Француженки не любят сказки - Лора Флоранд

Сейчас Джейми с любопытством смотрела на Доминика. Все окружающие слишком часто уверяли ее, что он агрессивный ублюдок. Теперь она поняла, что наконец-то увидела ту его сторону, которую постоянно видели они. Та встреча с Сильваном не была чем-то необычным, как и его стычка с теми парнями на манифестации. Он любил драться. Он дрался со всеми будто разъяренный питбуль. Дрался грязно, жестко, без всяких правил. Не тратил силы на то, чтобы пнуть противника.

Но его сотрудники буквально вытирали о него ноги.

Он украсил стену своего зала бутонами роз.

А эта грубая, огромная лапища, гладившая ее плечи, была мягче бархата.

– Ты считаешь, что она согласится на телохранителей? – хмуро спросил Джеймс Кори.

Доминик погладил ее плечи и вопросительно поднял брови, не собираясь отвечать за нее.

Ей это нравилось. Что он никогда и не пытался это делать.

– Я соглашусь, – сказала она. Возможно, она даже не сможет себя заставить сойти в Кот-д’Ивуаре с трапа самолета, если на земле ее не будет ждать целая армия телохранителей. Ее охватывала паника при одной лишь мысли о возвращении в Африку. Палки… выражение глаз тех бандитов, удовольствие, с каким они калечили ее…

Она прогоняла эти мысли, сосредоточилась на руке, сжимавшей ее плечи. Надо учесть, что если Доминик поедет с ней в Африку, он тоже окажется под ударом. И она знала наверняка, где он будет в случае нападения на них. Он заслонит ее своим телом. И будет драться до конца.

Тут она представила себе, что чувствовали ее близкие, когда увидели ее искореженное тело. От этой картины ее сердце сжалось, будто лимон, а жгучая кислота брызнула на ее собственные раны. Она все больше подозревала, что Доминик дрался в прежние времена до тех пор, пока не рухнет на землю, весь избитый.

Она взяла его руку и поцеловала покрытые шрамами костяшки пальцев.

Все присутствующие вспыхнули и смутились, кроме Сильвана, а он улыбнулся и, словно заразившись от Доминика, поднес руку Кэйд к губам и тоже поцеловал ее.

– Я еще подожду и посмотрю, что ты можешь сделать со шпинатом, но, знаешь, ты мне, возможно, в конце концов понравишься, – сказал Доминику старик. – На Мака не обращай внимания. Просто он всегда считает себя единственной белой овцой в нашей семье.

Доминик недоверчиво посмотрел на отца Джейми, не понимая, почему главу огромной глобальной корпорации считают белой овцой.

– Отложи свои надежды до внуков, – сказал сыну Джеймс Кори. – Они с большей вероятностью станут такими, как тебе хочется, чем твои дочери. Поверь мне, уж я-то знаю.

Мак Кори смерил отца обиженным взглядом. Доминик выглядел так, словно его ударили дубинкой по голове, а Сильван, Кэйд и Джейми просто вздохнули.

– Ты правда хочешь отправиться со мной в Африку, да? – шепнула Джейми Доминику.

– Киска, да. – Он взъерошил ее волосы. – И взглянуть на настоящий лунный свет? И узнать, что ты любишь? В любое время, когда ты скажешь.

Глава 30

Доминик остановил мотоцикл возле своего салона. Витрины освещал неяркий свет, и прохожие могли любоваться изысканным шоколадом в любое время суток. В магазине было пусто и почти темно.

Каблучки Джейми гулко стучали по роскошному деревянному полу, а ее пальцы гладили разную текстуру – шершавые каменные арки, мягкий красный бархат штор, гладкое стекло, хрупкие изысканные бутоны белых роз, шелестящие обертки карамели, прячущей в темноте солнечное нутро.

Доминик шел за ней, останавливаясь взглядом на каждой поверхности, к которой она прикасалась, словно там горели золотом ее отпечатки пальцев.

– Что за фантазия…

Она повернулась и пошла к нему. Ее пальцы остановились на стекле, отгораживавшем темные узорчатые квадратики шоколада, обрамленные металлом. Их глаза встретились. На ее губах заиграла страстная улыбка.

– Мне захотелось взять домой коробку шоколада.

Тут, в темном помещении, она казалась себе девственницей, а он диким, темным существом, вышедшим из сказочного леса. Он шагнул к ней, словно не мог противиться ее чарам.

– Скажи мне, – пробормотал он, взяв ее за плечи и слегка прижимая к себе, чтобы она ощутила близость его большого тела, – какие оттенки вкуса тебе выбрать?

Ее дыхание стало неровным, голова затуманилась, мысли о шоколаде ушли на задний план, когда она увидела совсем близко его губы.

– Пожалуй, что-нибудь твое, – сказала она.

Уголок его губ дернулся в легкой улыбке.

– Авантюрно. Давай попробуем. – Он впился в ее рот жарким ртом, неторопливо и властно, раздвинул ее губы, коснулся их зубами. Ее руки запутались в кожаной куртке, ее подарке, и никак не могли нащупать молнию.

Он поднял голову и на пару мгновений навис над ней, тяжело дыша. Потом протянул руки, ненадолго прижав ее к прилавку своим телом, и распахнул витринный ящик. К ее разочарованию, давление его тела уменьшилось. Он слегка отодвинулся и поднес к ее губам маленький квадратик.

– Какой это шоколад? – спросила она.

– Почему бы тебе не определить это самой? Скажи мне, какой вкус ты ощущаешь. – Он положил шоколадку ей в рот. Когда он убирал руку, она успела схватить губами кончик его пальца.

– Темный шелк, – прошептала она. – Темный, темный, тающий шелк. Этот вкус не проходит. Он держит меня за запястья.

Он сдвинул кверху длинные манжеты куртки, которую она носила – его куртки, – обхватил ее запястья и потер своими грубыми мозолями ее нежную кожу.

– Тебе нравится, когда я сжимаю твои запястья? Или ты хочешь, чтобы я отпустил их?

– Нет, мне… – ее голос дрогнул, когда его палец провел по чувствительной коже, – …нравится.

– Ну, какой это был шоколад? – спросил он, щекоча губами ее губы. – Я ведь не видел. – Он снова поцеловал ее, ощущая вкус шоколада, оставшийся на ее языке.

Она вся отдалась поцелую, но он длился недолго. Доминик отстранился, прижался лбом к ее темени.

– Тебе он нравится, да? – В его голосе слышался легкий смешок, намекая на множество других вещей. – Мы с тобой решили, что будем исполнять твои фантазии.

– Не беспокойся, так оно и есть.

Он рывком расстегнул молнию на ее куртке, швырнул свою через прилавок и, избавившись от этих барьеров, прижался к ней всем телом. Ее ладони с удовольствием погладили его торс, прикрытый лишь трикотажной рубашкой.

– Ты правда представляла вот это в своих фантазиях, когда была тут днем?

– О да. С каждым кусочком, который брала из твоей коробки.

Он взял ее за талию, поднял и посадил на прилавок.

– Как я не догадался положить в ту коробку номер моего мобильного! – Он опять приник губами к ее губам и раздвинул бедрами ее ляжки. – Просто я боялся тебя спугнуть.