Битва империй. Англия против России - Порохов

Специфическая информация стала достигать и Сталина. О том, что известные еврейские деятели поддерживают тесные отношения с сионистскими кругами Запада. О том, что руководители Израиля с первых дней существования своего государства всячески укрепляют связи с Западом, прежде всего с Соединенными Штатами. Около года Сталин пытался с помощью дипломатии и спецслужб повернуть политику Израиля в нужное ему русло и продолжал оказывать тому всяческую помощь. К 1950 году выяснилось, что усилия, затраченные на это, напрасны, и политика СССР на Ближнем Востоке в конечном итоге развернулась на 180 градусов. Советский Союз впоследствии стал поддерживать арабов, а советская пропаганда стала посылать проклятия теперь уже в адрес евреев. С этого времени сионизм официально рассматривается как главная компонента широкомасштабного империалистического заговора против СССР и дружественных ему стран. Звеном этого заговора объявлялись и евреи, живущие в странах социалистического лагеря. Их задачей был подрыв и разложение этого лагеря изнутри. Отныне борьба с сионизмом, как когда-то борьба с троцкизмом, станет якобы навязчивой идеей Сталина. И эта линия в той или иной мере передастся его преемникам.

Да, были в истории последних лет жизни Сталина гонения на еврейство. Но поводом к ним никак не могло быть негодование Сталина после какого-то выступления в театре Соломона Михоэлса. Объяснение их ревностью Сталина к мимолетной политической популярности Голды Меир выразившееся в ее чествовании в Москве, тоже выглядит слишком примитивно. Более правдоподобное объяснение стоило бы искать в паутине внешнеполитических дел, интриг и заговоров. Только так можно разобраться в сути событий, которые отрицательно повлияли на судьбу нашей Родины в XX столетии.

XLVII. Стратегия «Лиотэ»

Среди документов, добытых в свое время советским разведчиком Дж. Блейком есть некоторые, касающиеся деятельности английской разведки (СИС) в 50–60-х годах. Особого внимания заслуживают раскрывающие сущность и подробности операции «Лиотэ»,[84] подготовка которой — разработка концепции, планирование ресурсов и финансовых средств — полным ходом велась уже в середине 1951 года. Некоторые указания к разработке плана «Лиотэ»: «использовать слабости и трения в высших сферах руководства советского блока путем использования всех возможностей, имеющихся в распоряжении британского правительства… Планирование и организация акций возлагается на постоянную группу, возглавляемую представителем министерства иностранных дел… Обеспечение этой группы разведывательной информацией возложено на сотрудника СИС…».

Эта операция получила благословение на самом высоком правительственном уровне. Ее назначение — сбор и обработка большого количества информации о конкретно выбранных объектах «советской системы»; — последующее целенаправленное воздействие на эти объекты посредством искаженной или наполовину искаженной информации. Результатом длительного и целенаправленного воздействия на каждый из этих объектов должно стать их ослабление.

На что же нацеливались дипломаты и разведчики Британии? «Путем комплексного изучения всех объектов в их взаимодействии мы намерены определить наиболее уязвимые районы и функциональные категории, группы и отдельные личности в советской системе». Среди таких «объектов», заинтересовавших авторов этой подрывной операции, можно увидеть, например, «…сельское хозяйство в Казахстане, партийное руководство в Болгарии, интеллигенция Внешней Монголии, определенные круги ученых и военных специалистов…». «Объекты уязвимости иной раз утверждались на заседаниях кабинета министров британского правительства.

В директиве по «Лиотэ» подчеркивалось, что операции должна носить «непрерывный, кумулятивный и постоянный характер». «Совершенно бесполезно ожидать немедленных или осязаемых результатов ранее, чем через несколько лет… Процесс воздействия на объект в большинстве случаев будет занимать годы и даже десятилетия».

Бывший первый заместитель председателя КГБ СССР, начальник 5 Управления (по защите конституционного строя) генерал армии Ф. Бобков по поводу этого плана высказался вполне определенно.

