Взлет сокола - Майкл Стаудингер

Как бастион, в самом сердце моря.

Колыбель наша – Остров Драконов,

Детей Огня и Ветра, на Земле рожденных.

У всех одна мать, взрастившая нас.

И осталось всего лишь одно

Поколенье драконов.

– Надеюсь, я все правильно понял, Креозот. Твоя речь звучит так просто и естественно в твоем собственном исполнении, но когда я перевожу Песнь Дракона на язык людей, то, как мне кажется, она очень многое теряет. Я понимаю твою тревогу. Без тебя род драконов прекратит существование. История драконов очень печальна. – Рой ласково дотронулся рукой до шеи дракона. – Надеюсь, мы вместе сумеем изменить ее.

Дракон печально прорычал в ответ.

– Да, да. Сначала нам нужно победить Мордета. Завтра утром я брошу ему вы shy;зов. Если драконы умеют молиться, то сейчас самое время. – Рой потрогал кожаные выступы под глазами дракона.

Креозот ткнулась огромной мордой в его грудь, тихо и печально рыча.

– Даже не думай об этом. Ты переживешь эту войну. И твои дети тоже. Завтра я сделаю все, чтобы это было именно так. А теперь нам надо отдохнуть. Завтра нам нужно будет показать все, на что мы способны. – Рой уютно устроился около дракона и скоро оба уснули.

Спустя несколько часов Стентор осторожно потряс Верховного Мага за плечо, и тут же ощутил прикосновение огненной смерти, когда Рой спросонья поджег свой посох. Профессору снился глубокий черный сон, в котором был Мордет. Рой, ничего не понимая, оглядывался вокруг, с трудом узнавая площадь Хагсфейса, где они сейчас находились, и булькающий звук воды фонтана. Длинные тени падали на вымощенную камнями площадь.

– Пора, Верховный Маг. – Глаза и голос Стентора выражали печаль; глаза его опухли и были окруженными темными кругами.

– Вы не спали? – спросил Рой.

– У меня было много дел. Все может случиться. Если…

– Да. Это разумно. Но я чувствую в себе силу. И уверенность. Это хорошее предзнаменование.

Рой встал и потянулся, только после этого осознав, что Креозот нигде не было видно.

– А где дракон? – озабоченно спросил он.

– Она улетела несколько часов назад. Не знаю куда. Хотя потомство ее все здесь.

Рой глубоко вздохнул. Он не хотел вовлекать Креозот в сражение, но чисто по-мальчишески он очень нуждался в ее присутствии. Ее знание тонкостей использования силы Трех Начал были бесценны. Она обучала Роя тому, что Три Начала – это не просто сумма трех сил, а совокупная, во много крат умноженная мощь органичного объединения их возможностей, которая способна уничтожить Мордета навсегда.

– Ну что ж. Пора со всем этим кончать, – сказал он. – Не сменила ли Митра гнев на милость? Надо бы мне поговорить с ней как можно скорее.

– Я не видел ее с прошлого вечера, Верховный Маг. Но вы знаете ее. Ей надо бы обладать Словом Власти Куинта, а не тихим, спокойным Словом Роша! – Улыбка Стентора была бы успокаивающей, если бы его зубы, белые и влажные, не вызвали у Роя ассоциации, связанные с костями, отделенными от плоти.

– Возможно, она скоро объявится. Есть ли признаки того, что войско Мордета собирается идти на штурм?

– Нет. Они осуществили передислокацию. Все наши маги начеку. Все готово.

– Тогда давайте начнем, – сказал Рой.

– Нет, лучше сказать, давайте все это закончим, – поправил Стентор, и Рой согласно кивнул. Вдвоем они направились к западной стене. Вся Прадата собралась, чтобы увидеть, как будет сделан вызов. Весть о намерении Верховного Мага быстро распространилась по городу, и надежды, связанные с этим вызовом, были велики. Над крепостью нависло ожидание. Многие люди Прадаты молились за Роя, пока он поднимался на западную стену в свете восходящего солнца.

– Морелуа! Я жду! – выкрикнул Рой, взойдя на стену и держа в руке посох.

Рой ждал ответа достаточно долго и подумал было, что Черный Лорд не услышал его. Но по расступающимся рядам войск стало видно, что Регент приближается.

– Самозванец? Я удивлен, что вижу тебя. Чем могу помочь тебе в это прекрасное утро?

– Я не самозванец, Морелуа. Я Верховный Маг Кешьи, Куинты и Ралы, Друг Драконов и Истребитель Пустоты. Сейчас я бросаю тебе вызов. Я собираюсь навсегда изгнать тебя во тьму.

– Смело сказано, самозванец. Но тем не менее я принимаю твой вызов. Выходи сюда, за стены крепости, и мы решим наши проблемы.

– Как пожелаешь, Морелуа. Мне не терпится изгнать тебя из этого мира. – Рой слез со стены и направился к воротам крепости. Там его уже ждал Стентор.

– Митру еще не нашли. Либо она действительно сердита, либо не может смотреть на ваш поединок. Но я верю в вас, Верховный Маг. Благословят вас Четыре Качала!

– Воистину благословят! – быстро ответил Рой и покинул крепость через открытые ворота.

Солнце яростно раскаляло пески. Дующий с моря легкий бриз приносил лишь небольшое облегчение. Песок, солнце и ветер, подумал Рой. Хорошее предзнаменование. Перед ним, словно образуя живой забор, стояло войско Мордета, сверкая копьями и мечами на утреннем солнце. От войска отделилась черная фигура, и Рой увидел, как Регент поднялся на выступающую базальтовую возвышенность. Рой отметил, что для того, чтобы добраться до Регента, ему придется подниматься вверх, и мысли его поневоле вернулись к тридцати девяти ступенькам, которые преодолел Рой, идя на встречу с другим Регентом. Тогда его заставлял двигаться страх, но сейчас все изменилось. Этот мир словно существовал лишь в его воображении, и Рой смело шел вперед к ожидающему его неприятелю.

– Я долго ждал этого, – прошипел Мордет, когда Рой приблизился к основанию выступающей породы, на вершине которой стоял Мордет.

– Для чего? – спросил Рой. – Ты уже должен был понять, что не сможешь одолеть Прадату или Верховного Мага. Мы всегда будем возвращаться и никогда не дадим тебе покоя. Оставь свои ложные претензии на царство и уходи навсегда – ты еще можешь это сделать.

– Глупец! Меня невозможно испугать. Я сам есть страх. Твои силы ничтожны по сравнению с моими. Так что начнем.

Как только Мордет поднял руку, тьма заслонила солнце, но Рой был готов. Его посох вспыхнул, и ледяная тьма исчезла.

– Послушай меня, Морелуа. Я ненавижу смерть и не хочу никого убивать. Раскайся, Морелуа, прошу тебя.

– Это страх поджигает твой посох, самозванец? – Снова рука Мордета вызвала ночь, окутавшую Роя черным одеялом.

Посох зажегся, словно маяк в ночи, разбивая окружающий мрак на мелкие кусочки, рассыпавшиеся вокруг них. Мордет усилил атаку, вновь окутывая Роя черной смертью, которая снова была рассеяна Огненным Посохом. В воздухе назревала буря, и ночь хлестала пылающий посох. Но снова стало светло, и день засиял в своем великолепии.