Товар для Слона - Андрей Хазарин

Борис Олегович расположился за столом, показал полковнику место напротив, проговорил:

— Не удивляйтесь, что я привез вас сюда, — нам с вами нужно без помех просмотреть некие документы.

Он выложил перед Кучумовым копии, добытые Асей, а сам тем временем снял с сервировочного столика салфетку, налил джину в два высоких стаканчика, разбавил индийским тоником, бросил по кубику льда. Перенес на стол два блюдечка — с орехами и фисташками.

Кучумов, листая бумаги, пробормотал:

— «Меценат»…

— Да-да, — подхватил Дубов, — одно из легальных заведений господина Арсланова.

Дмитрий Николаевич досмотрел бумаги, молча сложил, подровнял, сколол обратно скрепкой. Взял стаканчик, отпил глоток, закусил фисташкой. Совершенно очевидно, эти бумаги — полное и окончательное оправдание Арсланова, они снимают с него всякие подозрения в убийстве. Непонятно только, как он убедил мэра. Гм, а с другими рынками как убеждал? Да нет, другие были до Коваля… Ладно, не в том дело.

Так что, неужели Слон открыто признает несправедливость своих обвинений и сам принес доказательства? Ну уж нет, не тот человек. Небось, ждет, чтобы я высказался, мол, я же говорил, — а потом ошарашит каким-то новым вывертом. Молчание затягивалось, и Кучумов произнес спокойно:

— Я догадываюсь, это ещё не все?

Борис Олегович медленно склонил голову, отдавая дань выдержке и проницательности собеседника. Вынул из кожаной папки второй комплект бумаг, заметно толще, положил на стол.

Кучумов начал читать, приподнял брови:

— Акционерное общество с контрольным пакетом у мэрии? По-моему, это новая форма у нас в городе… Полагаю, ваша идея?

Дубов скромно поклонился, тоже поднял стаканчик. Посмаковал, шевеля губами, отпил ещё глоток. Вытащил из кармана трубку, досадливо поморщился. Позвал негромко:

— Анатолий! Нет ли у нас здесь трубочного табаку?

Возник все тот же молодой человек, поставил на стол жестяную коробочку, расписанную парусами и якорями. Дубов собственноручно вскрыл жестянку, развернул фольгу. Великолепный аромат, чуть медовый… Взял щепотку, помял двумя пальцами, удовлетворенно кивнул и принялся набивать трубку.

Кучумов читал дальше. Что у Слона комплект полнее — это понятно, свои бумаги, не добытые оперативным путем… Вернулся к началу, положил оба комплекта рядом, сравнил даты. Гм, Слон начал на добрый месяц раньше, зато Арсланов разворачивался куда быстрее. Тоже понятно, у него на пути было меньше бюрократических рогаток, сам себе хозяин…

— Вам ничего не кажется странным, Дмитрий Николаевич?

— Да ладно вам, Борис Олегович, говорите сразу, я только начинаю думать, а вы, надо полагать, уже сто раз обдумали и передумали…

— Вот именно, полковник! Как вы полагаете, какой вариант выгоднее для города?

Кучумов молча пожал плечами и отпил ещё глоток.

— Как вы полагаете, мог мэр Коваль отказаться от моего варианта в пользу арслановского?

Кучумов сделал непроницаемое лицо и проговорил:

— Полагаю, при обычных обстоятельствах не мог.

Дубов вскинулся:

— А что вы, извините, понимаете под необычными обстоятельствами? Шантаж? Взятку?

Дмитрий Николаевич чуть скривил рот.

— Без доказательств следствие не может отвергнуть ни одну версию. И в случае шантажа, и в случае взятки господину Арсланову нужен живой мэр, важно не только получить подпись, важно ещё и отстаивать свой проект от возможных посягательств… Например, от конкурента в лице АО «Кленовая роща»…

Дубов, слушая его, терял спокойствие.

— Простите, Дмитрий Николаевич, вы разглагольствуете об отвлеченных возможностях, голых абстракциях — а я говорю о конкретном человеке! Зачем ему брать взятки, я и раньше помогал ему «заработать» деньги честным и законным путем, и сейчас помог бы в любую минуту! А что касается шантажа Саша Коваль был чистый и честный человек, его можно было бы шантажировать лишь похищением жены или дочери — но обе ведь на месте? Ни на какой другой шантаж он не поддался бы, имея в своем распоряжении ваши и мои возможности…

— Отчего же? Женщины… Необычное сексуальное поведение… Тайное сотрудничество с КГБ…

Дубов не выдержал, вскочил со стула:

— С КГБ?! Коваль, при его прошлом — с КГБ?! А почему тогда не с ЦРУ или с князем тьмы? Господин полковник, не стройте из себя наивного! Не думайте о Ковале, думайте об Арсланове! Самый простой вариант всегда самый вероятный! Бритва Оккама, не слышали? Все э-ле-мен-тарно!

