В Ночь Седьмой Луны - Виктория Холт

Я находилась в своей комнате, когда они вернулись. Выглянув в окно, я увидела их, и прежде всего Фрица. Он уверенно держался в седле и был, по-видимому, счастлив.

Мои упреки не пропали даром.

Но вскоре я узнала от фрау Грабен, что граф решил, что мальчикам пора перейти от пони к лошадям. Он уже был в конюшне и выбрал им лошадей.

Я бывала на конюшне и прослышала немного о породе местных лошадей и, узнав о лошади, предназначенной для Фрица, ужаснулась.

Граф отвел ему одного из самых резвых и норовистых скакунов.

Что же представлял собой этот человек, не боявшийся поставить под угрозу жизнь своего сына под предлогом сделать из него мужчину ив то же время тем самым продемонстрировать свое неудовольствие женщине, отвергнувшей его?

Я попыталась понять его. Может быть, мне было не дано понять, к чему привело его столь дикое воспитание. Взгляды на жизнь в здешних краях могли резко отличаться от образа жизни в мирном английском городке. Быть может, поэтому местные обычаи казались мне несколько фантастичными и нереальными. Эти люди брали себе все, что им заблагорассудилось, и не считались с мнениями других. Будучи настолько жестокими, они даже в любви могли пойти на обман, разыграв поддельное бракосочетание. До какого падения могло бы довести их неудержимое вожделение!

Мои опасения за Фрица, по крайней мере, отвлекли меня от мыслей о моих проблемах.

В тот же день я отправилась в город, пока дети занимались рисованием с молодым художником, приглашенным в замок занятий раз в неделю.

В одной из витрин магазинчика я увидела шляпу и позднее гадала, что это – инстинкт или судьба привели меня к этой лавке.

Это была шляпа для мальчика, скорее, похожая на шлем, бледно-серого цвета, с зеленым перышком, воткнутым в ленту. Надпись на витрине гласила: «Защитный шлем для верховой езды». Я вошла в лавку. Да, подтвердил мне хозяин, он предназначается для дополнительной защиты головы всадника при падениях. Шляпник слышал, что недавно молодой парень упал с лошади и избежал серьезных ушибов головы благодаря вот этому шлему.

Я купила шляпу.

Но, купив подарок Фрицу, мне следовало приобрести подарки и другим детям. В лавке продавались часы с кукушкой, кукольные домики и кукольная мебель, пищалки, игрушечные лошадки и хлысты для верховой езды. Выбор был богатый. Для Дагоберта я купила так называемый указатель погоды. Он состоял из деревянного Домика с двумя фигурками: мужской в темной одежде и женской в ярком платье. Фигурка женщины появлялась при солнечной погоде, мужская – когда ожидался дождь. Я полагала, что этот приборчик понравится Дагоберту. В Подарок Лизель я приобрела куклу на шарнирах.

Когда я вернулась в замок, дети только что пришли с Урока рисования, проводившегося на открытом воздухе. Их восхитили мои подарки.

Фриц надел шляпу.

– Это шлем безопасности.

– Он волшебный?

– Когда ты надеваешь его, ты в большей безопасности, чем без шлема.

Фриц с благоговением посмотрел на шляпу, Дагоберт был доволен своим погодным домиком, но он также с завистью поглядывал на шляпу Фрица. Меня это удивляло, потому что я думала, что игрушка намного интересней для ребенка, чем предмет одежды, но мне показалось, что дети уже наделили эту шляпу каким-то особым волшебным свойством.

Внутри на шелковой вставке было написано: «Шлем безопасности». Они прочли эту надпись с трепетом. Фриц надел шляпу и не желал снимать ее.

– Она же – для верховой езды, – попробовала я убедить его, но он не хотел с ней расставаться ни на минуту.

Мне подумалось, что следовало бы купить шляпу и для Дагоберта.

– Сегодня что, подарочный день? – спросила Лизелъ.

– Да нет. Просто мне так захотелось, – ответила я.

– У вас в Англии каждый день может быть подарочным. – В обшем-то да. Подарки можно делать в любое время.

– Хочу поехать в Англию, – заявил Дагоберт.

Сидя у окна в башне, я ждала приезда Максимилиана. На той стороне долины виднелись огни герцогского замка, и я думала о женщине, выбросившейся, если верить легенде, из этого окна, узнав о фальшивом браке, и не пожелавшей жить после такого обмана. Как различны были наши судьбы! Я светилась от счастья, осознавая глубину его любви, его готовность пожертвовать во имя ее своим будущим. Я прожила в этом обществе достаточно долго, чтобы понять местный феодальный образ жизни. Здешние властители принадлежали народу, они были всемогущи, но их всевластие держалось только на одобрении их поведения подданными.

Я знала, что не стану причиной неприятностей для Максимилиана.

Женившись на мне (и я содрогнулась при мысли, как легко он мог последовать обычаю своих предков – пойти на фальшивый брак, ибо я и не догадалась бы о подлоге), он доказал свою огромную любовь ко мне, и я была полна решимости ответить ему тем же.

Наконец я увидела Максимилиана. Он скакал к замку один, без сопровождающих. У меня перехватило дыхание от высоты, когда я высунулась из окна. И снова я подумала о той несчастной, судьба которой была столь трагичной.

На лестнице раздались шаги, я открыла дверь, и мы оказались в объятиях друг друга.

На рассвете перед его уходом мы снова говорили о нашем будущем.

Он решил прежде всего рассказать о нас «отцу, а потом уже Вилъгелъмине.

– Снова и снова я был готов рассказать ему обо всем случившемся, представить тебя ему, но я опасаюсь последствий.

– А Вильгельмина? – спросила я. – Я много думаю о ней.

– То был союз по расчету. После рождения ребенка мы жили врозь. И я был рад этому обстоятельству.

– Я забыла о ребенке.

– Все так запутанно, что сводит меня с ума. А все могло быть иначе. Я был готов рассказать отцу о случившемся и попытаться убедить его понять, что встретил ту единственную женщину, которую полюбил, и женился на ней. Тогда ему легче было бы перенести такое известие. Конечно, не обошлось бы без осложнений, но, так как я считал тебя погибшей, я не видел смысла объясниться с отцом. Они лгали мне, и я не успокоюсь до тех пор, пока не выясню почему. Я прикажу доставить сюда Илъзу и спрошу, зачем они это сделали и почему вмешались в мою жизнь.

– Ты сам первый велел им сделать это.

– Я распорядился привезти тебя ко мне. Они были свидетелями на бракосочетании. Но они солгали тебе и мне. Зачем? Скоро я узнаю об этом, ее привезут сюда. Мы устроим ей очную ставку и узнаем правду.

– Ты думаешь, она приедет?

– Мой кузен намерен посетить Кларенбок по государственным делам, и я попросил его привезти сюда Илъзу, если она еще жива.

– Твой кузен?

– Граф Фредерик.

Мне стало не по себе. Граф всегда вызывал у меня такие чувства.

– Знает ли он, зачем тебе нужна Ильза?