Союз летящих - Завацкая Яна

"Дьен".

"Просто посиди, — сказал он, — просто посиди, три минуты".

Дальнейшее не требовало слов. Одним из потоков Алейн контролировала Линну — та разговаривала сейчас с Кьеной и другими друзьями с Виэрела. Остальное занимал сейчас Дьен.

Ручеек быстро разросся до размеров потока, водопада, затопил ее, не давая больше ни о чем думать. Только доверять. Принимать. И когда схлынуло — энергии внутри все еще не было, Алейн чувствовала себя опустошенной, но зато полностью прошла боль, исчезло напряжение, все страшное напряжение последних часов…

Она заплакала. Дьен невидимо смотрел на нее, издалека, и она знала, как сейчас выглядят его глаза. Как у матери больного, умирающего ребенка.

"Я не могу прийти", его тон казался мертвенным, — "Не могу, Аль. Не могу".

"Но это ничего. Это моя работа".

"Больше никогда. Ты больше никогда не будешь работать одна. Без меня".

"Ты всегда со мной. Ты и сейчас со мной".

"Тебе предстоит встреча с одри. Ее исход неизвестен".

"Он уже знает о нас? Он готов?" — встрепенулась Алейн.

"Он хочет видеть вас на своей территории, как я понимаю. Во-первых, там он сильнее, во-вторых, ему там помогут, в третьих — заложники… там всегда много людей".

"То есть пока он в ашраме…"

"У вас есть время. Но немного. Надо подготовиться и придумать, как выманить его оттуда. Или как войти туда. Сейчас идет анализ".

"Слушай, Дьен… как же я просмотрела его?"

"На Земле десятки великих чудотворцев, йогов, целителей и духовных учителей. И он никогда не выдавал себя. Это его первый прокол. Но очень крупный. Талантливый тип, надо сказать. И это после самопроизвольной инициации…"

"Она точно была самопроизвольной?"

"Этого мы не знаем. Сейчас неважно. Очевидно, он все же один здесь. Планету сейчас проверяют… Я вызвал, кстати, команду Айдо с Тайрона. Они точно не пропустят одри. Но они прибудут только через неделю. Одри сейчас это все понимает и сбросит маску. Если его не остановить…"

"Через неделю или раньше Земля войдет в пояс инферно".

"Да. Он ведь поступал умно — не торопился, набирал силы. Собирал потихоньку кавалу. Я только не могу понять, откуда. Да, он нашел один способ — но этого мало для такого сильного одри. Ты же знаешь, какие страдания им нужны, простое житейское тут не годится. И плохо, что мы так и не можем понять, откуда у него столько кавалы".

Алейн словно очнулась и посмотрела на Линну.

Та взяла старшую сестру за руку. Состояние Алейн уже не внушало тревоги. Внутренне она успокоилась. Расслабилась. Восстановились физические функции организма, Алейн снова контролировала их. Вот только сил у тайри все еще не было.

"Отдохнем здесь", произнесла мысленно Алейн, "надо подготовиться. Подумать, как мы будем брать его. Тебе ведь уже рассказали, кто он?"

"Я понимаю. Приблизительно".

"Умен и хитер. Его инициация произошла приблизительно в 19 м веке. Мы пока предполагаем — самопроизвольно"

"Разве это возможно?" — Линна вспомнила собственную недавнюю инициацию.

"Да. Очень редко, но возможно. Мало того, что это само по себе редкое явление, ты помнишь, что после инициации обычно не выживают. Кстати, всплески необычных способностей у детей, с последующим быстрым угасанием и нередко смертью — это именно самопроизвольные инициации. Но если выживают, то становятся одрин. И дело здесь не в том, что одрин — нехорошие и аморальные. Это бы еще ладно. Дело в том, что одри — принципиально другое существо, нежели тайри. Энергетика тайри завязана на отдачу, на самоотдачу, на творчество, которое по-своему тоже — самоотдача. Энергетика одрин — на всасывание, вампиризм. Одри может существовать только за счет постоянного притока чужой энергии, и притом эта энергия должна быть негативной. Планеты пояса инферно — те, с которыми мы до сих пор ничего не можем сделать — это машины ужаса. Страдания людей там не поддаются описанию, но одрин продолжают разводить людей как скот, люди именно для этого им и нужны. Там страшно… везде по-разному, но везде страшно…"

Разговор шел на уровне тайри — его трудно передавать словами, потому что с каждым словом Линна воспринимала целостную объемную картину — образы, чувства, попутные разъяснения; и коротко отвечала, отзываясь собственными чувствами на информацию Алейн.

"Эта энергия, питающая одрин, называется кавала, или карлав, или гоха… названий множество. Ты можешь себе представить, сколько сил нам требуется… и откуда мы их берем. Так вот, одрин все это получают только через кавалу. Представляешь масштабы?"

Линна содрогнулась.

"Поэтому обычный стандартный одри использует чисто для поддержания жизнедеятельности постоянные мучения тысяч людей. Только для жизнедеятельности — а что говорить о делах, требующих энергетических выбросов, вроде телепортации… О росте. Для роста нужно еще больше кавалы. Последний одри, живший на Земле… он намеренно восстановил средневековые нравы, но с современным уровнем техники, массовые пытки и изощренные убийства, концлагеря, мировая война… сколько кавалы даст очередь людей с детишками в газовую камеру, на уничтожение! А ведь зло, Линна, порождает зло — это людям важно, кто был прав, кто виноват, кто не мог иначе, а кто мог — а одрин-то все равно. Потоки кавалы даст и огненный вихрь от ковровой бомбардировки, и ужас людей в убежище. 60 миллионов одних только убитых, страдания вообще исчислению не поддаются. И все это продолжалось по инерции уже после того, как одри был убит — маховик запущен, остановить его трудно…А ведь знаешь, наш приятель и тогда уже жил, но не афишировал себя. Он был инициирован в 19 м столетии. Но избрал другой путь. Не такой эффективный — за полтора века явно не достиг своего пика. Но зато надежный. Практически безопасный — мы ни разу его не обнаружили. Мало ли в Индии чудотворцев и шарлатанов…"

"Но как же он собирал кавалу? Тайные тюрьмы? Ему нужны мучения людей… а он занимается благотворительностью. Ведь это правда… он колледж бесплатный открыл. Водоснабжение… не говоря уже о том, сколько он исцеляет".

"Вот именно исцеления — это самый интересный момент. Помнишь, я сказала Лисицыну, чтобы он проверил судьбы исцеленных? Сам ли гуру занимается исцелением или делает это через таких, как Марченко — а он курирует множество таких целителей во многих странах — всегда устанавливается прочная связь между пациентом и одрин, позволяющая последнему получать кавалу особенно легко. Причем это кавала высокого качества. Понимаешь, люди в газовой камере, под бомбами или даже под пыткой, на пике стресса, могут ведь еще и проявлять мужество, героизм, а если они так относятся к своим мучениям — одри не получает от них ничего. А здесь… мелкие житейские, не выходящие из ряда вон обстоятельства…. при прочной постоянной личной связи с одри. Очень удобно. Человек проще приходит в отчание от таких вот житейских вещей, когда он одинок в своем горе, когда нет вокруг войны и не рушится небо, вернее — рушится на него одного. Так вот, когда Лисицын проверит судьбы исцеленных — а он это обязательно сделает, он увидит закономерность. Человек был исцелен от рака легких, но через год у него — почечная недостаточность, и ее исцелить уже не удается… Женщина вылечена от ревматизма, через некоторое время у нее гибнет в автокатастрофе ребенок.