Черный Ангел - Джон Коннолли

— Но без иллюстраций Ноулеса.

— Ноулеса смущала полемика, которая могла вспыхнуть после публикации, да и его священник, очевидно, пригрозил отказом в причастии, если Ноулес внесет свой вклад в эту работу. Ноулес уведомил доктора Лоуренса о своем решении. Лоуренс отправился в Лондон, чтобы там обсудить вопрос лично, но в ходе этого обсуждения между ними возник жаркий спор. Ноулес начал бросать свои иллюстрации в огонь — оригиналы вместе с пробными оттисками с гравюры. Лоуренс схватил то, что успел, со стола художника и сбежал. Честно говоря, сами по себе иллюстрации не особенно ценны, но мне нравится история их создания, и я решила оставить их у себя, несмотря на поступающие время от времени предложения выставить их на продажу.

В какой-то мере они символизируют то, что этот дом всегда имел своей целью: сделать так, чтобы невежество и страх не внесли свой вклад в разрушение тайного и загадочного искусства и чтобы подобные произведения находили свою дорогу к тем, кто способен глубже оценить их. Теперь, если вы желаете, мы войдем внутрь и сможем обсудить ваше дело.

Я последовал за ней через зеленую дверь и дальше по коридору, который вел в рабочую зону. В одном углу мастерских ассистентка с красными волосами проверяла состояние каких-то книг в кожаных переплетах, в то время как в другом мужчина средних лет с поредевшими каштановыми волосами работал над живописным полотном, освещенным рядом ламп.

— Вы пришли в интересное время, — сказала Клаудия Штерн. — Мы готовимся к аукциону, кульминацией которого станет вещица, имеющая отношение к Седлецу, как и принесенная вами статуэтка. Но в таком случае, как мне представляется, вы уже знали об этом, и именно этим обусловлено ваше появление здесь. Позвольте поинтересоваться, кто рекомендовал вам принести статуэтку, выполненную из человеческих костей, именно мне?

— Чарльз Неддо. Он дилер из Нью-Йорка.

— Я знаю господина Неддо. Он одаренный любитель. Иногда он появляется здесь с весьма необычными предметами, но он так никогда и не научился различать, что ценно, а что следует отбросить прочь и забыть.

— Он высоко отзывался о вас.

— Неудивительно. По правде говоря, господин Паркер, наш аукцион специализируется на подобных вещах и наша репутация старательно завоевывалась в течение всего прошлого десятилетия. Прежде чем мы вышли на сцену, таинственные артефакты прятались с глаз и ими занимались только подпольные торговцы, сомнительные нечистоплотные люди с темным прошлым. Иногда кто-нибудь из известных домов выставлял «сомнительный материал», это случалось, но реально ни один из них не специализировался в этой области. «Штерн» уникален, и крайне редко продавцы тайн выставляют свои раритеты на продажу, не проконсультировавшись с нами. Точно так же очень многие частные коллекционеры обращаются к нам и официально, и конфиденциально с вопросами, касающимися своих коллекций, рукописей и даже человеческих останков. — Она подошла к столу, на котором статуэтка, найденная у Гарсии, теперь была бережно установлена на крутящийся круг, используемый для исследования. Штерн щелкнула кнопкой на настольной лампе, и лампа белым светом осветила кости. — Я полагаю, господин Неддо рассказал вам кое-что об истоках этого образа?

— Он, кажется, решил, что это изображение демона, попавшего в чан с серебром, где-то в пятнадцатом столетии. Он назвал его «Черным ангелом».

— Иммаил, — кивнула госпожа Штерн. — Одна из наиболее интересных фигур в демонической мифологии. Редко обнаруживается присвоение имени столь недавнее.

— Присвоение имени?

— Согласно Еноху, две сотни ангелов восстали, и первоначально они были низвергнуты на горе под названием Армон, или Эрмон. Herem на древнееврейском означает «проклятие». Некоторые, конечно, спустились дальше и основали ад, но другие остались на Земле. Мне кажется, Енох дает имена девятнадцати из них. Иммаила нет среди этих имен, хотя есть имя его близнеца, Ашмаила, которое появляется в некоторых версиях. Фактически первое упоминание Иммаила встречается в рукописях, написанных в Седлеце после 1421 года, в котором скульптура «Черный ангел», как предполагается, и была создана, и все это внесло вклад в его мифологию.

Она медленно крутила колесо, исследуя скульптуру со всех возможных ракурсов.

— Где вы говорили, нашли эту вещь?

— Я не говорил.

