Антология Сатиры и Юмора России XX века. Том 16. Анатолий Трушкин - Анатолий Алексеевич Трушкин

class="p1">ВТОРОЙ. Смерч?

ПЕРВЫЙ. Да… Взрослого мужчину.

ТРЕТИЙ. А хоть взрослого быка. Что тут сделаешь?

ПЕРВЫЙ. Его не спрашивали, подняли, и все.

ТРЕТИЙ. И полетел.

Молчат.

ПЕРВЫЙ. Разве против природы пойдешь?

ТРЕТИЙ. Против природы?

ПЕРВЫЙ. Да.

ТРЕТИЙ. Бесполезно.

Молчат.

ПЕРВЫЙ. Землетрясение голыми руками остановишь?

ТРЕТИЙ. Никогда.

ВТОРОЙ (первому, указывая на газету). Сколько ему было лет?

ПЕРВЫЙ. Не написано.

ВТОРОЙ. Жалко мужика.

Молчат.

ПЕРВЫЙ. Народа через природу пострадало жуть. У нас вон на работе один пошел на речку и не вернулся.

ВТОРОЙ. Мужчина?

Первый согласно кивает.

Взрослый?

ПЕРВЫЙ. Наших лет.

ВТОРОЙ. Утонул?

ПЕРВЫЙ. Утоп… И вроде выпил немного.

ВТОРОЙ. Жалко.

ТРЕТИЙ. Что в реке, у меня сосед в ванной утонул.

ВТОРОЙ. Как — в ванной?!

ТРЕТИЙ. Так. Нырнул и не вынырнул.

ПЕРВЫЙ. Слепа природа, слепа.

Молчат.

ПЕРВЫЙ. Я вот через грозу пострадал. Как на работу ехать — чистое небо, как с работы — тучи.

ТРЕТИЙ Это всегда так.

ПЕРВЫЙ. А я на велосипеде. Думаю: успею проскочить. Принял допинг — жму на все педали.

ВТОРОЙ. Большой?

Первый недоуменно смотрит на второго.

ДОПИНГ большой?

ПЕРВЫЙ. Стакан.

ТРЕТИЙ (второму). Не перебивай, интересно рассказывает.

ПЕРВЫЙ (благодарно смотрит на третьего). На чем я остановился?

ТРЕТИЙ. На допинге.

ПЕРВЫЙ. Да. Принял, жму что есть силы лечу, как демон в ночи, уже вон он дом, окна мерцают. Вдруг ка-ак полыхнет!!!

Пауза.

ВТОРОЙ. Допинг?

ПЕРВЫЙ. Молния. (Третьему.) Я шарахнулся — нога пополам, велосипед вдребезги.

ВТОРОЙ. Молния попала?

ПЕРВЫЙ. Дерево.

ВТОРОЙ. Молния в дерево?

ПЕРВЫЙ. Я в дерево! (Третьему.)Темно было.

ТРЕТИЙ. Слепа природа, слепа. Предчувствий никаких не было?

ПЕРВЫЙ. Было… потом уже… в больнице.

ТРЕТИЙ. У меня до больницы было. Как бы подсказы вала природа: «Берегись!» Утром все на селедку тянуло, на рассол, я не стал. Выхожу на улицу…

ВТОРОЙ (догадливо). Гроза?

ТРЕТИЙ. Нет, нормальная погода, только чувствую — не к добру. Зашел к приятелю, принял наспех портвейна грамм двести. (Первому.) За два сорок.

Первый понимающе кивает.

Выхожу! Быть беде.

ВТОРОЙ. А что такое?

ТРЕТИЙ. Не знаю. Но чувствую. На всякий случай решил ехать в метро. Думаю, обману природу.

Первый грустно улыбается.

Только ногой на эскалатор — тут же и загремел. Гремлю и чувствую — чего-то солененького хочется, а уже поздно… Уже без двух ребер.

ПЕРВЫЙ. Мстит нам природа!

ВТОРОЙ. За что?

ПЕРВЫЙ. За окружающую среду. Мстит и в будни и в праздники.

Молчат.

ТРЕТИЙ. Мстит и не договаривает.

ВТОРОЙ. А может, мы ее плохо слушаем?

Первый и третий не реагируют.

У меня как раз день рождения был. Жена утром спрашивает: «Ты слушал про погоду?» Я говорю: «Плохо слушал, но, по-моему, будет прохладно». А уже днем она звонит: «Поезжай домой, а то жара стоит, продукт портится». Я по-быстрому домой. Налил себе шустро стакан, выпил по-быстрому, чтобы не портилось, и давай шустренько закусывать. Тут жена входит, говорит: «Ты чего стоя ешь? Садись». Я по-быстрому сел… мимо стула, она шустренько позвонила в «Скорую», и меня по-быстрому сюда.

