Драконы космического флота - Татьяна Михаль

губы, закрывает на миг глаза, явно сдерживая рвущуюся ярость. Я уже открываю рот, чтобы оправдать себя, но Ник не даёт мне сказать. Снова говорит, да таким суровым начальственным тоном, что невозможно оборвать его.

— Я дал слово твоим родителям, своим дорогим друзьям, что в случае их гибели, позабочусь о тебе. Я думал, что потерял тебя, свою дочь… Знаешь что я сделал, чтобы найти тебя? Чтобы получить хоть какую-то зацепку, хоть какие-то сведения, где тебя искать?

Я шумно сглатываю. Он буравит меня тяжёлым, просто убийственным взглядом и продолжает:

— Я поднял на уши все высшие чины Земного Союза. Почти душу вытряс из генералов и адмиралов. Дошёл до МГС и разосра… разорвал многие отношения, потому что никому и дела нет до одной сумасбродной девчонки, которая вбила в свою в голову, будто работа в космосе – это же так романтично! Твоя подруга Руби долго держалась, но на допросе всё равно раскололась…

За спиной кто присвистывает, выражая высшую степень удивления, возможностей крёстного и его упёртости. Уверена, это капитан.

Но мне не до Лукаса сейчас, у меня по спине отвратительной ледышкой пробегает пренеприятный холодок. Я делаю круглые глаза и смотрю на крёстного в ужасе. Неужели он отправил Руби за решётку? Или что ещё хуже?

Он перехватывает мой взгляд, полный священного страха за подругу, усмехается и произносит:

— Всё с ней хорошо, не волнуйся. Жива, здорова и продолжает свою хакерскую деятельность.

Я облегчённо выдыхаю и понимаю, что не обойдусь перед подругой одними словесными извинениями. Надо будет найти для неё необычный подарок – извиняться нужно правильно и с чувством.

Николас тем временем разгоняется в своём гневе.

— Я нашёл ту проклятую заявку на выделение одному «засекреченному» экипажу хорошего хирурга, — рычит он и с издевкой произносит фразу «засекреченному» экипажу». Уже обводит бешеным взглядом драконов. — Я перебрал всех – людей, кассов, соутов, думал и на селтов, которые как-то смогли обойти защиту и подобрались к нам. Но драконы!...

Его эмоции слишком сильны и он порывается вскочить с кресла, но в последний момент остаётся на месте, непослушной рукой дёргает за воротник кителя, расстёгивает верхние пуговицы.

— По вашему следу отпвлены военные корабли. Но к моему огромному сожалению ваш корабль оказался слишком быстрым, каким-то неуловимым, — дрожащим голосом, то ли от негодования, то ли от волнения произносит Николас. — Тебя ищут, Ари. Но я рад, что ты нашла в себе смелость или твоя совесть проснулась и ты связалась со мной.

— Николас, я в полном порядке, — произношу с тяжёлым вздохом, — прости, пожалуйста, но… Если уж у нас столь откровенный разговор, то послушай, ты ведь сам меня подтолкнул к этому поступку.

Он смотрит на меня как на умалишённую.

Я всплёскиваю руками и добавляю:

— Ты всегда знал о моём желании работать в космосе и даже одобрял мой выбор. Я училась и работала, жила этой мечтой не для того, чтобы в день «Х» ты её у меня отобрал! И каким методом? Самым подлым! Прошёл по своим связям, чтобы меня никто не принял ни в одну команду! Это… нечестно…

— И потому ты решила ударить в спину, — усмехается он горько. — Это совсем не подло.

Я качаю головой.

— Всё не так. Ты сам прекрасно знаешь, что я тебя люблю, ценю и уважаю. Но я давно не ребёнок, Ник. Я взрослая женщина и имею полное право распоряжаться своей жизнью и судьбой, как сама решу. Мне давно уже не нужна опека. Когда же ты это поймёшь, мой дорогой и любимый крёстный? Ты сполна исполнил обещание, данное моим родителям.

Я говорю мягко, но уверенно, в конце грустно улыбаюсь.

Мы смотрим друг другу в глаза, наверное, вечность.

— Для меня ты навсегда останешься малышкой, Ари. Маленькой, замечательной и нуждающейся в защите девочкой, — произносит он с тяжёлым вздохом.

Глаза Николаса полны вселенской скорби. Лицо у него настолько грустное, что у меня возникает порыв прикоснуться к нему, провести пальцами по глубоким морщинам, чтобы хоть немного их разгладить. Но крёстный далеко...

Он опускает голову, а когда поднимает, его лицо снова — маска бесстрастного военного хирурга, каким я привыкла его видеть.

— Кто он, твой возлюбленный? — спрашивает он строго. — Он – дракон, верно?

— Да. Дракон, — улыбаюсь я робко и оборачиваюсь.

Рик стоит за моей спиной, но тут же делает шаг и становится ко мне плечом к плечу. Крепко обнимает меня за талию.

Николас сначала бледнеет, затем багровеет.

— Обозначьте свой статус, молодой человек, ранг и намерения в отношении моей крёстной дочери, — командным тоном требует Николас у Рика.

Ой-йо.

Глава 32

⅏

⸎ РИКАРД ⸎

— Обозначьте свой статус, молодой человек, ранг и намерения в отношении моей крёстной дочери, — командным тоном требует от меня ответа крёстный Арианны.

Его взгляд прожигает. Сквозь форму, через кожу, кажется, духовный отец моей пары желает в самую душу ко мне пробраться, чтобы «увидеть» меня.

Я невольно улыбаюсь. Сразу видно умного человека. Не только умного, но и ценящего свою семью мужчину. Арианна для него очень важна. За неё он в огонь и воду.

Ему пришлось поднять и напрячь все свои связи, чтобы хоть что-то выяснить о своей крестнице. И я уверен со временем он нашёл бы её. Нашёл бы нас.

Смотрю на свою пару и мягко целую её в висок, вдыхаю её неповторимый аромат и думаю, что ещё ни разу не видел её в таком напряжённом состоянии. Ещё ни перед кем она так сильно не тушевалась и не нервничала, как перед своим крёстным.

Эти мысли проносятся за доли секунды и я, наконец, представляюсь землянину:

— Рикард Логан Рейк — адмирал космического флота драконов. Старший сын лорда клана обсидиановых драконов. И с недавних пор спутник вашей крёстной дочери. Мои намерения в отношении Арианны чисты и прозрачны, как утренняя звезда.

Лицо Николаса всего на миг становится удивлённым, но мужчина быстро возвращает бесстрастную маску на лицо. Глаза всё равно отражают его эмоции. В них я вижу не только удивление, там проскальзывает страх.

Он боится