Пилот Империи - Макс Крайм

– Гул-ло! – Дана не узнать было не возможно. – Сдавайся! Ты и твои люди окружены!

Тяжёлое металлическое тело сползло с меня так же стремительно, как и налетело.

– Уходим!

Грек откатился в сторону за импровизированную баррикаду из узких контейнеров. Я с натугой перевернулся через бронированную спину и последовал за ним. Капитан уже стоял, пригнувшись и выцеливал в проходе пока невидимых врагов.

– Надо уходить! – повторил он. – И быстро, если у них имеются генераторы невидимости: нам сильно не поздоровится.

Он резво развернулся и побежал в обход выпуклой стены одной из шахт. Я задержался бросил взгляд назад. Отец с серыми бойцами занимал круговую оборону.

– Макс, – в наушниках шлема раздался его голос, – Уходи с Костровым, мы их ненадолго отвлечём А потом тоже уйдем, на свой корабль.

Я нерешительно сделал два шага назад. Гул-ло резко взмахнул рукой вверх в прощальном жесте:

– Все хорошо! Им не известны мои дальнейшие планы. Дан знал только то что я счел нужным ему сообщить. Давай же Макс, передавай Империи – привет! Надеюсь, ещё увидимся!

Проклятье – до сих пор так и не разобрался, что за игру он ведёт. Потом я отвернулся и помчался вслед за капитаном. Позади заухали энергетические ружья.

Грек отыскался метров через сто по прямой, он ждал меня возле широкого грузового люка, ведущего на подъёмный лифт, внутрь стартовой шахты.

Когда я с ним поравнялся и намеревался войти в люк, капитан заступил дорогу. Я в непонимании почти вплотную к нему остановился. Тяжёлая стальная ладонь опустилась на наплечник моей брони.

– Слушай, я знаю, что сейчас не время. Просто хочу, чтобы ты знал – всё, что было сделано мной – нужно было для обретения нашей свободы.

Я стряхнул его руку. И проходя мимо, бросил:

– Действительно не время – все объяснения, когда взлетим…

Грек вошёл следом.

– Ты действительно похож на своего отца.

Вот тебе и комплимент. Я поморщился под шлемом, естественно капитан этого не видел. Так что у нас тут?..

На круглой платформе подъёмника диаметром в сотню метров располагалось массивное брюхо грузового корабля. Выступающий узкий нарост кабины смотрелся слегка нелепо на общем фоне судна. Громадные буквы на корпусе информировали о названии корабля. «Сателлит» – прочитал я.

Грек меж тем, не тратя времени зря, закрыл проход в шахту и заблокировал терминал, с помощью которого можно было бы его отпереть, попросту расплавив ручным лазером кнопочную панель вместе с цифровым экраном.

– Вот теперь до нас так легко не добраться, – прокомментировал он свои действия, и обратился к кому-то внутри корабля: – Безопасно, можно спускать трап.

В тот же миг в корпусе корабля распахнулся ярко освещённый прямоугольник, и узкая стальная лестница опустилась прямо к нашим ногам. Сзади во входной люк что-то тяжело и оглушительно ударилось – мы с капитаном чуть не подпрыгнули от неожиданности.

– Дьявол! Не думал, что они доберутся сюда так скоро. – Костров пропустил меня вперёд, и сам полез следом. Переставляя конечности по ступенькам, я удивился прочности лестницы – явно неприспособленной для того чтобы по ней лазали люди в тяжеленной броне, к тому же ещё и двое. Через сомкнутые створки за нашими спинами пробилось яркое жёлтое пламя, и горячие искры посыпались на платформу.

– Скорее Макс, скорее! – торопил Серж снизу. – Запускай лифт, пока они не заблокировали подъёмник!

Последнее обращение было не ко мне, а к тому – кто находился сейчас в кабине «Сателлита». В последний миг, уже буквально вдёргивая себя в квадратный люк наверху лестницы, я бросил взгляд вниз: Стальная створка была уже почти распилена плазменным резаком и должна была вот-вот упасть, когда платформа начала плавно подниматься, при этом плавно вращаясь вокруг своей оси. В следующий момент я оказался внутри грузового отсека корабля, Грек практически влетел следом. Тёмный силуэт надвинулся скачком – резко, невообразимая тяжесть навалилась сверху, горло словно сдавила гигантская рука – я повалился на спину и захрипел, попытался сбросить беспощадную хватку, разум затопила тёмная густо-чёрная волна. Я отключился.

Сколько раз я падал в беспамятство, даже сложно сказать. Всегда одно и то же: темнота – без снов и звуков. В этот раз было так же, но только вначале.