Молчат.

ПЕРВЫЙ. Сколько же народу через природу страдает!

ТРЕТИЙ. Ужас.

Молчат.

ВТОРОЙ. И в суд не подашь.

ПЕРВЫЙ. А на кого подашь? У нас вон на работе один пошел в лес и не вернулся.

ВТОРОЙ. Совсем?

ПЕРВЫЙ. Навсегда.

Молчат.

ВТОРОЙ. Заблудился?

ПЕРВЫЙ. С дерева упал.

ВТОРОЙ. Сам?

ПЕРВЫЙ. Нет. Ветром сдуло.

Молчат.

ТРЕТИЙ. У меня сосед со шкафа — расшибся… Два образования имел.

ВТОРОЙ. Не помогло образование.

ТРЕТИЙ. Заснул от жары… И вроде выпил немного. Молчат.

ПЕРВЫЙ. Природа с людьми что хочет, то и делает.

ВТОРОЙ (не сразу). Калечит.

ТРЕТИЙ (не сразу). Стихия.

Молчат.

ВТОРОЙ (смотрит вверх). Небо хмурится.

ТРЕТИЙ (смотрит вверх). Как бы предупреждает, что можем остаться без ужина. (Первому.) Давай.

Первый достает из халата бутылку водки. Третий и второй достают стаканы. Разливают водку.

ПЕРВЫЙ. Ну, будем здоровы.

ВТОРОЙ. Когда?

ТРЕТИЙ (вздыхает). Так говорят.

ВТОРОЙ. Мне один взрослый мужчина рассказывал: если взять черную нитку, обмотать мизинец и бросить пить…

ПЕРВЫЙ. Бесполезно.

ВТОРОЙ. Почему?

ТРЕТИЙ (первому). Суеверие.

Первый согласно кивает.

(Второму.) Суеверие. Опиум для народа.

Чокаются, выпивают, прячут стаканы, пустую бутылку. Встают, уходят.

Русский человек

У жены мечта — достать кафель второго сорта. Первый сорт не достать, он весь уходит за границу. Есть еще высший сорт. Куда он уходит, никто не знает. У меня сосед в КГБ, говорит:

— Органы не могут обнаружить.

Еще у нас нет такого органа, чтобы обнаруживать в обычных магазинах что-нибудь высшего сорта.

И у жены мечта — достать кафель второго сорта. Третий ей не нравится… не держится на стене. Есть еще четвертый сорт… Ну, не в этом дело, мало ли у нас что хорошего есть.

Я ей говорю:

— Плюнь. Войны же нет, значит, живем хорошо. И перестань ходить по спекулянтам, не надо унижаться. Позвони в «Ремонт квартир», тебе завтра все сделают без переплат.

Она вдруг и говорит:

— У нас без переплат никто ничего не делает.

Я даже сперва не понял, даже не дошло до меня, что она сказала. А потом меня как кипятком обдало. Я дверь прикрыл, говорю:

— Как ты сказала?

Она:

— У нас без переплаты никто ничего не делает.

Я говорю:

— То есть ты хочешь сказать, что наш русский человек!.. может взять взятку?., за наш кафель второго сорта?

Она:

— Сейчас и за второй берут, и за третий. За так давно уже никто ничего не делает.

У меня дыхание сперло, говорю: «То есть ты что же?..» То есть сперва-то я подумал: «Я-то что же? Не с тем чело веком жизнь прожил? Почти двадцать лет не с тем человеком в одной постели спал?!»

Взглянул в зеркало, не узнал себя, белый стою, как смерть — у нас в России материально не все еще слава богу… хуже всех живем, но человека нашего не тронь. Вот я из-за чего, я идейно остервенел. Потому, что русский человек!., с ним поговори по душам, по-человечески, он тебе за так горы свернет. Это давно известно!

Она опять:

— За так у нас никто ничего никому не свернет… и не шевельнет.

И, естественно, переполнила чашу. Я снял ремень, говорю:

— Если я прав окажусь, то выпорю как Сидорову козу.

Она:

— Если я права окажусь, то тебя мать родная не узнает… ни с лица, ни тем более с этого места.

Я тут же в «Ремонт квартир», три минуты ходу. Вхожу— сидит товарищ моих лет, чуть полысее. Я сразу говорю:

— Как насчет кафеля?