Тени Марса - Анатолий Гончар

— Лопес, — гортанно выкрикнул он, одним глазом косясь на сверкающий сполохами экран.

— Я, мой господин! — подойдя, генерал преклонил правое колено.

— Встаньте, сейчас не до придворных тонкостей! Возьмите пару моих телохранителей и спускайтесь в хранилище, от моего имени прикажете обслуживающему персоналу готовить ракеты к запуску. Исполняйте!

— Есть! — генерал, которому тоже перестала нравиться складывающаяся ситуация, щёлкнул каблуками и, поманив за собой двух офицеров, бросился выполнять приказание. Только почти спустившись вниз, генералу стало ясно, что канцлер не считает нужным его присутствие наверху. Лопес сопоставил факты и понял, что разочаровал Верховного правителя…

Два транспортника, наученные горьким опытом догорающего перед их глазами ЛАГГа, на бреющем полёте подлетели к подножию гор и опустились на каменистую россыпь далеко за пределами возможностей ПВО Ляпидевского. Выскочившая из их чрева пехота рассыпалась в разные стороны и, охватывая полукольцом ближайшую возвышенность, повела наступление на одинокого легионера, засевшего за большим куском гранита. Впереди, поблескивая синими эполетами униформы, гордо, в полный рост ступали космические спецназовцы. Чуть позади, умудрённые неприятностями последних дней, осторожно пригибаясь за камнями, перебегали от одного укрытия к другому солдаты подразделения 4-Б. Номинально командовал объединённой группой гвардии майор Лацис Лопенгауз, фактически каждое подразделения действовало само по себе. Космические спецназовцы, вооруженные короткими модифицированными винтовками М-18С, ещё не нюхавшие пороху, но считавшие себя если не богами, то, уж, пожалуй, демонами войны, двигались вперёд с самоуверенностью, достойной лучшего применения. Поэтому первые очереди турельного пулемета, заговорившего с вершины, проредили их ряды на добрую половину, прежде чем ошалевшие от такого приёма спецы, забыв про свою спесь, попадали на землю и, извиваясь, словно змеи, попрятались за близлежащими валунами. Сергей выпустил одну ленту, перезарядил оружие прежде, чем неприятель очухался и открыл ответный огонь. Лучи бластеров заскользили над его головой, словно маленькие оранжевые молнии. Мгновение спустя к ним присоединились тяжёлые винтовочные пули, с треском откалывавшие куски камня над головой сползшего в ложбинку Сергея. Приподнявшись над каменной кромкой, он получил в лицо гранитным осколком, и тут же ощутил на щеке побежавший вниз ручеёк крови. Выругавшись, Ляпидевский рывком взлетел над бруствером и нажал кнопку открытия огня. Четыре ствола окатили воспрянувших духом марсиан градом свинцовых пуль и вновь заставили их врасти в землю. Сергей, глядя на разбегающегося неприятеля, довольно улыбнулся и посмотрел вниз, тщательно выбирая цель, и в этот момент сразу несколько лазерных лучей сошлись на его груди. Сергей почувствовал, как его отбросило назад, и на поверхности груди начал разгораться костёр сверхновой звезды. Заскрежетав зубами, он рванув застёжки, скинул с себя защитный костюм и скосил глаза вниз. Рубашка на его груди тлела. Скинув и её, он бросился к пулемёту, но его ствол был оплавлен десятком выстрелов. Сплюнув, легионер отпрыгнул в сторону, перебежал к уступу скалы, образующему нишу и взял лежавший там до поры до времени автомат с пристёгнутым к нему маленьким подствольным гранатометом…

Капрал схватился за подъёмник вышки, и в тот же момент его правая нога будто подломилась. Горячая боль пронеслась от колена до самого сердца, заставив взвыть. Стараясь не смотреть на ногу, он привалился к стенке подъёмника и нажал кнопку со стрелочкой, указывающей вверх. Он снова едва не упал, когда платформа рванула к зениту, но, схватившись обеими руками за поручень, всё же сумел устоять и выпрямиться. Прямо под ногами зашипела краска, оплавленная лучами тяжёлого бластера. Ещё один луч прошёл рядом с защищающей лицо маской. Капрал понял, что на него началась охота. Вражеский лазерщик, ощутив во взбирающемся на вышку человеке исходящую от него угрозу, оставив все остальные цели, взялся за его уничтожение. Клёпиков чуть присел, оказавшись под защитой бронированной стенки платформы. До поры до времени она могла сдерживать огненные струи, но что её надолго не хватит, было видно по тому, как стала краснеть её внешняя обшивка. Клёпиков посмотрел на свою раненую ногу. Прошив защитный комбез, лазерный луч разрезал кость чуть ниже колена. Из обожжённой раны медленно, как бы нехотя, вытекала тёмная кровь. Останавливать её было некогда. Капрал распластался на полу и, подползя к краю транспортной площадки, посмотрел на крышу вражеского командного пункта. Возле тяжёлого бластера хлопотало сразу несколько зандров, а с защитного кожуха платформы потекли первые капли расплавленного металла. По — прежнему лёжа, капрал подтянул гранатомёт, откинул прицельную рамку и, высунувшись за край площадки, прицелился. Его маневр, кажется, заметили, но пока один марсианин показывал другому, где находится исчезнувший с поля зрения полицейский, пока второй нервно направлял ствол лазера в его сторону, Клёпиков нажал спуск. Только ветер пронесся за его спиной, и тяжёлая кумулятивная граната, прошив вражеский бластер, разорвалась в центре столпившихся вокруг него марсиан. Тем временем сам капрал, опираясь на РПГ, поднялся и посмотрел на поле боя. Кто-то из бойцов Слуцкого сумел незаметно подкрасться к БТРу и в упор расстрелял его из приданного группе гранатомёта, и теперь Слуцкий, размахивая руками, отдавал команды ворвавшимся в окопы подчинённым. С западной башни, прижав растерявшегося противника к земле, без устали бил ПК одного из легионеров его группы. Ему вторили сразу несколько АК. Клёпиков облегчённо вздохнул и бросил взгляд на вражеские окопы. Фигурки залёгшего противника виднелись как на ладони. Он приподнял пулемёт, приладил к плечу приклад и без всякой жалости стал поливать их тяжёлыми свинцовыми пулями. Тем временем группа Босина вплотную подошла к стене главного здания и теперь закладывала под неё взрывчатку.

Капрал увидел, как над окопами стали подниматься чьи-то руки, но он сделал вид, что не заметил этого. Ему почему-то до чёртиков не хотелось возиться с пленными…

Когда майору Лопенгаузу доложили о начавшемся штурме базы, он счёл нужным связаться с командованием. Ему ответил сам главком ВКРС генерал Лопес:

— Майор, какие у Вас трудности?

Лопенгауз вздрогнул и нерешительно спросил:

— Господин генерал, нам возвращаться?

Лопес задумчиво прислушался к раздававшейся снаружи здания канонаде, взглянул на часы, прикинул время, надобное на возвращение резерва и понял, что они не успеют. Злость на спутавшего все карты легионера закипела в нём с новой силой.