Темнота окутывала меня, словно я крепко-крепко закрыл глаза, но это было не так. Я заново ощущал себя и своё тело. Лёгкие не работали, и всё-таки я дышал – жил. Тело двигалось, руки и ноги иногда слабо подёргивались, упираясь в невидимую мягкую преграду. То, что меня окружало было одновременно и тьмой, и светом, было вязким и тёплым. Стоило открыть рот, как оно попадало на язык, который принималось слегка пощипывать и возбуждало вкусовые рецепторы. два сердца: одно бьётся медленно и равномерно, другое стучит часто и неровно, но потом, и оно обрело свой ритм. Так длилось вечность, несравненно длинную и короткую одновременно.

Вскоре я почувствовал, что хочу выбраться из этого пространства. Нечто толкало меня вперёд сквозь это ставшее родным пространство, выталкивало и вытягивало во Вне. Холод коснулся сначала моих рук, головы, лица, затопил лёгкие. Яркий свет ослепил со всех сторон – я закричал, от испуга, восторга, желания жить…

…

Был длинный коридор. Впереди и позади оштукатуренные серо-зелёным стены. Узкий коридор. Без дуновения ветра. По щиколотку залитым едва тёплой водой полом. С единственным тусклым источником света над головой. Тьма впереди и позади меня. Тёмное отражение в воде – моё отражение. На мне мешковатая бесформенная одежда, обуви нет. Тишина, я слышу только своё дыхание… Скоро очень захотелось пить… Чувствую, что ещё немного, и грязная лужа снизу покажется мне довольно сносным источником для утоления жажды, что становиться всё сильнее с каждой уплывающей в никуда секундой… минутой… часом.

«Кап»…

Настороженно вслушиваюсь в темноту. И снова:

…«Кап»…

Где-то сквозь потолок просочилась вода и она падает вниз. Наверняка она чище той, что плещется под моими ногами… Пойти искать источник? Но это означает оставить один единственный источник света над моей головой. Блуждать в темноте?..

Жажда всё сильнее, и я решаюсь: делаю шаг в сторону очередного «Кап». Бреду вглубь коридора навстречу вожделенным звукам. Вода от каждого моего шага расходится волнами, что ударяются о стены и возвращаются назад с тем, чтобы столкнутся с новой волной и всё это в тусклом свете. Я поднимаю голову: светильник всё ещё надо мной. Неужели я не продвинулся и на шаг?..

Бросаюсь вперёд, бегу шлёпая ногами по воде, высоко разбрызгивая её по стенам, промокаю и сам. Коридор разветвляется. Я останавливаюсь, грудь ходит ходуном, требуется немного отдышаться. Смотрю в темный провал перед собой. Коридор разделился – одна его половина тянется в прежнем направлении, другая уходит перпендикулярно вбок. Пятно света всё ещё со мной, оно освещает путь, куда я бежал – плохо, но видно, что стены тянутся всё также ровно, и также ровно вода покрывает его. А вот проём ведущий в сторону заполнен тьмой, причём – весьма необычной. Её словно можно ухватить ладонью, почувствовать вес и плотность… Последнее «Кап» донеслось именно оттуда – я уверен.

И вновь испытываю сомнения, и топчусь на месте, вновь делаю выбор – шагаю в дом темноты. Сразу проваливаюсь по колено в холодную воду. Свет хоть и с трудом, словно преодолевая невидимый барьер, проникает следом. Здесь размытое пятно обретает новую форму – теперь это шар, яркий шар света. Он совершает круг на уровне головы и поднимается выше, давая своим лучам больше простора. Место, куда я попал – уже не узкий коридор, а просторное помещение с высоким потолком и едва различимыми вдалеке стенками.

…«Кап»…

Я поворачиваюсь и иду на звук. Капает всё чаще. Скоро нахожу источник, при мне редкие капли превращаются в тонкую прозрачную струю. Вода в этом месте заметно холоднее. Подставляю ладони под обжигающие морозом капли и жду, когда они наполнятся чистой водой. Пью, снова подставляю и жду, снова осушаю пригоршню. Итак несколько раз, пока не чувствую, что утолён, утираю рукавом рот. Жажда сходит на нет. Отхожу чуть в сторону от ручейка который несколько усилился с того момента как я его увидел, хочется присесть – но везде та же самая вода. Сделав ещё пару шагов в поисках сухого местечка, я понимаю, что снова хочется пить и ещё сильнее чем прежде. Возвращаюсь к ручью. Но это уже не ручей – а поток, и он делается всё шире и шум его падения усиливается, брызги летят всё выше.

Подаюсь назад, мой свет спускается вниз – он словно жмётся ко мне как котёнок, тоже не по себе. Полоса воды, падающей сверху всё шире, всё стремительнее она заполняет обширную комнату. Скоро рёв водопада начинает оглушать, волна уже достаёт до пояса. Надо бежать отступать прочь, пока вода не заполнила всё. Не успеваю – целая секция отделяется от невидимого потолка и падает предо мной в воду. Артель брызг окатывает и ослепляет меня. промокшая одежда тяжелеет и неприятно липнет к телу. Становится холодно.