Дочь Вороньего Короля (СИ) - "Sleepy Xoma"

Да, яд, не являющийся ядом и пропущенный всеми защитными амулетами, бесценен. Не менее полезен и тот, второй, которым были смазаны наконечники арбалетных болтов.

«Подумать только, прошибать обычную магическую защиту от отравы, точно ее не было, поразительная мощь», — думал убийца, рассеянно пересыпая золу из руки в руку. — «Как же обидно, что почти все — впустую».

Галий поднялся и, горестно вздохнув, отошел от пепелища. Как профессионал до мозга костей он терпеть не мог проигрывать. Безусловно, им удалось сделать главное — выдавить очередную каплю крови из сердца Целительницы, но этого было мало!

Такая западня просто обязана была собрать достойную жатву, однако воскрешать пришлось одного лишь принца.

«Если бы с ними не было этой стальной куклы, все было бы куда проще», — неприязненно подумал он.

Чародей вспомнил клинки, рассекающие плоть и кости, и поежился. Даже он не сумел найти достойного средства против этого оружия и был вынужден с позором бежать, не задержав Древнюю на достаточное время. Целительница целиком и полностью соответствовала тому, что рассказал о ней хозяин. Невероятно добрая, но смертельно опасная в бою.

«Несочетаемое сочетание, ничего не скажешь», — криво усмехнулся Галий. — «Впрочем, меньшего от нее ожидать было бы глупо».

И если амулет дочери Вороньего Короля прогнозируемо оказался слишком сильным даже для яда, переданного хозяином, то проклятый рысеухий телохранитель начал уже выводить Галия из себя.

«Этот гад все никак не сдохнет окончательно!» — мрачно подумал он, пиная подвернувшуюся под ногу головешку. — «Он просто ненормально удачлив!»

Ладно, в первый раз Галий не был слишком серьезен — просто заявил о себе, как и было приказано хозяином. Но уже во второй раз убийца рассчитывал покончить с зазевавшимся авангардом отряда его высочества, однако самопожертвование полукровки привело к тому, что до северянина и того марравца очередь просто не дошла! Как результат — Целительнице пришлось воскрешать всего одного покойника.

Да, тремя атаками он выудил две капли крови из сердца Древней, но рассчитывал на куда более серьезные результаты. И убийца ощущал свою долю вины в произошедшем — он недостаточно хорошо выяснил все привычки своих жертв, и подумать просто не мог, что кто-то после долгого и тяжелого путешествия ограничится водой из собственной фляги! Сам Галий аплодировал полукровке стоя — лично он поступил бы в подобной ситуации точно также, — но, вот беда, осмотрительность телохранителя вредила его собственным планам.

«И все-таки, винить только себя будет неправильно», — подумал он. — «Если учесть, с кем приходится работать, удивительно, что вообще хоть что-то получается организовать».

Сковывающий давным-давно понял одну простую истину: каким бы ловким, сильным и умелым не был лидер, все в итоге решает профессионализм его подчиненных. Ни городские оборванцы, нанятые им за день до нападения на телохранителя, ни разбойники, использованные в лесной стычке, ни, конечно же, адепты Ордена Изначальных, не обладали достаточными навыками для того, чтобы правильно атаковать из засады.

«Мне бы пару десятков опытных вояк, и они бы нашинковали болтами всех в этом чертовом постоялом дворе!» — злобно подумал он, прикидывая, получится ли вытребовать у хозяина каких-нибудь хороших воинов, или нет.

«Думаю, нет, скорее всего, он спихнул фанатиков на мое попечение чисто потому, что нормальные солдаты ему пригодятся, причем довольно скоро», — рассудил убийца. — «Вот только от этого не легче — постоянно возиться с недоносками, которые при моем приближении бухаются на колени и начинают молиться, вместо того чтобы упражняться с оружием».