Борис Олегович наклонился, оперся локтями на стол и принялся тыкать черенком трубки в скатерть, подчеркивая свои слова:

— Допустим, Арсланов не украл идею, допустим, додумался сам, не столь важно! Он начинает зондировать почву, узнает, что поезд ушел, понимает, что если «я» договорился с мэрией, то ему там делать нечего — и он идет привычным путем! Обыкновенная фальшивка! Вы что же, вчера на свет родились, не понимаете, что сделать можно любую бумагу и из любой организации? Даже из вашей, между прочим, только надо знать нужных людей и таксу… А дальше — все в пределах простой бандитской логики: когда мэра не станет, некому будет доказать, что он не подписывал эту липу; значит, мэру пора на тот свет! А там, глядишь, появится новый мэр, а предварительно можно позаботиться, чтобы им оказался нужный человек, который вообще не станет поднимать бучу…

Дмитрий Николаевич слушал, сцепив зубы. В какой-то мере версию Слона подтверждали данные о «репетиции», когда был разбит «Москвич» — двойник машины Коваля. Там-то однозначно работали люди с Кавказа, и определенно репетировали один из вариантов дорожной аварии… Но как же тогда тормоза, которые обслуживали на СТО у Слона? Неужели два мерзавца стакнулись?

Дубову надоело говорить в стенку.

— Вы молчите, Дмитрий Николаевич? Вы ещё не все поняли? Так позвольте обратить ваше внимание на одну деталь, которую вы просмотрели!

Он рывком повернул к себе бумаги «Мецената», принялся листать, совершенно плебейски слюня палец. Нашел список фирм, развернул к полковнику, ткнул ногтем:

— Вот это вы видите? Некое заведение под названием «Татьяна-фарм» желает поставить у Арсланова на рынке свой аптечный киоск! Дурак Манохин, как баба, горит обидой, мечтает о мести, трясется от жадности за те десять процентов, которые отстегивает гаду Слону, — и не хочет видеть, что с тех пор, как он стал работать под крылышком у Слона, его доходы увеличились на сорок процентов! Он готов связаться с откровенным преступником, бандитом смотрите, господин полковник, посадит вас зятек по глупости своей! Совместно с доченькой и сыночком они вас уконтрапупят! Без всяких к тому усилий с моей стороны. Я даже буду избавлен от необходимости пускать по телевидению известный вам видеофильм!

Дмитрий Николаевич ссутулился, выпустил стакан. «Рано, рано я зачирикал, пока что мне его не свалить…»

Дубов запыхтел трубкой, прошелся по комнате, постепенно успокаиваясь.

— Вот так, Дмитрий Николаич… Простите мне мою горячность. Итак, первое: немедленно прижмите «Меценат», ищите липу! Не сомневайтесь, найдете! Ясно?

— Да. Я займусь «Меценатом».

— И не промахнетесь! Второе: оставьте в покое мою СТО «Алеко», не теряйте времени, не распыляйте сил. Там нечего искать! Неужто вы не понимаете, что кому-кому, а мне мэр был нужен живым? Так же, как и вы, живым и активно работающим!

— Да, я понимаю.

— А теперь… — Борис Олегович опустился на стул и улыбнулся, — у нас с вами очень нервная работа, Дмитрий Николаевич. Давайте допьем этот прекрасный напиток, на миг расширим сосуды, предотвратим инфаркт. Мы с вами ведь нужны друг другу живыми и здоровыми, как я уже заметил… Не только вы мне, но и я вам — разве угадаешь, кто станет рыться в моем имуществе, когда я умру?..

— Да, Борис Олегович. Будьте здоровы!

Глава 39

Машинный эксперимент

Что-то у нас в фирме настала запарка. Обычная текущая работа (ты ж понимаешь, Слон велел все отложить — как же, разбежались, а неустойки он за нас платить будет?), возня по Слоновьему заданию — так плюс ко всему Димка уговорил Бориса Иосифовича промоделировать ситуацию на машине. А тот даже не особенно упирался. Неужели ему так интересно?

Честно говоря, вся эта возня с экспертизой, моделированием и прочим казалась мне лишней тратой времени — она в лучшем случае могла показать, есть тут основания подозревать умышленное убийство или нет. Оценить возможность — но не ответить однозначно, «да» или «нет».

И потом, на мой бабский взгляд, немножко опасно становилось. Это я учуяла ещё раньше — как только Слон начал нам доказывать вину Арсланова… Уж очень крутые имена, очень громкие у нас в городе.

О нас двоих речи нет, мы с Димычем и так Слону жизнью обязаны, будем работать. Куда деваться? А Андрей, а Сережа? Они-то за что? Андрюха, тем более, уже столкнулся с Алексеем и его людьми. «По запарке», как выразился бригадир. Всего три месяца, как из больницы вышел. А у Сережи — Александр Сергеевич годовалый… Нет, надо ребят как-то выводить из-под огня.