Букет кактусов - Лариса Уварова

Борис нахмурился.

– Она в порядке?

– Более-менее. По-моему, будет лучше некоторое время ее не тревожить.

Жемчужников понимающе покачал головой.

– Я должен был предвидеть, что этим все закончится. Ах, Аннушка! Она прекрасный друг, но ничего не может поделать со своей слабостью к спиртному...

«Точно так же, как я в свое время ничего не могла поделать со своей слабостью к тебе! И еще неизвестно, какое из двух зол имеет более разрушительные последствия...»

– Я думаю, вам следует отвезти ее домой, Борис.

– Разумеется, но не сию минуту. Вы же сами сказали: лучше ее пока не беспокоить.

От его озабоченности не осталось и следа.

– А где ваш друг, Любочка? Важный черный господин Кофи?

Саша сделала вид, что не заметила скрытой в его словах иронии.

– К сожалению, Рэймонду пришлось уехать, у него сегодня был трудный день.

– Как жаль! – произнес Борис с нескрываемым воодушевлением. – И вы не составили ему компанию?

– Как видите. Мне захотелось побыть еще немного. И вообще, с Рэймондом мы только друзья. Хотя, конечно, вы не обязаны этому верить...

«Любочка» тщательно изображала в своей речи легкий прибалтийский акцент, который в течение трех лет перенимала в зоне от одной из заключенных – просто так, на всякий случай. Как выяснилось, акцент довольно существенно меняет голос.

Ухмылка Бориса Феликсовича дала ей понять, что он и не думает верить в эти сказки.

– Со стороны вашего друга большое легкомыслие – покидать такую женщину одну в подобном местечке. Да и в любом другом тоже!

«Вот оно: начинается...»

Саша улыбнулась.

– Сразу видно, что вы не знаете Рэймонда. Он очень уверенный в себе мужчина. И поверьте, у него есть на то все основания!

– Нисколько в этом не сомневаюсь. Но что если у какого-нибудь другого мужчины их окажется еще больше?

Александра внимательно взглянула ему прямо в глаза – не то чтоб поощряюще, но уже заинтересованно...

– Я вижу, вам хорошо знакома эта тема. Почему бы нам не продолжить ее где-нибудь в более приятном местечке? Скажем, за коктейлем или в танцевальном зале? Я осталась без кавалера, вы – без дамы... Что скажете?

– Отличная идея!

– Какая именно? Их было две.

– Да любая, черт возьми! Все ваши идеи, Любочка, я заранее принимаю с восторгом. Кроме одной – послать меня подальше.

Блондинка засмеялась серебристым смехом.

– Не волнуйтесь, Борис Феликсович, это вам не грозит, если будете хорошо себя вести. По крайней мере, в ближайшие час-полтора.

Когда прошли час и еще двадцать минут, Борис был на волосок от того, чтобы, схватив ее за руку, прошептать: «Уедем отсюда... К тебе или ко мне?». Но какая-то неведомая сила удерживала у него на языке такие старые, такие привычные слова. Впервые в жизни он был не совсем уверен в себе. Он чувствовал, что с этой женщиной так нельзя. Он даже до сих пор не рискнул перейти с ней на «ты», какое уж тут «уедем»...

Пока он так глупо медлил, Люба решилась первая. Она выпрямилась, явно собираясь подняться со стула. Они сидели за уединенным столиком на двоих в баре отеля.

– Мне пора. Вы проводите меня?

– О, Любочка... Неужели я могу?!.

– До такси, Борис Феликсович, только до такси. Именно это я имела в виду.

– Да, конечно. Извините меня! Я сегодня весь вечер думаю, говорю и делаю одни только глупости, и все из-за вас, Люба. Вот и сейчас сидел и думал, что я не в силах с вами расстаться.

– Неужели вы думаете, что я вам поверю? Вы же всем так говорите, наверняка...

– Да, вы правы! Говорил я это часто, даже слишком часто. Но вся штука в том, что думаю я так впервые!

– Давайте оставим этот бесполезный разговор. Вы женатый человек, Борис... Вам не кажется, что все это слишком уж банально?

– Вы путаете брак с приговором, Люба! Разве женатому человеку запрещено испытывать чувства к другой женщине? Особенно если к собственной жене он их никогда не испытывал...

– Зачем же вы женились?

– Черт возьми! Да потому что мне было все равно, жениться или нет! И Лариске тоже было наплевать – выйти за меня или за кого-то еще, она же не пропускала ни одних штанов... Извините, Люба. Ее отец – вы его сегодня видели – был моим шефом, и он хотел, чтоб я на ней женился. Может быть, поэтому он до сих пор остался моим уважаемым начальником, а я – его любимым подчиненным. Откуда же мне было знать, что когда-то мне станет не все равно?!

– Неужели вы никогда никого не любили, Борис?

Ей показалось, что он вздрогнул. Во всяком случае, когда Жемчужников заговорил снова, голос его охрип, а глаза глядели куда-то в сторону.

– Я не знаю... Право, не знаю, что вам ответить. Любил, наверное. Во всяком случае, думал, что люблю. Но это было давно, очень давно... Задолго до моей женитьбы. Люба, я...

– Почему же вы не женились на той девушке?

– П-почему?.. Я не мог. И она... она тоже. Были обстоятельства... Пожалуйста, Люба, хватит об этом! Сейчас все это не имеет никакого значения. Особенно теперь, когда я встретил вас. Теперь-то я точно знаю: все, что было раньше, это ненастоящее, неважное – все прежние женщины, чувства, отношения. Вы, Любочка! Только вы теперь для меня существуете на всем свете. Вы – мой мир, мой бог, смысл моей жизни. Со мной еще никогда такого не было.

Честно говоря, Александра чувствовала то же самое, такого Жемчужникова она еще не видела! А она-то думала, что он уже не сможет ее удивить. Девушка мягко высвободила руку из плена горячих ладоней.

– Борис, вы меня просто пугаете. Я не хочу сомневаться в искренности ваших слов, но... Но это же просто смешно! Вы меня впервые видите, и вдруг – такая буря чувств.

– Ах, да я и сам себя пугаю! Я же сказал, что никогда еще такого не испытывал. Когда я вас увидел сегодня, меня будто молнией поразило. Я ослеп и оглох, и очень резко поглупел, уверяю вас! У вас даже имя особенное: Любовь! Вы так похожи...

– На кого я похожа?!

– Да на любовь, Бог ты мой! Вы похожи на саму любовь. Но не только потому, что вы – самая соблазнительная женщина из всех, кого я встречал. Вы – самая удивительная, самая загадочная и самая необыкновенная из всех.

– А я думала, вы скажете, что я похожа на ту девушку, которую вы любили когда-то.

– Что?..

На доли секунды в его глазах, подернутых влажным блеском, промелькнуло выражение, которое испугало Александру. «Черт тебя дернул за язык, дура!» – ругнула она себя.

– Странно, что вы это сказали, Люба. – Борис пристально вглядывался ей в лицо, будто только сейчас увидел. – Очень странно... Я где-то читал, что человек склонен искать и находить в своих любимых черты тех людей, которых он любил раньше. Да, действительно, меня с первой минуты не покидает чувство, что я вас уже видел. Нет, не так, что я вас знаю всю жизнь. Наверное, это и называют любовью с первого взгляда.