Отпусти - это всего лишь слово - Сан Тери

   Я уже не слушал Гриню, потому что слушать Тохин трёп - это никуда не прыгать, а дебильно ржать. Причём Гринь заражал не юмором. Шутки у него были плоские, но не смеяться было нереально.

   Поэтому, отключившись от всего и выстроив в голове модельный ряд движения, я разбежался слегка и, толкнувшись с ноги, подпрыгнул и полетел, делая множественное колесо, переходящее в сальто-мортале. Проскакал, что заправский ниндзя, вдоль всего мата под откровенный визг и экстаз своих поклонников. Застыл в стойке на руках, медленно прогнул поясницу, демонстрируя откровенный гибкий полумостик, поднял ноги разводя в шпагат, замер, позволяя стекающим со скамеек на пол поклонникам обозревать себя красивого, застывшего в величественном моменте сложнейшей позы. Рёв превратился в неистовство.

   - Никитос, мы тебя хотиииим! - в экстазе выл Гринь, прокатившись на коленях, как заправская рок-звезда.

   А я чувствовал, как от прилившей к голове крови начинает пульсировать в ушах, постоял секунду, сложил ноги, дурачась, поболтал ими в воздухе, и, сделав несколько шагов на руках, крутанулся, переходя в брейк данс, совершил несколько перекатов под неистовый визг, продемонстрировал вертушку и, слитно перейдя в верхнюю стойку, снова прыганул и встал на ноги, слегка покачнувшись от навалившегося головокружения. В глазах потемнело, но я устоял, не сразу разобрав, что орёт Тоха.

   - Все судьииии пяаааать баллов, - отчаянно ревел Гринёв. - Люди, это победа!!! Откровенная победа 114-ой. Никитос рулит! Ты мегакрут, чувак! Ты просто нереально мегакрут.

   Меня хлопали, поздравляли, парни свистели. Серёга и Димас подхватили на плечи, пронося вдоль скамеек и готовясь качать победителя.

   А Саня... Саня стоял, смотрел снисходительными глазами, как мать на любимое расшалившееся дитя... и улыбался.

   Аллочка засвистела в свисток, призывая к тишине. Но какое там. Всем уже было понятно, что игра закончена, и геймовер просто не состоится за неимением у игрока необходимого уровня, чтобы побить босса.

   - Тишина. У нас ещё одно выступление. Так, заткнулись все!!! Щас удалять начну. Малин, прошу. На доску почёта или позора, тут уже по желанию.

   - Итааааак, дадим 213 последний жалкий шанс отыграться, - взвыл Гринь, привлекая внимание и не слушая предложений Аллочки завалить пасть по-хорошему. - Что предпримет команда соперников в ответ на этот дерзкий ход Никитоса? А ни хрена она не предпримет! - радостно завопил Тоха, так же, как и остальные, понимая: преимущество на моей стороне.

   Саня выше, крупнее, тяжелее. Вряд ли он сможет с такой лёгкостью повторить мой танцевальный номер, да хотя бы потому, что танцами он не занимался, а в подобном деле требуется определённый уровень знаний и сноровки. Здесь же, чтобы победить, от Сани требовалось не просто повторить. Затмить меня.

   И, понимая, что это невозможно, я мелочно радовался, как дебил, подпрыгивал и светился, как новенький полтинник. В осознании, что хотя бы в чём-то я лучше его. Не просто лучше - превосхожу на голову. Может быть, я и обожал Саню. И пофиг было, что Аллочка во всеуслышание заявила: "Никитин, хватит пялиться на Малина, этот зрительный прессинг наводит нас на нехорошие подозрения".

   Я обожал Саню, но это не значило, что не хотел победить. Чёрт, я реально был счастлив в этот миг.

   А Саня... Сан обозрел зрителей, чуть склонил голову, а затем застенчиво улыбнулся, вздохнул...

   И решительно потянул молнию олимпийки вниз.

   - АААААА! Соперник начинает раздеваться. Нас ждёт стриптиз. Кажется, Малин решил пойти другим путём!!! Браво, Саша! Браво, но бесперспективно, потому что...

   Тут Зидан беззлобно, но так чувствительно врезал Тохе по шее, что Тоха заткнулся. А затем все девочки и, кажется, не только девочки одновременно ахнули, выпадая в осадок.

   Аллочка только что в астрал не ушла.

   Саня - черноволосый бог, мускулистый, стройный, подтянутый, казалось, состоящий из одних аккуратных мышц. На шее подвеска с иероглифами, светлая кожа поблёскивает капельками пота, грудь вздымается колесом, маня тёмными камешками сосков, рельефный торс, крепкий живот, штаны слегка съехали на бёдра, держась на тазовых косточках, позволяя желающим рассмотреть лёгкий намёк на блядскую дорожку, начинающуюся в районе пупка, треугольник поясницы над копчиком.

   Когда я представил, что это всё моё, я чуть не кончил прямо на скамейке и очень надеялся, что никто не увидит стояка. Какие две недели воздержания? Я и дня не выдержу. Я хотел Саню. Именно в тот момент я понял, как же, блядь, его хочу, хочу в себе, на себе, хочу, чтобы он был моим. Эти стройные бёдра, длинные ноги, крепкие руки, шею, на которой виднелись следы МОИХ засосов, эти сумасшедшие серые глаза.

   Сан снял кофту, чтобы не мешала прыгать, отошёл на несколько шагов. Даже не примериваясь, разбежался и взлетел в воздух, рассыпаясь серией красивых, сложных движений-вертушек, вперёд-назад.

   Какое там сальто-мортале? За десять секунд Саня не просто прыгнул, демонстрируя акробатику, он протанцевал в воздухе гибкой стремительной молнией, бескостной змеёй, и когда он встал, не забыв повторить и дополнить мой шпагат вертушкой на руках, вокруг стоял не рёв, а оглушительная тишина.

   - Охуеть, - только и выдал Зидан. - Просто, бля, охуеть.

   - Саша, ты что, гимнаст? - благоговейно спросила Аллочка. - Победа 213, - произнесла она, опомнившись. И потом все начали орать.

   Саньку знали в школе, знали, уважали как негласного лидера, но никогда ещё его не любили и не обожали столь откровенно. В одну секунду он сделался богом, религией, кумиром, фетишом. Не было в зале ни одной девчонки, которая не влюбилась в него после сегодняшнего выступления. Даже Аллочка полыхала подозрительно нездоровым румянцем и смотрела на Саню со странным блеском в глазах.

   Зидан, Лён, Родригес, Мурзик - они просто гордились им. И, поймав выражения, откровенно написанные на этих мордах, я понял, что эта четвёрка - не случайное совпадение. Что каждый из них обожает Саню по-своему, завидует ему, преклоняется перед ним, уважает.

   - Невероятно!!! - кажется, не сдержав эмоций, Алочка полезла обниматься.

   - Малин, Сашенька, такие таланты, и ты скрывал. Да ты представляешь... - она буквально захлёбывалась словами, торопливо выбрасывая их на Саньку и в пространство. - Победила дружба!!! - объявила Алка наконец и, окончательно расщедрившись, поставила обоим пятёрки за полугодие, сообщив, что, при условии регулярного посещения необходимых мероприятий, так и быть, Малин может прохлаждаться дальше, но от областных ему не отвертеться, а там глядишь - и на межобластные поедем, в качестве представителей города.