Фауст - Лео Руикби

Камилло, следовавший герметико-каббалистической традиции Пико делла Мирандолы, конструировал свой театр по этим принципам. Отражая порядок вечных истин, «театр» демонстрировал «универсум, разворачивающийся из первой причины через все стадии творения». В этой сложной пространственно-мнемонической системе универсум запоминался благодаря органической связи всех уровней – от ангелов до планетарных сфер и далее к человеку, – с подлежащим им вечным порядком. «Театр» Камилло был также необычайно сложной магической машиной. Строение украшали изображения планет, действовавшие в роли астральных талисманов и распространявшие своё влияние так, что оно могло быть направлено в нужное русло для совершения определённого действия. Считалось, что оператор «театра» мог использовать магическую силу Вселенной – разумеется, при условии овладения частью космической гармонии, воплощённой в его замысловатой структуре. Популярность творения Камилло была такова, что его описание, опубликованное в Венеции в 1520 году, переиздавали 10 раз. Италия, давшая миру герметическую традицию, стала благодатным местом для чародея эпохи Возрождения. Для Фауста это был поистине дом родной.

Не только Фауст заявлял о способности применять магию в военных целях. Изучить возможную активность в этом направлении позволяют некоторые прецеденты. Хартлиб описывал встречу с известным воином, в 1455 году рассказывавшим, что рыцари Тевтонского ордена всегда планировали военные кампании, гадая на гусиной грудной косточке, особенно ценной для предсказания погоды. Стандартной частью арсенала чародея было соединение магических армий. В «Книге священной магии мага Абрамелина» предусмотрена специальная формула как раз для этого случая. Чародей может вызвать целую армию из неопределённого количества «вооружённых людей» или даже, «в случае осады», вызвать духов. Авраам из Вормса, предположительно являющийся автором «Книги священной магии», утверждал, что однажды произнёс такое заклинание. По словам Авраама, он спас Фридриха I (1369–1428), курфюрста Саксонского, в одном из жестоких сражений периода Гуситских войн, вызвав заклинанием отряд из 2000 рыцарей.

Сочинения Авраама могли быть написаны примерно в XIV веке, однако более надёжно атрибутированный «Кодекс 489» также включает заклинания для немедленного вызова вооружённых отрядов. Произнеся особые заклинания, можно было прибавить к вооружённому отряду целую крепость с защитниками либо вызвать «вооружённые отряды неисчислимой силы». Подобно Аврааму из Вормса, составитель «Кодекса» также утверждал, что использовал заклинание и вызывал «бесчисленные орды» демонических рыцарей для нападения на императора и его свиту, которые охотились в глухом лесу, а затем чудесным образом возвёл замок, послуживший укрытием. Составитель «Кодекса» описывал это как проверку своих магических формул, но император и сопровождавшие его рыцари наверняка восприняли его действия как злую шутку: замок и нападавшие вдруг исчезли, а они остались стоять посреди болота. В «народных книгах» есть несколько примеров того, как Фауст вызывал эти сверхъестественные рати. Однако лучший примером того, как Фауст мог советовать военачальникам, даёт случай с Конрадом Киезером (1366 – ок. 1405) из Айхштетта.

Киезер был медиком по образованию, солдатом по случаю и дипломатом по должности. Он также был астрологом и вдобавок чародеем. Одно время Киезер служил у Стефана III, герцога Байерн-Ингольштадтского, пока не лишился места. В попытке задать своей карьере прежнее направление Киезер написал огромный трактат об оружии и других предметах, под названием Bellifortis (букв. «Сильный в войне») (ок. 1405){272}. В наши дни рукопись получила известность из-за технических иллюстраций. Однако в своём произведении автор не ограничивался инженерными описаниями, рассуждая о возможностях использования магии в военных целях. Киезер давал рекомендации по производству неугасимых факелов, о применении оленьей шкуры для защиты от раны в бою – и о том, как изготовить самонаводящиеся охотничьи стрелы с использованием перьев или меха убитых животных. В некоторых рецептах он ступал на зыбкую почву колдовства. Книга разошлась в огромном количестве копий, подделок и адаптаций, пользовавшихся популярностью вплоть до XVII века. Нет ничего не обычного в предположении, что Фауст мог ознакомиться с содержанием Bellifortis и использовать книгу в общении с потенциальными клиентами.

Если Фауст находился вместе с императорской армией, а не вдали от мест боевых действий, тогда в соответствии с его заявлениями он должен был следовать на юг. Резонно предположить, что Фауст раскидывал свои карты и делал предсказания исключительно для «высшего» военного руководства. Возможно, он встречался с Георгом фон Фрундсбергом, в период Итальянской кампании возглавлявшим наиболее крупные силы наёмников. Фон Фрундсберг не в первый раз был в Италии и вообще на войне. В 1499 году он сражался против французов в Милане. В 1504 году он участвовал в войне за Баварию – Ландсгут на стороне Максимилиана I. В 1519 году фон Фрундсберг вместе со своими людьми воевал против Ульриха Вюртембергского. В 1521 году фон Фрундсберг находился у стен Мезьера вместе с фон Зиккингеном, а это даёт основания полагать, что он был наслышан о Фаусте – и, возможно, даже встречался с ним. Год спустя фон Фрундсберг отличился в битве при Бикоке. На портрете кисти Кристофа Амбергера показан сильный человек в чёрных латах, с алебардой, зажатой рукой в железной перчатке, с открытым забралом и неожиданно дружелюбным лицом. Фон Фрундсберг изображён человеком действия, без обычного для ландскнехтов роскошного плюмажа. Но если, как уже говорилось, к возможностям магии прибегали даже рыцари Тевтонского ордена, несомненная твёрдость фон Фрундсберга не могла служить препятствием для общения с некромантом, особенно таким, которого хорошо знал его старый товарищ по оружию фон Зиккинген.

Четырёхлетняя война (1521–1525)

Пока император Карл V укреплял свои позиции, вступая в альянсы с римским папой Львом X и Генрихом VIII, Робер де ла Марк спешил к границам нынешних Голландии, Бельгии и Люксембурга вместе с Карлом, герцогом Гельдерским, а Генрих д’Альбре (Генрих II Наваррский) перешёл границу Франции и оказался в Испании. Какое-то время события развивались неудачно. Несмотря на успехи фон Зиккингена и испанских новобранцев, фортуна приняла сторону империи – в основном по вине самих французов. С этого момента мы и начнём, учитывая неопределённость заявлений Фауста, претендовавшего на «все победы».

Капитан армии Франциска I Оде де Фуа (1485–1528), виконт де Лотрек, немного получал удовольствия от жизни в Милане. Де Фуа уступил миланскую квартире сестре, в то время фаворитке Франциска, однако в 1521 году ему ещё придётся об этом пожалеть. На севере немецкие ландскнехты перешли Альпы и начали движение через Трентскую долину. На юге итальянский кондотьер, лейтенант императорской армии Фернандо д’Авалос (1489–1525), маркиз Пескары, оставил Неаполь. Армия императора осадила Парму, но вскоре сняла осаду из-за угрозы со стороны войск Альфонсо д’Эсте (1476–1534), герцога Феррары. На время показалось, что продвижению императорской армии положен предел, но герцог Феррара потерпел неудачу, и папский кондотьер Джованни де Медичи (1498–1526), нанёсший поражение венецианским союзникам Франции, открыл войскам Карла V дорогу на Милан.