Паладин. Свет и Скверна IV - Илья Романов

Света вверх. Но Эмиссар, пусть будет так, оказался не дураком. Опыт у него был. Он сразу же атаковал меня в воздухе, уклониться было проблематично, поэтому я ударил в ответ!

Две волны огня, одна цвета крови, а другая тёмно-зелёная, встретились. Мой огонь принялся мгновенно пожирать чужеродную энергию, а я заметил, как глаза Эмиссара расширились в изумлении.

— Н-невозможно… Невозможно! — ещё громче заорал он, хотя до попадания сюда был спокоен и даже высокомерен. — Ты не можешь! Скверна отвергла тебя! Ты отказал!

Что он там лопочет мне было не особо интересно, я с ним не болтать собирался, а прикончить. От Копья Скверны от сбежал, размазался кровавой лужей и пустился наутек. Но кто ж ему уйти даст?

Рывок Света, ещё Копья Скверны на опережение. Два раза подряд Рывок, пламя окутало моё тело полностью и разделилось на вращающиеся диски. Всего два десятка, но их хватило, чтобы уничтожить показавшихся на глаза тварей, а ещё замедлить Эмиссара.

Умирать он не хотел, а вот убежать очень даже. Нечисти становилось всё больше, они пёрли со всех щелей. Тройка бронированных костяных сороконожек я уничтожил своей аурой и Копьями Света, а кадавра плоти сжёг в пламени Скверны.

Но меньше их не становилось и все они пытались помешать мне догнать улепётывающего ублюдка. Разрозненная толпа без какого-либо командования всё же организовалась. Не удивлюсь, что сам Эмиссар от ужаса за собственную шкура подал сигнал о помощи и контролировал тварей.

Я испытывал злость и раздражение. На нечисть, которую желал уничтожить всей своей душой, и на мразь, которая сбегала, поджав хвост. Гоняться за ним по всему Мёртвому Миру потом? Увольте, это бесполезное занятие. Так что надо догнать его, во что бы то ни стало.

В какой-то момент тварей стало так много, что я всё чаще замедлялся. Отрыв рос, Эмиссар вот-вот мог уйти, а город… Чудом до этого он был не разрушен, но там где гремела моя битва были теперь одни руины.

— Раздражаете! — прорычал я сквозь зубы, оторвав голыми руками жирную лапу Тухлопуза. Врезав по кривой роже твари её же рукой, оттолкнулся от повалившейся туши и продолжил бег с Рывками Света.

Быстрее, Август, уйдёт же падаль! Быстрее! Ещё быстрее!!!

Рывки сменились друг за другом, а мои пострадавшие энергетические каналы… Там такая мешанина уже была, что даже печати Регенерации и Света едва справлялись. Слишком переход через портал по мне ударил и последствия я прочувствую очень хорошо. Если выживу.

Эмиссар уже пропал из поле видимости, но печатью я чувствовал его. На самом краю её зоны обнаружения.

Дикая злость охватила меня. На тварей, что без конца терроризировали Многомерную Вселенную. На Скверну, которая желала поглотить всё и не оставить ничего. На Эмиссара, что поднасрал мне в том мире и теперь мог выжить.

И на свою слабость. На это тело, неспособное ни на что! На собственную глупость, ведь я мог добиться большего, если бы не тратил время на ерунду!

— Нет уж, мразь… — мои глаза вспыхнули тёмно-зелёным огнём, а собственный голос показался чужеродным. Будто скрип льда, перемешанный с лязгом стали. — Не уйдёшь!

Пламя Скверны вырвалось из моего тела мощнейшим потоком, мгновенно выжигая всех тварей на десятки метров. Превратило их в пыль, которую сразу же подхватил воняющий мертвечиной воздух.

Энергия, которую Скверны приносила мне за убийство тварей затопило сознание. Настолько сильную эйфорию я никогда до этого не испытывал. Куда там мутантам из Зоны или обычным магам! Это была концентрация столь спрессованной и омерзительной энергии, что захватило дух. Но её было много! Очень много, ведь даже в одном кадавре плоти могли перемешаться десятки магов!

Печать Света вспыхнула и стала буквально гореть от переизбытка! Вся половина Скверны стала плотнее, ярче и сильнее. И заняла больше места, отодвинув Свет!

Из моей глотки вырвался звериный рык и я ушёл в Рывок, превратившись в комету из тёмно-зелёного пламени. Твари, что попадались на пути либо разбегались, если у них хватало хоть каких-то мёртвых мозгов, либо сдыхали в огне. И каждая их смерть добавляла мне всё больше и больше энергии! Уйму энергии! Бесконечное море!

Раньше я думал, что только боги и Охотники могли обладать такими запасами. Но куда теперь этим неудачникам до меня⁈ Чем больше этих ничтожеств на моём пути дохло, тем сильнее я становился! Их сила — моя! Их энергия — моя! ВСЁ МОЁ!

Я почувствовал, как на лице растянулся хищный оскал, а впереди показался Эмиссар. Его отметка становилась всё ближе и ближе. Я чувствовал запах его силы. Аромат его души, большую часть которой он отдал Скверне, но сохранил жалкий кусочек. Слабак, что недостоин жизни пытался спасти это самое подобие жизни. Эмиссар из него не получился, а вот в виде закуски он подойдёт очень даже!

Вырвавшись из пламени, я прямо в воздухе воздал в руке меч из Скверны. Столь легко и просто это получилось, без каких-либо задержек и долгих тренировок. Эта сила превосходила Свет во всём!

Перепачканный в крови и пыли ублюдок развернулся. Его лицо перекосило от страха, а в глазах отражался неподдельный ужас.

— Поща… — взмолился он, но не договорил.

Клинок отрубил его башку начисто, а пламя объяло тело и уничтожило за жалкие секунды.

Я втянул пламя в себя и не обращая внимания на стягивающихся со всего города тварей, прикрыл глаза от блаженства. Я чувствовал, как меня распирает от мощи! Необузданной и такой желанной! Столько силы… и вся она моя! Весь этот Мёртвый Мир, что принадлежит Скверне!

— Ха! ха! ха-ха-ха! — громко засмеялся я собственной шутке.

Принадлежит Скверне⁈ Этот мир теперь принадлежит мне! И все твари в нём лишь пища для моего возвышения!

В груди ощутимо кольнуло, отчего я согнулся пополам и чуть не свалился с ног. В ушах нарастал звон, а по голове будто молотом ударили.

На секунду заглянув в себя — понял причину. Скверна почти поглотила Свет в печати. Остался ничтожный клочок.

А ещё я понял, что произошло. Об этом предупреждал Лоран? Силу вскружила голову и опьянила настолько, что я чуть не потерял себя, а ведь это впервые за всё время. Похоже, слишком много энергии Скверны поглотил, вот и результат. Хорошо, что это случилось именно здесь, а не дома.

Вновь почувствовав, что меня вот-вот может опять переклинить, постарался сдержать себя в узде. Выходила неважно. Будто собственное «Я» требовало отбросить всю эту шелуху с долгом, клятвами и прочим, отдавшись