Академия чаросвет. Тень - Ольга Ярошинская

– Я мог бы даже оказывать вам материальную поддержку, – поспешно добавил Строк. – Судя по всему, вы оказались в затруднительной ситуации, Мэдерли. Опытный щедрый наставник – то, что вам сейчас нужно.

– Не нужно, – отказалась я. – Я выучу все сама.

– Что ж… – он небрежно откинул мою тетрадь на угол стола. – Даю вам шанс передумать. А на списывание и ошибки я вынужден отреагировать. Вы же понимаете, Мэдерли, правила…

Он выжидательно на меня посмотрел, но я молча забрала тетрадь и засунула ее в сумку. А когда спустилась в холл, то напротив моего имени осталось лишь десять баллов.

Я выругалась на сумеречный манер, и парни с курса постарше, проходящие мимо, посмотрели на меня с уважительным интересом.

– Мне тоже баллы сняли, – попытался утешить меня Фалько. – За драку на чаркроссе. Тридцать в минус как с куста! Так что ты лучше не дерись.

– Что же мне делать? – простонала я.

Пожаловаться на Строка? Но кому? Ректорше? Басу? Первому? А может, Фелиции? Но она, наверное, и так все знала, но не подумала вмешаться. А значит, я могу справиться с этим сама.

– Надо что-то придумать, – нахмурился Фалько, почесав рыжую макушку. – Помолвку ты точно не хочешь? Потому что это реальный вариант быстро подняться.

– Нет, – отказалась я.

– Может, тогда пройти практику на травоведении? Хотя она будет позже, после экзаменов.

– Я туда обязательно запишусь, – кивнула я, – но мне бы что-то прямо сейчас. Срочно.

Послышался мелодичный звон браслетов, и по ступенькам сбежала Фелиция.

– Что ты такое удумал! – сердито воскликнула она, сходу влепив Фалько затрещину.

– За что?! – возмутился он.

– Ладно ты, здоровенный лось, тебе только по лесу и бегать, – распалялась Фелиция, и на ее скулах выступил сердитый румянец, – но Мэди – хрупкая нежная девушка! – она повернулась ко мне и, обняв за плечи, сказала: – Надеть удобную обувь. Одежда должна быть темной и плотной. Не забудь шапочку. А с тобой, – она повернулась к сыну и погрозила пальцем, – мы еще дома поговорим.

Она протянула руку, и Фалько вжал голову в плечи, но Фелиция лишь пригладила ему рыжие вихры и умчалась дальше, звеня браслетами.

– Что это было? – тихо спросила я.

– Мама, – вздохнул Фалько. – Вот вечно она так! Я еще даже не придумал, в чем мне быть виноватым, а она… Погоди… А ведь точно! Мэди, это идея! Как минимум на пятнадцать баллов, а если повезет, то на все двадцать пять!

– Мне подходит, – сразу ухватилась я. – Что надо делать?

Фалько вздохнул и вновь почесал макушку.

– Басу это не понравится, – сказал он.

Глава 22. Ночной лес

Бас поймал Мэдерли на переменке в холле, и Фалько, который торчал рядом с ней под стеной рейтингов, вдруг придумал себе какое-то важное дело и умотал.

– Сама ему говори, – бросил он напоследок загадочное.

– Что ты мне скажешь? – поинтересовался Бастиан, приобняв за талию Мэди, но она вывернулась и посмотрела куда-то поверх его плеча.

– Сними с меня свой браслет, – сухо попросила она.

Бас оглядел холл, в котором толпились и студенты, и преподы, взял Мэди под локоть и повел за собой. Она попыталась было вырваться, но Бас открыл дверь в пустую аудиторию, подтолкнул туда Мэди и закрыл за собой.

Здесь обычно проходила практика по травоведению, все стены были увешаны цветочными горшками, на подоконниках тоже пышно цвели развесистые кусты, почти заслоняя собой солнечный свет. Лапотник – вспомнил Бас название. Мелкие цветочки были той же глубокой синевы, что и глаза Мэди.

– Это из-за Веника? – спросил он, и Мэди, сглотнув, вновь уставилась куда-то в угол. – Он не виноват, что такой урод, – заметил Бас, убрав прядь волос за ее белое ушко. – Хочешь, отведу тебя в загон для тварей? Туда как раз щенков привезли, маленькие они не такие страшные. Даже милые немного, косолапят.

Мэди опустила взгляд, рассматривая свои туфли, а у Баса сердце сжалось. Она стояла перед ним такая несчастная, потерянная, хотелось обнять ее и… много еще чего хотелось, если по правде. Но здесь явно место неподходящее. Он шагнул к ней, вновь обнял за талию, притянул к себе.

– Мэдерли, – шепнул он, погладив ее по щеке, – почему ты на меня сердишься? Веник на тебя гавкнул?

Мэди испуганно вскинула на него глаза. Видимо, обошлось без лая.

– Ты как себя чувствуешь? – ласково спросил он, ненароком ощупав ее затылок – шишек вроде нет, но кто его знает. – Я никогда сознание не терял, даже не знаю, что надо делать. Давай все же отведу тебя к лекарям.

– Я не пойду с тобой никуда, – категорично мотнула она головой и, высвободившись из его объятий, попятилась и приподняла руку, на которой тускло поблескивал браслет Альваро. – Сними с меня браслет, Себастиан. Я не хочу, чтобы меня считали твоей невестой. Я вообще не хочу ничего… с тобой.

Он шагнул к ней, и Мэди, попятившись, остановилась, упершись в парту.

– Объясни, – потребовал он.

Мэди запрокинула к нему лицо.

– Я не обязана тебе ничего объяснять, Себастиан Альваро, – холодно сказала она, стараясь выглядеть строгой и неприступной, но ее губы дрогнули. – На какой-то момент я забыла, кто ты такой. И еще этот свет… Но между нами ничего быть не может.

– Вот ты упертая, конечно, – пробормотал Бас, шагнув еще ближе, так что Мэди села на парту и попыталась отползти подальше. – Между нами уже есть все, что надо. Забыла?

– Между нами стена, – выпалила она.

– Да какая, к мокрощупу, стена? – не выдержал он. – Мэди, скажи ты конкретно, что случилось? Это из-за Веника? Или, может, тебя опять Найрин обидела? Или кто-то что-то сказал? Ты злишься, что я не защитил тебя? Я виноват. Но я все исправлю! Я уже поставил защиту на вход в башню Альваро. Никто теперь туда не пройдет, кроме нас с тобой. Ну, может, еще для Фалько сделаю допуск.

Она вновь мотнула головой, а дверь позади скрипнула.

– Мы вам не помешаем? – поинтересовалась профессор Понки, а следом за ней гурьбой ввалились второкурсники.

Мэди оттолкнула его и, юрко просочившись через толпу, исчезла. Бастиан, кивнув профессору, быстро направился вслед за Мэди и немного успокоился, когда понял, что она спешит домой. Ее темный хвост, перехваченный синей лентой, слегка покачивался при ходьбе, белые гольфы мелькали. Мэди обернулась и прибавила шаг.

– Не беги, – выкрикнул ей вслед Бастиан. – А то еще с лестницы грохнешься.

Когда он поднялся наверх, ее дверь была как всегда заперта. Бас вздохнул и, прислонившись к двери, постучался об нее лбом.

– Я не хочу ничего