Возвращение Остапа Крымова - Василий Катунин

Остап сел в кресло и с довольным видом посмотрел на соратников.

Как говорили древние, только тот, кто не имеет слуг, не может быть обманут. Ну что же, президент, отчитывайтесь о проделанной работе, а вы, Жора, налейте коньячку.

Все в полном порядке, — затараторил Нильский, не веря чуду легкого избавления от расплаты за заговор. — Осталось только оплатить объявления, и уже послезавтра можно начинать. Я поражаюсь вашей дальновидности, маэстро, это замечательная идея, просто великолепная. Жора тоже считает, что с канадской фирмой — это здорово. Он набрал мировых ребят.

Да, да, — подхватил Пятница, — ребята нахальные и выносливые. Удар великолепно держат, прямо как Тайсон. В помещения проникают, как воздух, без подручных средств, на одном дыхании, так сказать.

Я рад, что вам понравилась моя идея. — Остап устало потянулся. — Есть еще пара дополнений. Запишите, Жора. Чтобы наши дистрибьюторы не волынили — оплата ведь почасовая, — приказываю докладывать о проделанной работе оперативно. Поговорили с клиентом, получили результат, не важно, какой — звонить, докладывать, где находятся, что продано, что нет, куда дальше стопы держат. Докладывать не реже, чем каждые пятнадцать минут. Мы не можем позволить им относиться к работе с прохладцей, они должны быть все время под контролем. Звонки регистрировать. Вести учет по каждому парню. Сачков увольнять. В день обходить сорок организаций каждому. К частным лицам на улице не приставать, бесполезно, все равно убегут.

Маэстро, цены бы сбавить. Не купят ведь ни хрена, — вставил рационализаторское предложение Жора.

Цены не сбавлять, будем брать массовостью, напором и хорошими манерами, — сказал Остап и повернулся к Нильскому. — Вопросы есть?

Выделите мне, пожалуйста, статью в смете на телефоны-автоматы для наших студентов. Я разменяю мелочь и буду раздавать ребятам.

Нет, мы так вылетим в трубу, — отрезал Остап. — Пусть звонят из организаций, в которых будут предлагать товар. Я думаю, что им разрешат, лишь бы не надоедали.

А что по «справке»? Что дамам делать? Персонал уже готов, — спросил Нильский, держа наготове блокнот, чтобы записывать.

Дамам объявить подъем с восьми и — за телефон. На время кормления детей, уборки квартиры и походов в магазины ставить автоответчик с переадресацией. Каждая минута будет приносить нам деньги. На еду, стирку и секс с мужем — всего не более часа в день. Организовать соцсоревнование среди женщин. Передовиков — на Доску почета и бесплатные путевки на Багамы. Развернуть стахановское движение. Возродить отечественных Паш Ангелиных. За неподнятую трубку увольнять на месте без суда и следствия. Все. Свободны.

Когда соратники вышли из комнаты, Жора, придя в себя, на всякий случай ткнул в темном коридоре Нильского локтем в живот. Сан Саныч, проглотив обиду, дал себе слово не участвовать больше ни в одном дворцовом заговоре.

Оплачивая объявления в сберкассе, Сан Саныч продолжал недоумевать. Почему Крымов, потративший уйму денег на аппаратуру, набор людей и установивший высокие заработки, так экономил на рекламе? Для платных справок Остап дал указания выбрать самые дешевые газеты и мелкие шрифты. «Мы должны экономить на всем, чем сможем», — учил он.

Жора, собрав дистрибьюторов, провел последний инструктаж, проверил состояние белых воротничков, белозубых улыбок и цветастых галстуков. Раздав всем сумки с товаром, Жора благословил ребят, лично перекрестив каждого. А вечером, даже не проверив ловушки-сигнализаторы, он напился и уснул тяжелым потливым сном бизнесмена.

Наступил первый день работы. Остап объявил соревнование между Жорой и Нильским, чей бизнес принесет больше прибыли. Жора подшучивал над Сан Санычем: «Ну что, президент, у меня ребята хоть у кого-нибудь отнимут десятку, а вот какой придурок будет узнавать о сроке прорастания кукурузной семечки или периоде овуляции яйцеклетки носорога?»

Но результаты первого дня просто ошеломили младших компаньонов. Удивительное было не в том, что Нильский выиграл у Жоры. Канадским ведомством был продан один фонарик и один блокнот. Удивительное было в невероятно большом размере прихода по телефонной справке. Поступило около двух с половиной тысяч звонков. Средняя продолжительность разговора составила тридцать секунд. Поскольку минимальная оплата равнялась доллару за минуту, то общий дневной доход составил четыре тысячи.

