Лаура - королева призраков - Window Dark

Капельки невостребованной энергии парили над трамваем, соединяясь с вылетавшими электрическими искрами, чтобы прожить короткие, но яркие мгновения.

Глава шестнадцатая

Талисман

В магазине есть вода,

Топай, топай,

Сорок градусов она,

Кверху…

Вот так! Вот так!

Живут Америка с Европой.

Вот так! Вот так!

Ну а у нас все кверху…

Невысокий, чуть сутуловатый мужчина в очках и с намечающейся лысиной устало смотрел на нас. Серо-коричневые клетчатые брюки из отличной ткани выглядели немного измятыми, из кармана песочной жилетки торчал белоснежный уголок платка. Пиджак небрежно висел на стуле, по спинке которого постукивали пальцы в такт далекой музыке. До нас доносились отрывочные аккорды, но это был не Тальков.

Мы с Лаурой стояли в подвальном помещении с низкими потолками. Бетонные плиты грозно нависали над нашими головами, напоминая о громоздящихся сверху пяти этажах. От ощущения сдавленности, да от отсутствия окон, за исключением наглухо заваренного металлическим листом вентиляционного отверстия, становилось немного не по себе. Прибавьте сюда еще необычность вечернего визита, да волнения по поводу предстоящего нашествия черных призраков, и Вы почувствуете, какие иголочки покалывали мои нервные окончания в те минуты.

Возможно, раньше здесь держали мастерскую для ЖЭКа. Потрепанные каменные ступени вели отсюда в сырой полумрак тесного коридорчика. За тяжелой железной дверью уже начиналась улица. На гладкой, старательно выкрашенной зеленой краской в несколько слоев поверхности белел весьма обширный прямоугольник с розовой надписью, которую я прочитал пять минут назад: «Клуб имени Игоря Талькова». И чуть пониже и помельче «Магазин». Даже по вычурной рамке из зеленых с золотыми прожилками лавровых листьев чувствовалось, что за оформительские работы заплатили немало.

Несмотря на более мелкий шрифт в подвальном помещении главенствовала вторая часть вывески. Роль прилавка выполняли витрины, заполненные импортными продуктами. Веером лежала шоколадная мозаика «Марсов», «Сникерсов», «Милки Уэй», только-только достигших наших необъятных просторов. Волна неведомых лакомств в блестящих обертках мгновенно захлестнула всю страну и, похоже, обосновалась у нас надолго. Здесь же находилась датская ветчина в жестяных банках, немецкое печенье, итальянские пакетики с макаронами и финские конфеты, в застойные годы изредка мелькавшие в московских магазинах. Теперь и я мог увидеть эти чудеса западной пищевой промышленности. Бывали даже такие дни, когда я выкраивал из своих скромных сбережений денежку на «Марс». Но не сейчас. В данный момент сжимаемые в руках рублевый и долларовый неприкосновенные запасы сохранялись для королевы. Отведя взгляд от заморских деликатесов я подобрался к следующей витрине. Здесь вперемешку лежали товары легкой промышленности. Таиландские варенки уже потихоньку вытеснялись китайскими представителями «Levi's» и «Wrangler». Встретилась и польская «Montana», похожая на настоящую пуговицами, нашивками и ценой. Азиатские футболки с вышитыми названиями известных западных фирм также исчезали, уступая место более качественному товару за более значительные деньги. Затем я оглядел полки с магнитофонами неизвестного производства и такого же уровня звучания.

Мой взгляд ласково погладил фирменный дизайн западной видеотехники и замер, намертво уперевшись в стопку аудиокассет.

Надо же! В условиях тотального дефицита приличных кассет, когда «Maxell UR» или «Fuji DR-I» в звукозаписях стоили пятьсот рубликов, что было уж совсем запредельно, а на рынке корейские «HyonStar» и «SKC» доходили до четырехсот…

Нет, глаза просто отказывались верить. «TDK-A», «DENON DX1», «SONY EF», «Maxell LN», равнозначный по качеству вышеуказанному «UR», и всего за 240 рубликов. А превосходная хромная «SNC SoundBreeze» вообще за сто восемьдесят, тогда как в «Спорттоварах» точно такая же лежала за шестьсот! Правда, кассеты были с записью, но какая, к черту, разница. Своим многоопытным взглядом я не увидел царапинок ни на корпусах, ни на прозрачных футлярах. Мечта! Сбывалась!

Да это же просто настоящий клад! Невозможно было не купить все эти сокровища.

Рука автоматически потянулась кошельку, но остановилась на полпути. Деньги были уже в руках, но и за талисман тоже требовалось платить.

Я стоял, раздираемый на части желанием и чувством долга. Больше всего мне хотелось, чтобы талисмана совсем не существовало. Или пусть он находится за тысячи километров отсюда. Да и зачем он вообще нужен? Разве нет другого способа справиться с проклятыми черными призраками. К черту призраков! Какие могут быть призраки, когда вот тут, рядом, кассеты по «ну очень смешным ценам». В ту секунду предстоящее вторжение казалось мне нереальным как никогда. Зато кассеты никуда не исчезали, и радужные блики пробегали по гладким стенкам фирменных футляров. Я уже считал их своими. Кассеты! Кассеты!

Ну ведь кассеты же!!!

С трудом оторвавшись от будущих экземпляров коллекции, я перевел горящий взгляд на Лауру. Губы ее плотно сжались, глаза устремились в невидимую мне точку. Она словно заметила знакомую-презнакомую вещь и в то же время будто бы видела ее впервые. Сей неведомый предмет находился в дальней части магазина.

Собственно там и располагался клуб имени Игоря Талькова. Единственная витрина стояла в небольшой комнатке, отгороженной от общей залы двумя выступами в стенах. Взгляд Лауры пропадал в сумраке витрины, над которой висел большого формата черно-белый, но очень качественный фотопортрет певца. Сверху на красном полотнище желтые буквы несли призыв: «Игоря Талькова в президенты России (посмертно)». Внизу черный шрифт на белом квадрате с траурной рамкой взывал к скорби: «От руки красного террора погиб князь русской песни».

Слева и справа от портрета темнели силуэты огнетушителей, размещенные несомненно по настоятельному указанию пожарной инспекции.

Я легонько тронул локоть Лауры (она вздрогнула от неожиданности) и взглянул вглубь витрины. С одной стороны там ровной стопкой лежали ничем не примечательные «МК-60-5» с программами Талькова, с другой стороны фотографии и значки с ним же. Посредине расположилась пожелтевшая вырезка из газеты со статьей о последнем концерте певца. По ее периметру был разложен небогатый выбор ювелирных украшений, состоящий из тусклых цепочек, крестиков и кустарно выполненных фигурок знаков зодиака.