Академия чаросвет. Тень - Ольга Ярошинская

Ронда присела на корточки и сокрушенно покачала головой.

– У меня отличный захват, – похвасталась она. – А я заодно и удержание наложила. Продержит полчаса, не меньше. А ты что, использовала боевое заклинание на девушке Баса?

Я глянула на глубокую светлую зарубку на сосне, и волосы на затылке зашевелились.

– Я все равно достану тебя, тварь! – злобно выплюнула Найрин в мою сторону. – Тебе не жить, ясно? Ясно? Я давала тебе шанс тихо исчезнуть! Дрянь! Грязная полукровка! Почему ты ее не ловишь? – это уже Ронде. – Ты играешь в поддавки!

– Да-да, – пробормотала Ронда, выпрямляясь и разминая пальцы. – Сейчас. Ох, что-то пальцы онемели, надо же… Слушай, Найрин, у тебя так волосы отросли! Не такие длинные, как были у меня когда-то, но…

– Ты не посмеешь, – прошипела Найрин. – Только тронь меня!

– Давай сделаем тебе челку, – предложила Ронда. – Это вроде бы модно.

Ноги сами понесли меня вперед, и ругань постепенно отдалилась и стихла. В боку нещадно кололо, но я не замедлила шаг. Перепрыгнула черный ручей, который лег под ноги блестящей змеей, обогнула колючие заросли тьмошника, сорвав на ходу пару ягод. Выбравшись на поляну, остановилась перевести дух.

Лес позади пылал чаросветом. Лысую макушку горы окружало сияющее кольцо. То тут, то там вспыхивали столбы света, но я забралась достаточно далеко. Найти бы укрытие, да отсидеться тут до конца, пока мой бантик не засветится, знаменуя окончание игры. Ветка позади хрустнула, и я обернулась, а сердце в моей груди забилось как птичка, когда я увидела человека, выходящего на поляну.

Бас показался мне каким-то чужим, незнакомым: жесткие черты лица, на щеке царапина, глаза – раскаленные добела щелки. Он подошел ко мне, не замедляя шаг, и, сорвав с моей груди бантик, сунул себе в карман, а я попятилась, пока не прижалась спиной к дереву на краю поляны. Голый ствол тянулся к звездному небу, раскидываясь вверху широким зонтиком в отчаянной надежде ухватить хоть немного света.

– Бас… – начала я и запнулась, даже не зная, что сказать.

Извиняться? Мириться? Порвать с ним еще раз? Так он вроде бы не тупой.

Бастиан криво усмехнулся и, стащив с меня шапку, высвободил косу. Намотав ее на руку, потянул, так что мне пришлось запрокинуть голову и посмотреть прямо ему в глаза, сияющие безжалостным светом.

– Я хочу извиниться, – все же решилась я.

– Извиняйся, – разрешил он и запечатал мой рот поцелуем.

Свет хлынул в меня волной, заполняя все тело до кончиков пальцев. Ноги подкосились, и Бас прижал меня к шершавому стволу, не давая упасть. Он еще никогда не целовал меня так яростно и даже жестоко. Словно все правила и преграды, что выстроило в нем воспитание, канули во тьму. Как будто плотина не выдержала натиска стихии, и все это хлынуло, грозя затопить и его, и меня.

Горячие губы терзали мой рот, и я могла только стонать, подчиняясь его ласкам, которые сейчас больше походили на наказание.

– Значит, я тебе не нужен? – спросил Бас, оторвавшись от моих губ, и покрыл шею поцелуями, которые жалили кожу как пчелы, оставляя болезненно жгучие метки.

Я хватала воздух ртом, почти ослепнув от невыносимо яркого света, и прикосновения ощущались еще острее: твердые пальцы, обхватившие мою шею, жадные поцелуи, язык, толкнувшийся глубоко в мой рот.

На обнаженную кожу дохнуло прохладой ночи, и я запоздало попыталась вернуть кофту на место, прикрыть грудь, но Бас поймал мои запястья и отвел в стороны.

– Что ты будешь делать без меня? – спросил он, этот чужой и злой Бастиан, разглядывающий мою наготу, и его голос смягчился: – Ты такая красивая, Мэди…

Высвободив руки, я влепила ему пощечину, размазав по лицу кровь от царапины, но Бастиан лишь усмехнулся. Его губы на моей груди, руки, которые больше не стеснялись ничего, холодный воздух ночи и жар прикосновений. Я вскрикивала и стонала, и, схватив Бастиана за жесткие волосы, отчего-то не оттолкнула его, а притянула к себе, целуя в ответ, кусая его губы, облизывая смуглую кожу. Все тело пульсировало от переполняющего его света, от желаний, кроме которых не осталось ничего.

– Как ты меня достала, – шептал Бас, гладя меня, сжимая, вдавливая теснее в крепкое мужское тело. – Как достала, Мэди, сил больше нет. Скажи, что я нужен тебе. Скажи!

Я втянула воздух сквозь зубы, когда его ладонь нырнула в мои штаны и погладила меня там, внизу. Ахнув, ухватилась за широкие плечи. Искры побежали по телу, свет растекался под кожей, собираясь жаром внизу живота, а Бас все гладил меня, бесстыже, настойчиво… Я жалобно застонала, и он потянул меня за косу, вновь заставив запрокинуть голову, и поцеловал так развратно, облизав весь мой рот, что я словно увидела себя со стороны – в расхристанной одежде, с голой грудью, похотливо извивающуюся, желающую лишь одного…

– Бас, не надо! – вырвалось у меня, и я вцепилась в свои штаны, как в последнюю надежду.

– Ну, в принципе, так я и думал, – сказал кто-то.

Бастиан замер, а мне понадобилось время, чтобы осознать, что мы больше не одни. Пискнув, я прикрыла руками грудь, а Бас одним рывком стянул через голову кофту и надел на меня. Черный свитер укрыл меня чуть ли не до колен.

– Кейден, – сказал он, обернувшись.

– Похоже, пари за тобой, – со вздохом сказал Монтега, который стоял у края поляны, прислонившись к деревцу и придирчиво рассматривая свои ногти. – Жаль, в книжках не пишут, что чаросвет седьмого дома – это так красиво. Иначе я был бы настойчивей.

Я попыталась погасить свет, но его оказалось слишком много. Кожу покалывало, в глазах то и дело вспыхивали белые пятна, а внизу живота болезненно тянуло.

– Мэдерли, – обратился ко мне Монтега. – Я не особо понял, то, что происходило между вами сейчас, было по обоюдному согласию?

Сглотнув, я посмотрела на Баса и встретила его взгляд. Свет больше не пылал в его глазах так беспощадно, и я увидела в них ужас.

– Мэди, – выдохнул он. – Мэди, я не хотел… так…

Я рванула прочь, пытаясь прошмыгнуть мимо Монтеги, но он поймал меня за руку и оттолкнул назад на полянку.

– Даже не думай возвращаться, пока так мерцаешь, – приказал он. – Хочешь, чтобы твою тайну узнали все?

Глава 23. Тень

Бас и Монтега горячо спорили, размахивая руками и иногда поглядывая в мою сторону, я же сидела прямо на мху, обхватив колени руками и спрятав лицо под капюшоном. От кофты пахло Бастианом – мятой и кофе,