Через два дня, вызвав Жору на ковер и услышав неутешительный доклад, Остап разрешил ему менять номенклатуру товара канадской фирмы, слегка снизить цены и направить ребят бомбить повторно места, где уже были ранее. Второй день принес следующий результат: двадцать баксов против трех тысяч девятьсот шестидесяти в пользу Нильского.

Через три недели выработалась четкая тенденция преимущества ведомства Нильского над бизнесом, возглавляемым Жорой. Преимущество было подавляющим — телефонная справка давала доход в двести раз больше. Остап подбадривал Жору:

Старайтесь, Пятница, старайтесь! Все равно вы — молодец. Я награжу вас обратной стороной медали. Я присвою вам звание заслуженного мастера отдыха, и если ситуация будет сохраняться, то вам придется получать столько, сколько вы заслуживаете.

Я не согласен работать за такую мизерную оплату, — протестовал Пятница.

Но Крымов был неумолим. Жора пытался улучшить показатели, введя драконовские меры. Ребятам была увеличена нагрузка и введены штрафы. Но все это неожиданно привело к тому, что показатели Нильского увеличились еще на десять процентов. Жора собрался заняться увольнением, но Остап запретил. Мало того, он не только отменил штрафы, но и дал указания выплатить ребятам небольшие премиальные.

Нет, Жора, студентов надо подбодрить и поощрить, — говорил Остап. — Они и так улыбаются из последних сил. Объективности ради, надо признать, что товар — завалящий. Но зато в кредит. Следите, чтобы ребята хорошо кушали, и исправно им платите. Введите понедельную оплату, как у наших американских братьев-капиталистов. Расходы пока покроем из доходов Сан Саныча. В принципе, мы ведь одно дело делаем, а там, где одному нечего делать, то двое и подавно справятся.

Через две недели Нильский был переброшен Остапом на подготовку следующего этапа «Великого пути» и почти совсем перестал уделять внимание своему ведомству. Ему хватало времени только на то, чтобы выдавать Быкадорову зарплату для надомниц и вести учет многочисленных расходов фирмы, которые накатывали, как снежный ком. Сан Саныч недоумевал о причинах столь сильного успеха «справки», и ему ничего другого не оставалось, как поражаться мощному интеллекту маэстро.

Учитывая многопрофильность предприятия, Крымов переименовал фирму в концерн и дал ему тенденциозное название «РИО», что расшифровывалось как Региональное Инвестиционное Общество. В концерне появился главный бухгалтер — седой сухопарый мужчина в возрасте, с резкими полковничьими чертами лица. Звали его Петр Ильич Костомаров, и походил он на председателя тройки ревтрибунала. Он был строгий, как военный устав, и устаревший, как театральный реквизит двадцатилетней давности. Жора с самого начала побаивался Ильича. В его представлении главбух должен быть невысоким полнеющим занудой с плешью и в очках. Нильский очень страдал из-за высокой зарплаты главбуха. Крымов успокоил компаньонов.

Бухгалтерия — это основа основ. Это адаптация полета фантазии нашего предпринимателя к могильным канонам наших законов. Без легальности сейчас нельзя. Друзья мои, полная законность или хотя бы ее полная видимость. Вы что, Сан Саныч, хотите в тюрьму?

Нильский сплюнул, постучал по дереву, перекрестился и заверил Остапа, что никогда не имел даже малейшего желания.

Через две недели работы анализ состояния дел показал устойчивый и ошеломляющий успех телефонной справки. Бизнес давал доход в будние дни около четырех тысяч в день, в субботу — полторы тысячи и в воскресенье — всего двадцать баксов.

Все правильно, — сказал Остап, ознакомившись с результатами анализа. — С точки зрения менеджмента, здесь практически уже делать нечего. Мой расчет оказался верным. Каждый трудовой день будет множить наш капитал. Сан Саныч, надо все силы бросать на следующий этап. А вот вам, Пятница, надо подтянуться. Если хотите, могу предложить вам процент от выработки вашего бизнеса, иначе дело не сдвинется с мертвой точки.

Жора мгновенно покраснел.

Эту фигню не я придумал, — с обидой сказал он. — Давайте лучше я поменяюсь с Нильским. Ишь, стоит, улыбается. Да он же палец о палец не ударил! Да еще к тому же высказывал пораженческие настроения.

Нильский заерзал на стуле, собираясь сказать Жоре что-нибудь едкое, но Остап прервал его.

Ладно, Жора. Это случай. Если бы знать, где упадешь, соломку постелил бы. В общем, я погорячился, будем делить, как и раньше, — из общего котла. А вы, президент, — молодец. Хвалю. Я куплю вам пальму первенства.