Битва империй. Англия против России - Порохов

Однако подозрительно быстро распространялись обвинения советского вождя в чудовищном антисемитизме. Обвинения, совсем не соответствующие действительному мировоззрению Сталина и слишком примитивно трактующие побудительные мотивы его поступков. Только его подозрительностью и жестокостью объяснять политику последних лет, наверное, нельзя. Поскольку речь идет о руководителе высочайшего ранга, о главе государства-империи, анализ его деятельности должен учитывать, прежде всего, геополитическую реальность.

А реальность такова: альянс с Израилем у Советского Союза не получился. Государство, которое возникло благодаря СССР и благодаря его помощи выстояло в 1948–1949 годах против агрессии арабских государств, стало главным врагом Советского Союза на Ближнем Востоке. Политика Советского Союза на Ближнем Востоке оказалась переменчивой. Враги России становились ее союзниками, а союзники переходили в стан врага. Почему?

Вспомним, когда заканчивалась мировая война, будущее еврейского народа было не ясно. Оно заставляло задумываться многих политиков европейских держав и Америки. Сталин тогда действовал на опережение. Предложенный им план создания еврейской республики в Крыму широко обсуждался в кругах американских евреев. В июне 1944 года Сталин даже принял американского посла в СССР Аверелла Гарримана и президента американской торговой палаты Эрика Джонстона. Они обсуждали проблемы возрождения некоторых районов Гомельской области, бывших главными еврейскими поселениями в Белоруссии, а также возможность переселения евреев в Крым. Джонстон заверил, что Советскому Союзу будут предоставлены долгосрочные американские кредиты. Сразу после войны Сталин обсуждал с делегацией американских сенаторов план возрождения Гомельской области. Накануне Ялтинской конференции Гарриман уточнял у помощника Молотова Новикова, как идут дела с образованием еврейской республики в связи с будущими американскими кредитами и технической помощью под этот проект. Надо думать, что и место проведения конференции в Ялте было выбрано не случайно.

Для Великобритании проект еврейской автономии в Крыму стал бы возможностью отвлечь внимание от Палестины, как единственного варианта решения еврейской проблемы. С созданием там республики для евреев англичане могли рассчитывать на продление своего мандата на управление Палестиной после 1948 года. Поэтому англичане с надеждой ожидали исполнения замысла Сталина, который он через Михоэлса довел до западных деятелей.

Однако в июне 1945 года Президиум Верховного Совета СССР принял указ, в соответствие с которым Крым стал областью в составе РСФСР. В ноябре 1945 года Сталин отклонил просьбу Гарримана о личной встрече для обсуждения вопросов экономического сотрудничества. Этим самым давалось понять, что советский руководитель не считает себя связанным с прежним неофициальным зондажем. Сталин не желал влезать в долги и накидывать на страну петлю обязательств перед американцами. Видя бесперспективность строительства автономии евреев в Крыму, бывшие союзники организовали Англо-американский комитет по Палестине. СССР в этот комитет не пригласили, что противоречило ранее достигнутому соглашению о совместных консультациях военных союзников по палестинской проблеме.

В апреле 1946 года заместители министра иностранных дел Деканозов и Вышинский направили служебную записку правительству, где подчеркивали, что интересы Советского Союза в политике западных держав на Ближнем Востоке игнорируются, предлагали проводить политику благоприятного отношения к созданию еврейского государства в Палестине. С согласия Молотова Вышинский под псевдонимом публикует в журнале «Новое время» статью, в которой говорится о необходимости создания демократического еврейского государства на подмандатной территории Палестины. Расчет был двоякий. С появлением нового союзника позиции СССР на Ближнем Востоке усиливались. Одновременно с этим подрывалось британское влияние в арабских странах, поскольку те убедились в неспособности Великобритании остановить создание евреями свое государства.

Такая разворачивалась интрига. И тут выяснилось, что с собственными евреями у советских властей тоже возникли проблемы. Возвращавшимся из эвакуации евреям нужно было помогать обустроиться. И эту помощь власти, по мере сил, оказывали. Однако беженцы, прибывая в освобожденные районы Прибалтики, Белоруссии, Украины, в Ленинград обнаруживали, что их квартиры, дома, прочая собственность находятся в чужих руках. С одной стороны, нацисты приходили под лозунгами освобождения от «еврейского господства» и поощряли захват еврейского имущества. С другой, находящимся под оккупацией и в осажденном Ленинграде людям требовалось выжить, поэтому они и пользовались брошеным. Ситуация была чревата конфликтами. Секретарь компартии Украины Никита Хрущев в 1947 году жаловался, что у него нет возможности принять всех возвращающихся из Ташкента и Самарканда, поскольку Киев был еще разрушен. Хрущев просил секретаря компартии Узбекистана Усмана Юсупова принять меры и остановить этот поток, иначе в городе начнутся погромы.

