Медленный танец - Элизабет Смит

— А ты? Что будет с тобой?

Холли закусила дрогнувшую губку. Она не позволит ему увидеть эти слезы. Кроме того, у нее действительно есть планы на будущее. Холли часто думала об этом со «дня похорон» Кейси, но теперь приняла решение:

— После суда я уеду в Миссисипи. К тете. Поживу там немного.

Или до конца жизни, добавила она про себя. Больше всего на свете ей хотелось, чтобы Грант попросил ее не уезжать. Сама она готова ждать его хоть сто лет. Но момент был упущен. Воспоминания слишком свежи, а раны сердца не зажили.

— Ну, что ж… — неопределенно протянул Грант. Он все видел. Все чувствовал. Но сейчас руки у него были связаны. Ничего он не мог поделать. Совсем ничего.

ГЛАВА 22

Холли так и не узнала, когда Грант покинул Лос-Анджелес. Да и какая разница? Их больше ничего не связывало. Убийство Джезмин раскрыто, и скоро начнется процесс по делу Мэтьюза. Правда, за последнее время она привыкла, что Грант окружает ее таким вниманием, на которое способен только идеальный возлюбленный. Но теперь все кончено… Пора становиться самостоятельной.

Возможно, судьба просто подарила ей несколько счастливых моментов, но в глубине души Холли чувствовала, что их встреча означала нечто гораздо большее. Она влюбилась в Гранта, и в глубине души не сомневалась, что это взаимное чувство.

Совершая в одиночестве долгие прогулки по городу, Холли размышляла о невероятных событиях, перевернувших ее жизнь, пыталась строить планы на будущее. По ночам она предпочитала грустную музыку и старые романтические фильмы, от которых хотелось плакать. Оставшееся до суда время она решилась было провести в Мимозе, но под конец все же передумала и осталась.

— Дорогая, я нашла тебе прекрасное место! — торжественно объявила Дейна Гордон несколько дней спустя. По крайней мере, так утверждает мой папочка. Он велел тебе непременно попробовать туда устроиться.

Дейна, которая, казалось, знала всех и каждого в Лос-Анджелесе, познакомила ее со своими приятелями, и теперь у Холли не было недостатка в обществе.

— Может, сначала позвонить и договориться о встрече? — осторожно осведомилась Холли.

— Не стоит! Сама знаешь, престижную работу обычно получают по знакомству!

Холли нервно ерзала на стуле, ожидая, пока мужчина за старомодным письменным столом обратит на нее внимание. До сих пор она не услыхала от него ни единого слова, кроме короткого:

— Садитесь, пожалуйста!

И, низко наклонив голову, так что Холли увидела небольшую лысину, едва прикрытую реденькими каштановыми волосами, принялся читать ее резюме и анкету. Лучи полуденного солнца беспощадно высвечивали убогую обстановку кабинета Джозефа Эрона, владельца фирмы «Эрон костьюмз». Из-за двери доносились голоса служащих, собиравшихся на обед.

После затянувшейся проволочки, когда Холли приходилось уговаривать себя сидеть смирно и набраться терпения, Джозеф уставился на нее грустными темно-карими глазами:

— У вас есть какой-то опыт в производстве одежды, мисс Прескотт?

— Практического почти нет, но я прослушала курс лекций в университете, и сама придумывала фасоны, шила вечерние платья для многих лос-анджелесских дам. Этим и зарабатывала деньги, пока искала работу.

Во взгляде Эрона появилось нечто вроде уважения. Он уже устал от бесчисленных претенденток на должность, но эта женщина, по крайней мере, явно не очередная избалованная бездельница, которой взбрендило поиграть в кутюрье.

— Покажите ваши эскизы, — потребовал он.

Холли выложила на стол большую кожаную папку и расстегнула молнию.

— Объясняйте, объясняйте! — раздраженно велел Эрон. — Меня не интересуют красивые картинки. Я хочу знать, чем вы руководствовались при создании модели. Почему добавили это… и это…

Он бесцеремонно тыкал пальцами в детали рисунка. Холли, почувствовав профессиональный азарт, с неподдельным энтузиазмом принялась рассказывать.

— А что, если я найму вас, обучу, потрачу время и деньги, а потом вы уволитесь и станете моей конкуренткой? — с удивительным чистосердечием выпалил Джозеф. Ответ был не менее искренним:

— Если возьмете меня, постараюсь приложить все усилия, чтобы быть вам полезной. Но рано или поздно уйду и воспользуюсь всем, что узнала от вас. И знаменитой когда-нибудь стану. Но при этом буду везде упоминать, что именно мистер Эрон дал мне возможность прославиться и пришел на помощь в трудный час.

Джозеф, как ни пытался, не смог скрыть улыбки. Да, кажется, они станут друзьями. Он испытывал явную симпатию к этой задорной девчушке.

— Вы приняты, — объявил он и назвал сумму жалованья, гораздо меньшую той, на которую рассчитывала Холли.

— Слишком мало, — храбро возразила она, покачав головой. — Для того, чтобы прожить, мне нужно. по крайней мере, в два раза больше.

Брови Джозефа взлетели к самому лбу.

— Не пойдет! У вас нет опыта!

— Но ведь и мне нужно есть. При таком жалованье придется по-прежнему работать уборщицей, чтобы свести концы с концами.

Понимая, что скоро жилье в престижном районе будет ей не по карману, Холли заключила договор с владельцами дома, престарелой супружеской четой. Она вызвалась убирать квартиры, из которых съезжали жильцы, следить за порядком и вовремя вызывать ремонтные службы. За это ей вдвое сбавили арендную плату.

Решение жить самостоятельно далось Холли нелегко. Она отослала родителям Кейси все деньги, найденные в сейфе, оставив себе немного на первое время. На прошлой неделе Том позвонил ей и сообщил, что они собираются учредить стипендию имени Кейси в Мемфисском университете. Деньги предназначены для тех студентов, которые собираются стать писателями.

Но Джозефа Эрона признание Холли неожиданно заинтересовало:

— Вы работаете уборщицей?

Холли гордо вскинула голову:

— Только в том доме, где живу.

— И вам не противно вывозить грязь за другими? — участливо осведомился он.

— Конечно, я предпочла бы делать что-то иное, но не нахожу в своем занятии ничего постыдного.

Джозеф удовлетворенно кивнул. Его мать осталась вдовой с семью детьми и была вынуждена зарабатывать на жизнь уборкой. Девочка права, тут нет ничего позорного!

Он мгновенно смягчился, и им удалось договориться. Эрон платит Холли в полтора раза больше, чем предложил сначала, и, если останется доволен ее работой, повысит жалованье через три месяца.

Поспешно произведя в уме необходимые вычисления, Холли поняла, что при крайней бережливости сумеет протянуть эти три месяца. Кроме того, других предложений такого рода не предвиделось. И почему-то интуиция подсказывала ей, что Джозеф Эрон — человек порядочный и верен слову.