не вернулась домой и лошадь, прихрамывая, приковыляла в конюшню, тетушка послала слуг на поиски.

Она заставила себя посмотреть на него.

– Пришлось полежать, но постепенно я поправилась. К сожалению, доктор сказал, что я никогда не смогу иметь детей.

Дэни смахнула слезы со щек, чувствуя ноющую боль в сердце.

– Если бы я рассказала тебе, нашей свадьбы никогда не было бы. Ты мог бы выбрать женщину, которая родит тебе сына.

Рейф нежно взял ее за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза.

– Выслушай меня, Даниэла. У меня было достаточно времени, чтобы обдумать это, и я пришел к такому выводу: это не имеет значения. Ты моя жена, коей должна была стать еще пять лет назад. Если бы я поверил тебе тогда, ты жила бы со мной, а не уехала к тетушке. Ты не села бы в тот день на лошадь и никогда не получила бы подобную травму. Это я виноват во всем, а не ты.

Дэни вглядывалась в его лицо. Любимое лицо. Комок в горле мешал говорить.

– Рейф…

Ее рот задрожал под его губами, когда он поцеловал ее. Я люблю тебя, хотела она сказать. Я люблю тебя так сильно!..

Но сумела вовремя остановить себя. Она не знала, какие чувства он испытывает к ней, и не была уверена в будущем.

– Ты когда-нибудь простишь меня?

– Мы должны забыть взаимные обиды. – Он провел губами по ее губам. – Больше никаких секретов, – сказал он.

– Да. Клянусь жизнью.

Рейф поцеловал ее с такой нежностью, что она боялась снова расплакаться.

– Но есть еще одно…

– Да? – спросила она с беспокойством.

– С сегодняшнего дня ты будешь спать в моей постели. Договорились?

Она молча кивнула, но сердце пело от счастья.

Каро проходила мимо кабинета герцога и остановилась, услышав звук голосов, среди которых узнала голос кучера Майкла Малленза. Прильнув к щелке, она увидела, что он стоит перед столом герцога.

Она не собиралась подслушивать, но насторожилась, сообразив, что Малленз толкует о происшествии с каретой и, похоже, очень расстроен.

– Я говорю вам, сэр, это не несчастный случай.

Каро прижалась к двери, стараясь не пропустить ни слова.

– Пока я поправлял ось, я обратил внимание на то место, где дерево разломилось, и выглядело это довольно странно. Я изучил потщательнее и увидел, что оно аккуратно распилено надвое.

Герцог встал со стула.

– Вы хотите сказать, что кто-то позаботился о том, чтобы карета перевернулась?

– Еще хуже, сэр. Они все подстроили так, чтобы это случилось именно там, на мосту. Изучая куски оси, я заметил, то что-то застряло в дереве.

Через щелку двери Каро видела, как кучер полез в карман видавшего виды коричневого сюртука, вытащил какой-то предмет и протянул герцогу.

– Кто-то поджидал нас в тот день на мосту, сэр. Как раз перед несчастьем я слышал звук, похожий на выстрел, но я забыл об этом, пока не вытащил вот эту свинцовую пулю.

Каро забыла обо всем на свете, когда увидела, как герцог обошел стол, чтобы взглянуть на находку кучера.

– Они стреляли в ось, – произнес герцог Шеффилд. – А так как она была заранее подпилена, этого хватило, чтобы увеличить давление, и… она сломалась.

– Да, сэр. Именно так я и понял.

Пальцы герцога зажали кусочек свинца.

– Если вы не возражаете, мистер Малленз, я оставлю это у себя. И спасибо, что пришли ко мне с этой информацией.

Кучер поклонился. Прежде чем он подошел к двери, Каро подняла юбки и стремглав помчалась по коридору. Она должна найти Даниэлу.

Боже милостивый, кто-то хотел убить их!

– Я не знаю, что и сказать. – Дэни, беспокойно потирая руки, ходила по Фарфоровой гостиной, которая была меньше и уютнее, чем другие комнаты, и к тому же выходила в сад и поэтому стала ее любимой. – Зачем кому-то вздумалось убивать нас?

Но страшная мысль крутилась в голове. Титул герцога может перейти только к законному наследнику, то есть к сыну Рейфа, рожденному в браке. И так как она бесплодна, то единственное, что могло обеспечить выполнение этого условия, – это развод.

Но если бы она умерла… Необходимость развода отпала бы, и он мог снова жениться. Она посмотрела на Каро и увидела, что подруга читает ее мысли.

– Нет, не надо так думать. Никогда не поверю, чтобы его светлость мог хотеть этого. Ни на секунду. Герцог любит вас, Даниэла. Может быть, вы не замечаете этого, но я вижу. Он любит вас и никогда не обидит.

Дэни понятия не имела, каковы чувства Рейфа по отношению к ней. Но даже если Каро права и Рейф снова влюбился в нее, иногда любви бывает недостаточно. Рейф прежде всего человек долга. А его долг перед семьей невыполним, пока он женат на ней.

– Мы должны обсудить каждую версию, – сказала Дэни, – как бы болезненна и невероятна она ни была.

– Но герцог не знал до происшествия с каретой, что вы не можете дать ему наследника, – твердила Каро.

– Может, и не знал. Но есть другие люди, которым это известно… Доктору, который лечил меня сразу после падения. Слугам в тетушкином доме в Уиком-Парке… Кто-то из них мог рассказать Рейфу об этом еще до того, как это сделал Нейл Макколи.

– Я не верю в это.

– Я тоже не хочу верить, но мы должны узнать, кто все это затеял и почему.

– С этим я не могу не согласиться.

Дэни повернулась на звук голоса Рейфа, идущего из коридора. Он вошел в маленькую уютную гостиную, и внезапно она показалась еще меньше, чем прежде.