Председатель ЕАК Михоэлс всячески защищал интересы своих соотечественников в имущественных и жилищных вопросах. Взяв на себя функции представлять еврейское население, Михоэлс действовал решительно, и эта решительность не могла нравиться. Еврейской интеллигенция, возвращавшаяся из Средней Азии и с Урала, настойчиво требовала возвращения оставленных ими квартир. Михоэлс обращалсяся в высшие инстанции с ходатайствами по некоторым делам, в частности просил освободить находящихся в лагерях евреев, служивших в румынской армии. Поведение Михоэлса, выступавшего от лица возвращаюшихся домой евреев, встревожило местных руководителей, насторожило Сталина. К тому же Сталину стало известно стремление Михоэлса улучшить положение еврейского населения и предоставить возможность развитию еврейской культуры. Для этого он даже пытался заручиться поддержкой людей в правительстве и ЦК. В этом не было ничего предосудительного, кроме одного — в разрушенной войной стране улучшить положение одних народов можно было только за счет других народов. Кроме того, министерство госбезопасности подозревало, что через связи Михоэлса в Америке стали известны некоторые трагические события в жизни Аллилуевых, родственников Сталина.

У Сталина были основания полагать, что Михоэлс, имея большой личный авторитет, способен начать какую-то самостоятельную игру в союзе с сионистскими организациями Америки. И тут Михоэлс совершил грубую ошибку. Выступая в конце ноября 1947 года в Политехническом музее Москвы, он рассказал о речи Громыко в ООН, в которой приветствовалось создание еврейского государства. Присутствующие, в основном евреи, встретили эту новость с ликованием, долго аплодировали. По сути, они и восприняли это как призыв к эмиграции. Мог ли Сталин допустить массовый отъезда из страны врачей, учителей, ученых, инженеров — ту небольшую прослойку интеллигенции, которую вырастил Советский Союз и сохранил в годы войны? Видимо этим, во многом и объясняется столь резкая реакция Сталина на выступление Михоэлса. Его убийство и последующие репрессии только и смог противопоставить Сталин стремлению евреев к отъезду в Палестину.

Однако аморальность политика всегда срабатывает против него. Зло во имя добра не делается. В случае с Михоэлсом эта реакция была почти мгновенной. Всем сразу все стало понятно.

Ситуацию в своих интересах тут же использовали англичане. Началось оперативное информирования израильской общественности об усилении антисемитизма в руководстве СССР, обубийстве Соломона Михоэлса, об арестах многих еврейских писателей, деятелей культуры. Сразу же от исполнения ответственных должностей в Израиле были освобождены евреи — граждане СССР по причине неуверенности в их лояльности. Отношения между двумя странами складывались очень непросто. Дело дошло до разрыва дипломатических отношений СССР с Израилем в 1953 году, когда началось «дело врачей».

Специфическая информация стала достигать и Сталина. О том, что известные еврейские деятели поддерживают тесные отношения с сионистскими кругами Запада. О том, что руководители Израиля с первых дней существования своего государства всячески укрепляют связи с Западом, прежде всего с Соединенными Штатами. Около года Сталин пытался с помощью дипломатии и спецслужб повернуть политику Израиля в нужное ему русло и продолжал оказывать тому всяческую помощь. К 1950 году выяснилось, что усилия, затраченные на это, напрасны, и политика СССР на Ближнем Востоке в конечном итоге развернулась на 180 градусов. Советский Союз впоследствии стал поддерживать арабов, а советская пропаганда стала посылать проклятия теперь уже в адрес евреев. С этого времени сионизм официально рассматривается как главная компонента широкомасштабного империалистического заговора против СССР и дружественных ему стран. Звеном этого заговора объявлялись и евреи, живущие в странах социалистического лагеря. Их задачей был подрыв и разложение этого лагеря изнутри. Отныне борьба с сионизмом, как когда-то борьба с троцкизмом, станет якобы навязчивой идеей Сталина. И эта линия в той или иной мере передастся его преемникам.