Он понимал, что несправедлив к сектантам. Все-таки, те сумели неплохо подготовить покушение, несколько дней подряд играя роль прислуги в большом постоялом дворе. Конечно, помогало то, что место это находилось достаточно далеко от городов и деревень, а потому местные жители не сорвали маскировку, и даже оборотень ничего не заподозрил, а это можно было считать каким-никаким, но успехом. Более того, сектанты отчаянно сражались, но, увы, им катастрофически не хватало опыта — стрелки слишком медленно заряжали арбалеты, а мечники не сумели выиграть достаточно времени для них. Как результат, пришлось ограничиться лишь одним залпом…

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Сзади раздалось деликатное покашливание, и убийца обернулся, направив в сторону звука посох.

— Прошу простить мое внезапное появление, — услышал он тихий застенчивый голос и напрягся еще сильнее.

Посланница хозяина решила появиться и это не предвещало ничего хорошего.

Галий опустил посох, но продолжал настороженно смотреть на некрасивую бледную девушку лет семнадцати, одетую в простое серое платье, отлично подходившее к ее невыразительной внешности.

— Госпожа Питиа, приятно видеть вас в добром здравии.

— Я тоже была бы рада увидеть вас, господин Галий, — ответила она.

— Извиняюсь.

— Ничего страшного. Скажите, как все прошло?

— Хуже, чем ожидалось, — поморщился он.

— Главное вы сделали — Целительница вновь пролила каплю свей бесценной крови.

Не вопрос, утверждение.

— Да, — коротко ответил Галий, тотчас же умолкнув и приготовившись ждать следующей фразы своей собеседницы.

Он прекрасно понимал, что длинный язык при общении как с хозяином, так и с одним из любимейших его ручных чудовищ, это та часть тела, с которой можно легко расстаться, а потому вел себя осторожно и в высшей степени сдержанно.

Питиа, меж тем, не говорила ничего, и молчание это — неприятное, тягучее, опасное, — затягивалось. Наконец, по прошествии нескольких минут, девушка встрепенулась, точно получила указания откуда-то издалека, и произнесла:

— Они отправятся к его высочеству Устину Вентису.

— Логично. Из владений герцога проще всего пересечь Седые горы.

— Да, это так. Вы, господин Галий, должны будете организовать новое нападение в соответствии вот с этим планом.

Она порылась в своем бесформенном платье и извлекла на свет Божий аккуратный свиток, скрепленный изумительного качества печатью. Галий знал текст послания будет написан каллиграфическим почерком и украшен вензелями, а заглавные буквы — покрыты киноварью. Хозяин крайне ответственно относился к передаче письменных распоряжений, особенно — к эстетической части этого процесса.

— Я сделаю все, как прикажет хозяин, — проговорил наемник.

— Мы знаем это, — без тени насмешки в голосе ответила ему собеседница.

Иногда Галию казалось, что Питиа вообще не способна чувствовать, что она — простая кукла, сосуд, в который до краев была налита чужая сила. Впрочем, так ведь оно и было.

Он сломал печать и внимательнейшим образом изучил предписания. План оказался довольно логичным… хотя и не столь элегантным.

— Если все пройдет так, как надо, многие из них умрут.

— Да.

— Без возможности воскрешения.

— Да.

— Это нормально?

— Да, — в третий раз односложно ответила ему девушка.

«Намек понятен: не думай, выполняй», — подумал Галий. — «Что ж, придется мне ускориться, если хочу обогнать принца, а значит — времени на болтовню нет».

Следовало распрощаться с Питией и как можно быстрее направиться на соединение с основными силами Культа Изначальных, ожидавшими его в указанном хозяином месте, однако Галий все-таки решился задать еще один вопрос.

— Могу я спросить кое о чем?

— Можете.

— Когда мне будет дозволено взять своих людей?

— После того, как окончите работу. Вы уже продемонстрировали свою высочайшую компетентность и у хозяина есть далеко идущие планы на столь талантливого и полезного человека.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Эти слова, которые легко могли оказаться ложью, все же успокоили Галия, и тот склонил голову в знак признательности, хотя и понимал — жест останется без внимания.

— Прошу, передать хозяину, что я исполню все в лучшем виде.

— Передам, уважаемый, до встречи.

— До свидания, Питиа.

И перед тем, как девушка повернулась к нему спиной, Галий все-таки набрался смелости и заглянул ей в глаза. В незрячие бездонные колодцы, через которые на него смотрела Вечность.