Будни зеркальщика - Кирилл Юрьевич Шарапов

Радим же спокойно ждал, ему торопиться не нужно, из дальнобойного у него арбалет, но он в чехле, который приторочен к рюкзаку. А тени перли, уже штук двадцать появились на гребне, из них пяток крупных. Да, им, конечно, метров сто пятьдесят нужно преодолеть. Некоторые пробегут быстрее, некоторые медленней, но все же многовато. Радим закрутил головой, и тут он понял, что не видит ни одного перехода, в который можно отступить.

— Вляпались, — прокомментировал он происходящее, переход оказался проблемным, теней тут было много, даже очень много, и на этот раз не было укрытия, где можно постреливать через самодельную амбразуру. — Теперь придется воевать по-взрослому. Стой на месте, — скомандовал он Вороту, — и бей тех, кто меня обойдет. Если они нас прижмут к краю — конец. Я их попробую на себя вытащить и солью приласкать.

Радим рванул вперед, запустив руку в небольшую набедренную сумку, куда просто так высыпал килограмм соли. Еще пять таких было у него в рюкзаке. Твари, что навелись на напарника, его проигнорировали и продолжили атаку, а вот остальные ломанулись к нему.

За спиной снова тренькнула тетива, старлею удалось еще раз взвести свой арбалет и всадить болт в очередного врага. Тому это очень не понравилось, тень завертелась юлой и прекратила наступление, а потом пошла клочьями тумана, с полминуты — и останется только пятно на траве. Так что против парня остались два не самых сильных и быстрых противника.

А вот на Радима бежали штук двадцать различных черных — крупные, мелкие, быстрые и не очень. Ему стало резко не до напарника. Выстрел из рогатки, и самый крупный из шустрых поймал шарик башкой и тут же пошел клочьями тумана. Радим успел подстрелить еще двоих, когда до него добежала мелочь. Вяземский сунул рогатку в петлю на поясе и потащил из кобуры кукри. Первого он принял на клинок, пропустив мимо себя, и располосовав бочину. Этого ему было вполне достаточно, чтобы сдохнуть. Следом пожаловала целая группа из четырех теней, они разошлись широким кругом, стараясь охватить Вяземского со всех сторон. Но Радим вскинул руку, и над головой зажегся довольно мощный светляк, который ярко полыхнул, остановив черных. Тени света не любят, сильный их ослабляет и оплавляет, делая менее активными. Что и вышло, они замерли от него метрах в трех. Радим же разгулялся, в двоих, что оказались ближе всего и остановились почти рядом, полетела жменя соли. Все, их можно вычеркивать. Центровой получил еще одну руну света в грудь, небольшой шарик пробил шкуру или что у них там, и засиял внутри черного, разъедая его изнутри. Радим же в два прыжка подскочил к последнему и рубящим ударом развалил уродливую башку, после чего вернулся обратно под защиту светляка, который так и висел на месте. Первый раунд оказался за ним. Припав на колено, Вяземский воткнул кукри в землю и снова взялся за рогатку, за те десять секунд, что у него появились, он выбил еще троих. Потом снова взялся за тесак, швыряясь попутно светом. За спиной тренькнул арбалет напарника, значит, он отбился от своей парочки и нашел себе новую цель, уж чего-чего, а недостатка в них не было, тени перли из руин сплошным потоком, и часть из них навелась на него. Но сейчас Вяземскому было не до старлея, самому бы выжить. Нет, конечно, у него резерва хватит, но расколотый мир плохо отдает энергию и слишком много забирает, так щедро швыряться высшими рунами, как он делал это на земле, не выйдет. Жаль, он не успел маску надеть, а надо было, силушки бы прибавилось, но теперь точно не успеть.

Новая волна состояла из гуманоидных теней, не таких быстрых, как зверье, но куда как более опасных. Было их штук восемь, они остановились метрах в пятнадцати. Свет мощного светляка, жрущего энергию, как не в себя, до них не доставал. Радим уже примерно знал, что будет, сталкивался с такими во второй заход, только тогда их было меньше. Выставив щит, он швырнул в одного из них мелкий шарик света, сходу развоплотив его. И тут прилетела ответка, сразу семь заклятий залпом, в основном огонь и лед. Одно принял на себя щит, от половины Радим увернулся, одно в виде сосульки поймал в грудь, но оно разлетелось, только слегка куртку попортив — медальон, снятый с трупа красноглазого двойника, справился с защитой, еще одну такую же Вяземский отбил кукри. Вот только пока он бегал, прыгал и уворачивался, тени нанесли новый удар. Но Дикий все же успел, посыл силы, и артефактный пояс который теперь поддерживал его штаны, засияв, поднял его воздух. Все заклятия прошли под ним, а в ответ он отправил к черным мощного светляка, который рванул в самой куче, расплескав двоих сходу и оплавив, словно воск, остальных. Радим завел левую руку назад и, сотворив простенькую волну воздуха, стремительно рванулся вперед. Зачерпнув соли, он прямо с высоты трех метров добил теневиков и, отключив подпитку пояса, приземлился на землю, резко уклонился, рубанув кукри шустрого черного, который в красивом прыжке пытался его достать, и, вытащив рогатку, расстрелял еще троих, несущихся на подмогу. Потом отправил вспышку в крепыша, который довольно бодро спускался с завала, и начал отступать, готовясь принимать новую волну, которая не замедлила с появлением. «Хорошо, хоть не массой прут, — подумал Вяземский, — а то бы стоптали». Соль, кукри, световые шары, и так по кругу, только вот резерв начал показывать дно. Изредка за спиной хлопал арбалет, это говорило, что напарник еще жив и отбивается. Радим уже не считал, сколько положил теней, просто трава перед ним вся была покрыта черным жирным пеплом.

— Дикий, — крикнул ему Матвей, — они кончаются, всего штук десять с руин выползло и перед тобой еще столько же. Только вот те, последние, здоровые, прямо гиганты.

Вяземскому же некогда было смотреть, как и что, в этот момент он увернулся от очередной массивной твари, других не осталось, мелкие и шустрые полегли в начале боя. Он рубанул противника с разворота в спину, вот только тот не желал расползаться туманом, этих приходилось разделывать всерьез. Враг развернулся и попытался достать его внушительной лапищей, но Радим пригнулся, с оттягом полоснул того по брюху. Вот этого оказалось достаточно. Вяземский саданул ногой, отбрасывая от себя теневика, и резко развернулся, встречая новых. Вспышка света, и следующая партия затормозивших потерявшихся теней попадает под соляной бросок. Досталось троим, хорошо шли,