«Глашатаем «холодной войны» явился Уинстон Черчилль, возвратившийся после окончания Второй мировой войны к своей давней мечте сокрушить коммунизм, призвав к войне со своим союзником по антигитлеровской коалиции Советским Союзом, — подчеркивал в своем интервью. — Вскоре в английских спецслужбах родился план под кодовым названием «Лиотэ». В остроумии им не откажешь. Лиотэ — французский маршал, на заре века воевавший во главе колониальных войск в Алжире. Натерпевшись от палящего алжирского солнца, маршал приказал высадить вдоль дороги деревья, которые дадут тень. На замечание, что деревья вырастут лет через пятьдесят, Лиотэ ответил, что именно поэтому работу следует начать сегодня».[85]

Один из документов, датированный 19 января 1953 года, приобщенный к делу «Лиотэ» как пример удачной операции касается «дела врачей» в СССР, нагнетания напряженности в еврейском вопросе (опять!) и использования этой ситуации в интересах британского МИД. «Мы искусственно создаем шпионов, предателей и диверсантов в советской среде», рапортовали специалисты СИС, ставшие пособниками репрессий НКВД, и даже инициаторами этих кровавых разборок. Не является ли этот отчет свидетельством давно проводимой спецслужбами Британии на устранение патриотов России (того же Снесарева, например) руками НКВД. Насколько существенен «вклад» английской разведки в предвоенные репрессии в СССР? Как делить англичанам ответственность с палачами из НКВД за уничтожение еврейской интеллигенции? Ведь для англичан судьбы отдельных людей и целых народов на протяжении столетий были разменной монетой для достижения собственных целей.

В 1954 году в рамках «Лиотэ» началось одновременное проведение трех акций: «Акнэ» — обострение разногласий в правительстве СССР после смерти Сталина и устранении Берии, «Риббанд» — противодействие планам модернизации подводного флота, «Сплинтер» — инспирирование трений между партийным руководством СССР, с одной стороны, и МВД и армией — с другой. Все эти операции британских спецслужб можно считать успешными. Были острые разногласия в партийном руководстве вплоть до прихода к власти Брежнева. При Хрущеве подводный флот был пущен под нож. Было принято постановление ЦК об ослаблении партийно-политической работы в армии на флоте, тут же последовала и опала маршала Жукова.

Ориентировка-задание от 1 декабря 1959 года, разосланная штаб-квартирой СИС резидентуре в Европе и Азии, нацеливала на начало подрывных операций в области советско-китайских отношений. Долгосрочная и крупномасштабная кампания по подрыву советско-китайской дружбы и обострению тогдашних разногласий между КПСС и КПК была разработана и осуществлялась СИС по требованию МИД Великобритании. Предусматривалось воздействие «на лиц, которые контролируют политику в обеих странах и хорошо информированы о существующем положении дел». Вместе с тем дезинформационной обработке подлежали советские и китайские представители, работавшие за рубежом, — дипломаты, журналисты, бизнесмены, ученые, все, кому по роду деятельности поручалось собирать информацию для политического руководства. «Наши операции должны предусматривать обеспечение этих лиц искаженными сведениями об интригах другого партнера по союзу… Не пренебрегая никакими появляющимися возможностями поссорить русских и китайских представителей за границей, все же следует избегать операций, способных вызвать лишь нервозность или всего-навсего констатирующих известные политические разногласия». «Мы полагаем, что местная пресса, особенно в нейтральных афро-азиатских странах, какого бы низкого уровня она не была, может часто служить наилучшим средством для начала или продолжения конкретной операции, поскольку ее в меньшей степени можно заподозрить в том, что она используется Западом для проведения дезинформационных политических мероприятий».

Чтобы обострить советско-китайские отношения, породить взаимную неприязнь и недоверие, подтолкнуть страны к конфликту, использовались различные приемы. К примеру, фабриковались и подсовывались русским подробные «сведения» о создании китайцами националистических групп внутри Компартии Китая. В Пекин в это же время продвигались «надежные сверхсекретные данные» о том, что русские намекнули Неру о своей поддержке идеи международной гарантии индийских границ в качестве одного из условий разрешения индийско-китайских пограничных разногласий, а также «факты» использования русскими Индии против КНР.

Предлагалось проводить идею об усилении роста и влияния Китая в Юго-Восточной Азии в ущерб СССР. К примеру, о полном подчинении китайцами Компартии Индонезии, оказавшейся в финансовой зависимости от КПК; сообщения о практических действиях по разжиганию конфликта между Северным и Южным Вьетнамом. (Реально трагические события в Индонезии и война во Вьетнаме началась через шесть лет). Русские, полагалось, будут возмущены, узнав о проведении Китаем мероприятий на срыв советско-японского торгового соглашения, в результате которого на русский рынок уйдут товары, ранее поступавшие в КНР.