Святыни - Майкл Скотт

Меньше чем за тридцать дней чудовища опустошили все вокруг. Тогда погибли тысячи людей — демоны утоляли свой страшный голод, а тех, кого они не убивали сразу, они пасли как огромные стада убойного скота. Они выбирали себе женщин, и от этих связей рождались новые чудовища, которых позже в легендах люди назвали вампирами и оборотнями.

Когда демоны разорили земли Британии, чудовища направились на запад, завладев ирландским пиратским судном, и устроили на этом острове царство ужаса, который прекратился лишь тогда, когда воины Де Дананна разбили тварей в двух заранее подготовленных сражениях.

Однако оставшиеся фоморы никогда уже не смогли покинуть британских берегов — этому воспрепятствовал мальчик с ледяным сердцем, обладавший властью, размеров которой он сам не осознавал. С помощью древней магии, которая была старше самого человечества, он уничтожил последних фоморов и запечатал ворота между двумя мирами, закрыл его по кругу тринадцатью могущественными магическими словами и тринадцатью Святынями. Теперь только эти тринадцать слов и тринадцать Святынь могли отпереть ворота.

Демоны собрались возле запертых ворот и стали ждать, стоя огромными сомкнутыми рядами и составляя планы своего освобождения.

Много раз демоны были близки к тому, чтобы пробить защиту, и время от времени один или даже несколько ключей поворачивались в замках, однако Святыни все же надежно держали ворота закрытыми.

Вот тогда у демонов родился план. Он потребовал многовековой подготовки, и еще одно столетие прошло, пока они ждали появления подходящего кандидата, который смог бы этот план осуществить. Они ждали терпеливо — ведь для них время шло совсем иначе, чем для людей, а награда за терпение оказалась бы поистине велика. План был прост: собрать Святыни вместе и отпереть ворота. Для этого был необходим человек, который жаждал бы абсолютного знания и ради этого был бы готов пойти на все.

Теперь демоны застыли в напряжении. Они чувствовали присутствие одиннадцати Святынь и знали, что скоро ключи повернутся в своих замках.

На этот раз никто не вернет их в собственный мир. Иешуа давно уже не было на свете, не было и подобных ему. Теперь никто не смог бы преградить им путь.

Глава 56

Суббота, 31 июля

Элайн заплакала во сне, и от этого Грег проснулся. В первое мгновение в его сознании продолжали кружиться неясные образы, одолевавшие его во сне... но в следующий миг он понял, что сидит, прижавшись лицом к холодному влажному оконному стеклу в автобусе, в салоне которого было трудно дышать из-за спертого, тяжелого воздуха. Элайн занимала место возле прохода. Девушка дремала, положив голову на его плечо, и было заметно, как двигались под ее закрытыми веками глазные яблоки.

Грег осторожно выпрямился и поморщился, почувствовав, как заныли затекшие шея и плечи, однако двигаться он старался поменьше, чтобы не разбудить Элайн. Сумка, в которой лежал меч, стояла на полу возле его ног, и он ощущал тепло, исходившее от древней реликвии, даже сквозь пластик. Протерев ладонью запотевшее стекло, он взглянул в темноту ночи, пытаясь определить, где они находились. Автобус двигался по ничем не примечательной дороге, вдоль которой висели оранжевые пятна фонарей. Машин на дороге было немного, мимо автобуса на небольшой скорости проехал «воль-во», и Грег мельком увидел на пассажирском месте автомобиля женщину, чье лицо казалось зеленоватым в отраженном от щитка свете, а на заднем сидении спали двое детишек. Неожиданно для себя самого он улыбнулся при виде этого кусочка нормальной жизни — обычные люди в обычном мире, которым не было дела ни до мечей, ни до демонов... их мир был в точности таким, каким неделю назад был и его собственный мир. Почти бессознательным движением Грег запустил руку в сумку и дотронулся до меча, словно искал утешения в прикосновении к теплому металлу. Теперь его жизнь состояла из сплошных вопросов: ведь если он признал существование Святынь и демонов, то что еще могло оказаться жуткой реальностью? Он потряс головой, отгоняя от себя эти мысли — этот путь вел к безумию.

— Мы уже приехали? — Элайн взглянула за него заспанными глазами.

— Нет еще. Прости, я не хотел тебя разбудить.

Элайн опять положила голову на его плечо, а он обнял ее за плечи и прижал к себе. Это движение казалось самым естественным на свете.

— А где мы сейчас? — сонно пробормотала девушка.

— Не могу точно сказать. — Он поднес левую руку к свету и взглянул на часы. — Сейчас чуть больше половины третьего, так что мы едем уже два с половиной часа. Должно быть, мы уже где-то на полпути.

Элайн еще что-то пробормотала, однако прежде чем он успел переспросить девушку, она уже снова заснула.

Они сели в автобус возле выхода со станции «Виктория». Рядом со станцией выстроилась вереница туристических автобусов с табличками «Первый Международный Кельтский Фестиваль». Два первых автобуса были уже заполнены пассажирами, а в третьем еще оставались свободные места, и студенты загружали в салон нехитрый багаж, состоявший из спальных мешков и рюкзаков, разложенных на асфальте. Никто не обратил внимания, когда Элайн и Грег поднялись в автобус, заплатили водителю и заняли два кресла с левой стороны прохода. Когда ровно в полночь автобус тронулся с места, раздались одобрительные возгласы. Их автобус оказался средним в небольшой колонне, он ехал следом за первыми двумя, а за ним следовали еще два автобуса. Первый час поездки ознаменовался дружным пением грустных кельтских песен, от которых у Грега сводило зубы, потом кто-то на передних сиденьях заиграл на флейте красивую мелодию, однако вскоре в автобусе наступила тишина — пассажиры заснули, дружно решив сохранить энергию для предстоявшего дня.

Грег достал из сумки записки Джудит Уолкер и попытался читать при зыбком свете дорожных фонарей, он был полон желания найти ответы на свои вопросы, однако освещение оказалось недостаточным для того, чтобы разбираться в незнакомом быстром почерке, и Грегу пришлось закрыть тетрадь и положить ее обратно в сумку. Вопросов было великое множество, а вот ответов слишком мало. Пожилая женщина была Хранителем Святыни. Из того немногого, что было ему известно, он понял, что Святыни представляли собой тринадцать освященных предметов, предназначенных... для чего? Он слегка покачал головой, и Элайн что-то пробормотала. Большинство Хранителей Святынь, если не все они, были убиты, а перед смертью подвергались жесточайшим мучениям, что, по-видимому, составляло важную часть какого-то ритуала. Убийца собирал Святыни. Из этого можно было сделать вывод, что теперь он охотился за Элайн и Грегом, и возможно, что впереди их ждала мучительная и ужасная смерть. По крайней мере, могла погибнуть Элайн, поскольку она была Хранителем, а он не был. Но если он не был Хранителем... тогда кем же он был? Была ли его роль во всей этой истории больше, чем роль простого и невинного наблюдателя, случайно вмешавшегося во что-то такое, что он не мог контролировать? А что же тогда означали сны, странные причудливые сны о мальчике Иешуа? Иногда Грегу казалось, что взгляд темных глаз Иешуа проникал глубоко в его душу. А рог, предупреждавший о том, что твари вышли на охоту? А демоны, существовали ли они на самом деле, или он попросту терял рассудок? Может быть, он до сих пор лежал на больничной койке, и все эти видения были вызваны сильными наркотическими препаратами? Грег испытал сильное желание, чтобы было именно так, потому что в другом случае последствия могли оказаться такими ужасными, что их просто невозможно было себе представить.