В Ночь Седьмой Луны - Виктория Холт

Она принялась рассказывать мне, как кучер Принцштейн попросил ее подыскать место для его жены Фриды и как она решила взять ее в крепость, потому что Элла неожиданно открыла у себя талант приготовления напитков и ликеров и ее лучше было бы использовать для этого занятия.

Думаю, она болтала просто, чтобы подразнить меня, видя мое нетерпение отправиться в путь.

Мы обогнули город и выехали на дорогу, ведущую вверх, к герцогскому замку. Я никогда не видела его вблизи, только из окон.

По мере приближения замок представлялся все более величественным. Создавалось впечатление, что он вырастал из густого, похожего на лес парка, а одна из его стен казалась продолжением горного склона. Над нами возвышались огромные башни и башенки из серого камня, противостоящего времени уже не одну сотню лет. Я смотрела на Кошачью башню и представляла, как защитники замка опрокидывали на головы нападавших бочки с кипящим маслом.

У ворот замка стоял караул герцогских гвардейцев. Они внимательно оглядели нас и нашу коляску и, видимо, расслабились, узнав от фрау Грабен, что мы прибыли по распоряжению принца. Мы проехали через ворота во двор замка.

– Боже мой, – усмехнулась фрау Грабен. – Сколько лет прошло. Видите вон те окна? Там были детские.

Мне подумалось, что и сейчас в них растет ребенок, его сын, наследник всего этого великолепия.

Фрау Грабен шла по замку с уверенностью человека: много раз здесь бывавшего. Еще более многочисленная охрана несла службу у большой дубовой двери. Они также внимательно наблюдали за нашим приближением. Фрау Грабен ухмыльнулась им, и они ответили ей дружескими улыбками. Ее положение в замке в былые времена давало ей, должно быть, особые привилегии.

– Мы явились по распоряжению принца, – снова сказала фрау Грабен.

Один из солдат подошел к нам, и я узнала в нем сержанта Франка, сопровождавшего нас при показе церемониального креста. Он поклонился нам обеим.

– Прошу вас сюда, дамы.

Фрау Грабен кивнула и спросила его о здоровье детей.

– А как новорожденный?

– Все в порядке.

Здорова ли фрау Франк?

– Прекрасно, благодарю вас.

– Как прошли роды?

– Довольно удачно. На этот раз она не так боялась.

Фрау Грабен одобрительно кивнула.

– А вот и охотничья комната, – сказала она.

Я догадалась об этом сразу. На стене висели охотничьи принадлежности: ружья, копья, головы убитых животных. Охотничья комната в Клоксбурге была точной копией герцогской. Мы прошли еще два помещения. Во всех комнатах были высокие потолки, стены украшены старинными деревянными панелями, круглые окна были обращены на город и дальше через долину на Клоксбург.

Рыцарский зал украшала большая колонна, разрисованная очень искусно и напоминавшая настоящий ствол дерева. На ней были также нанесены красной и зеленой красками какие-то письмена.

Увидев мой вопрошающий взгляд, фрау Грабен объяснила, что передо мной фамильное генеалогическое древо герцогской семьи. Мужская линия была прорисована красным цветом, женская – зеленым.

Если бы я не так жаждала видеть Максимилиана, я непременно осталась бы рассмотреть это древо. Я сказала себе, что в недалеком будущем я получу такую возможность и мое имя добавится к уже написанным.

Поднявшись по лестнице, мы очутились перед дверью, выкрашенной в цвета герцогства, с флагом государства.

Перед нами были апартаменты герцога.

Сержант Франк открыл дверь, и мы вошли в коридор, Устланный толстым ковром. Фрау Грабен пригласили войти в боковую комнату, чему она повиновалась с гримаской, а я пошла дальше в сопровождении Франка.

Он подвел меня к следующей двери и постучал. Дверь открылась, и сержант, щелкнув каблуками и поклонившись, доложил Максимилиану о моем прибытии.

Дверь закрылась, и мы очутились в объятиях друг друга с тем упоением, которое никогда не оставляло нас.

– Я хотел увидеть тебя, – сказал он наконец.

В его присутствии я уже не чувствовала того налета угнетенности, которое возникло у меня, когда мы шли по замку. Проходя мимо солдат у ворот, по необъятным комнатам замка, я физически почувствовала груз традиций, давивший на меня. И осознала, как нелегко придется Максимилиану представить меня своей женой, когда люди полагали его женатым на Вильгельмине. Я поняла, как прав он был, не открывая наш брак именно сейчас.

Он прижал меня к себе.

– Время как будто не движется, Ленхен.

– Для меня день и ночь без тебя – целая вечность.

– Осталось ждать не так долго. После похорон я начну действовать.

– Будь осторожен, дорогой. Помни, теперь ты правитель государства.

– Оно очень мало, Ленхен, совсем не Франция или даже Пруссия.

– Но для его жителей оно значит, не менее чем Франция для французов или Пруссия для пруссаков.

– Положение сейчас взрывоопасное. Оно всегда такое при смене правителя. Люди боятся всяких перемен, а в таких ситуациях они неизбежны. Новый правитель должен показать себя достойным преемником своего предшественника; а для этого нужно время. Моего отца любили в народе. Ты знаешь, это было во время нашего брака, его брат восстал против него и пытался сместить его с престола. Тогда, ты помнишь, сторонники Людвига, моего дяди, взорвали охотничий домик. Если бы этого не произошло, наши судьбы сложились бы иначе.

Я сжала его руку, испугавшись за него.

– Будь осторожен.

– Как никогда, – заверил он меня. – Теперь мне есть ради чего жить. Мой кузен вернулся, не найдя Ильзу. Кажется, она исчезла без следа. Никто не знает о ее местопребывании.

– Может быть, ее нет в живых?

– Тогда это было бы известно. При малейшей возможности я сам отправлюсь за ней. Узнаю, что с ней стряслось, и, если она жива, вытащу из нее всю правду.

– Возможно, это не так уж важно теперь, когда мы нашли друг друга.

– Ох, Ленхен. Как я мечтаю быть с тобой! Когда я выезжаю, я хочу, чтобы ты была рядом. Многое тебе покажется чопорным. Не такая уж легкая эта жизнь.

– Мне надо, чтобы ты был рядом, больше ничего. Свидание закончилось очень быстро. Я понимала, его положение изменилось, он больше не принадлежал самому себе, как прежде.

Мы расстались с трудом. Максимилиан пообещал, если сможет, приехать в Клоксбург той же ночью. На всякий случай фрау Грабен должна была еще раз приехать со мной в герцогский замок, хотя слишком частые визиты могли вызвать ненужные толки и ложные выводы у окружающих. Максимилиан хотел открыто объявить меня своей женой, ничто иное его не устраивало.

Я разделяла его желание, но, понимая сложность ситуации, считала необходимым проявлять всемерную осторожность.

Фрау Грабен с нетерпением ждала моего возвращения, и сержант Франк провел нас к коляске.