Она опустила голову и посмотрела на меня поверх очков с половинками стекол.

— Не говорили? Но мне бы хотелось знать это, прежде чем я продолжу.

— Первоначальный владелец, который и был, вероятно, создателем этой статуэтки, сейчас уже мертв. Это некий мексиканец по имени Гарсия. Неддо полагает, что именно этот человек восстанавливал склеп в городе Хуарес и создал святыню мексиканской местной святой — Санта-Муэрте.

— И как этот мистер Гарсия встретил свой конец?

— Вы не читаете газет?

— Нет, если без этого можно обойтись.

— Его застрелили.

— Какая жалость! Он, похоже, обладал замечательным талантом, если сумел сотворить нечто подобное. Это действительно очень красиво. Я предполагаю, что использованные им человеческие кости не старые. Большинство костей — детские, вероятно выбранные по причинам размера. Присутствуют также какие-то собачьи и птичьи кости, а ногти на концах конечностей — кажется, когти кота. Статуэтка просто замечательна, но, скорее всего, продать ее не удастся. Слишком много вопросов будет задано об источнике детских костей. И имеется большая вероятность, что они могут быть связаны с совершенным преступлением. Любой попытавшийся либо купить, либо продать эту вещь без уведомления властей поставил бы себя как минимум в положение обвиняемого в создании препятствий для вершения правосудия.

— Я и не пытался продавать эту вещь. Человек, создавший эту статую, причастен к убийству по меньшей мере двух молодых женщин в Соединенных Штатах и, возможно, намного большего количества в Мексике. Кто-то обеспечил его переезд на север, в Нью-Йорк. Я хочу выяснить, кто это мог быть.

— Итак, куда в ваше расследование втиснуть эту вещицу и зачем вы принесли ее ко мне?

— Я думал, что это могло вызвать ваш интерес и позволить мне задать вам некоторые вопросы.

— Что ж, так и случилось.

— Но я придержал еще один вопрос напоследок: расскажите мне о «приверженцах».

Госпожа Штерн резко нажала на кнопку выключателя. Это дало ей лишнюю секунду, позволив овладеть собой и в известной мере скрыть тревогу, которая на миг омрачила ее лицо.

— Я не уверена, что понимаю вас.

— Я нашел символ, вырезанный внутри черепа в квартире Гарсии. Это был дрек или двузубец. Если верить Неддо, такой знак используется некой группой приверженцев определенного культа для идентифицирования своих членов и пометки некоторых своих жертв. Эти люди имеют интерес к истории Седлеца и желают восстановить первоначальную статую «Черного ангела», если допустить, что таковая вообще существует. Вы собираетесь выставить на аукцион фрагмент карты на пергаменте, которая, как предполагается, содержит ключи к местоположению статуи. Я вообразил бы, что одного этого будет предостаточно, чтобы привлечь внимание подобных людей.

Я подумал, что госпожа Штерн сплюнет на землю — столь очевидным было ее отвращение к предмету, который я затронул.

— "Приверженцы", поскольку они называют себя именно так, являются попросту ненормальными. Мы — а я уверена, что господин Неддо не преминул осведомить вас и об этом — в ходе работы иногда имеем дело со странными индивидуумами, но большинство их безопасны. Они коллекционеры, их можно простить за энтузиазм, поскольку они никогда не причинят вреда и боли другим людям. Ваши «сторонники», или «приверженцы», — совсем иное дело. Если верить слухам, они существовали уже на протяжении нескольких столетий и их формирование было прямым результатом открытой конфронтации в Богемии между Эдриком и Иммаилом. Их численность невелика, и они стараются оставаться как можно глубже в тени. Единственная цель их существования — воссоединиться с Черными Ангелами.

— Ангелами? Но Неддо рассказал мне о существовании только одной статуи.

— Их волнует не статуя, — поправила меня госпожа Штерн, — а сами существа.

Она провела меня к тому месту, где лысеющий мужчина реставрировал большое живописное полотно, размером приблизительно три на два с половиной метра, на котором было изображено поле битвы. На дальних холмах пылали костры, и большие воинства уничтожали на своем пути дома, сжигали дотла посевы. Картина была насыщена живописными деталями, каждая фигура тщательно прорисована, хотя, на мой взгляд, в целом было трудно определить, что хотел изобразить автор — само ли сражение, или его последствия. Похоже, кое-где еще оставались очаги ожесточенного сопротивления, но в центральной части полотна группа придворных уже приветствовала королевскую особу. На некотором удалении от короля, художник изобразил фигуру одноглазого предводителя нападавших, к которому стекались его отряды.