Медленный танец - Элизабет Смит

— Нам нужно задать вам еще несколько вопросов, — сухо произнес он.

Харрис озабоченно провел рукой по небритой щетине.

— Холли, мы проверили автоответчики всех подозреваемых по делу Джезмин Тернер и обнаружили, что убитая звонила вам за день до своей гибели. Не можете объяснить, что ей было нужно?

— Если есть запись на моем автоответчике, значит, меня не было дома.

— Но она все же хотела что-то, — подал голос Рамирес.

Холли обдала его ледяным взглядом.

— Она уже отняла единственное, что было мне по-настоящему дорого, — моего мужа. Поэтому мне не о чем было с ней говорить. Да я и видела ее всего однажды на вечеринке в доме Тернеров.

Сэм крутил в руках карандаш, втайне надеясь на поддержку Гранта. Но тот, очевидно, предоставил приятелю выполнять за него всю черную работу. Однако когда Харрис уже открыл было рот, Грант все-таки вмешался:

— Был и еще один звонок. Мы обнаружили его по чистой случайности. Только при второй проверке догадались прослушать разговоры, которые велись с сотовых телефонов.

Стальные глаза испытующе впились в Холли.

— Почему вы не рассказали нам о звонке Ирвина Тернера в ночь убийства?

Холли была ошеломлена нарастающей жесткостью участников допроса.

— Я не… Ирвин Тернер? Тут какая-то…

— Вспомните хорошенько. Та самая ночь, когда Джезмин Тернер нашли мертвой, — упорно настаивал Сэм.

Пытаясь сосредоточиться, Холли прижала ладошки к вискам.

Что же произошло в ту ночь? Кажется… Нервы были натянуты, как струна. И тут ее осенило. Нет! Погоди! Действительно кто-то звонил!

— Вы, кажется, правы. Но я совсем забыла! Просто посчитала, что кто-то ошибся номером или решил подшутить. Слышимость была ужасной, и мне почти ничего не удалось разобрать. — Какой-то мужчина упомянул о моем муже. — Холли осеклась, прикрыла рот рукой и в ужасе воззрилась на мужчин: — Вы считаете, что…

— Вы хорошо знакомы с мистером Тернером? — быстро спросил Харрис.

— Вовсе нет. Виделась с ним на той же вечеринке.

— В таком случае… почему он ни с того ни с сего звонит вам? — процедил Грант.

— Не знаю! — вызывающе бросила Холли.

— Дорогие коллеги, — с непринужденным видом произнес Грант, — не могли бы вы оставить нас с миссис Прескотт наедине?

— Как? О, разумеется, — согласился Сэм, удивленно подняв брови. — Пойдем, Рамирес… э-э-э… выпьем по чашечке кофе.

Дождавшись их ухода, Грант поднял оставленный Сэмом карандаш и принялся рассеянно постукивать по столешнице. Чуть слышно прозвучавший вопрос отдался громом в ушах Холли:

— Скажи, зачем ты ездила к Джезмин Тернер в ночь убийства?

ГЛАВА 21

Мертвую тишину в кабинете нарушало лишь тяжелое дыхание Холли. Видит Бог, сейчас она была готова на все, чтобы избавиться от этого кошмарного сна.

— Откуда ты знаешь? — прошептала она наконец.

Грант устало провел рукой по лбу. Ноющая боль в висках изводила его с самого утра, а сейчас голова буквально раскалывалась.

— Сосед Джезмин выгуливал собаку, заметил машину с номером штата Миссисипи и запомнил, поскольку там живет его брат. Мало того, он точно определил время твоего приезда. Похоже, малый — неисправимый педант. Бесценная находка для следствия!

И в этот момент Холли взглянула на него так, что Грант лишился дара речи. С покрытого кровоподтеками лица смотрели чистые, ясные глаза. Их обладательница просто не может быть убийцей!

Если бы не всепоглощающее чувство, овладевшее им, Грант, возможно, припомнил бы страницы учебников по криминалистике, где описывались ужасающие преступления, совершенные людьми с таким бесхитростно-искренним взглядом, что даже опытные эксперты поддавались на удочку.

Неловким жестом, который явно выдавал душевное смятение, Грант взъерошил волосы.

— Почему?.. — тихо произнес он. — Почему ты была там?

— Думаешь, это я убила ее? — так же негромко отозвалась Холли, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

— Неважно, что думаю я. Главное, что полиция получила косвенные улики.

— Ошибаешься! Твое мнение крайне важно для меня. Ты считаешь, что я так отомстила Джезмин?

Грант приподнялся, страстно желая схватить Холли в объятия, заверить, что все будет в порядке, но не мог. Сначала он должен завершить допрос.

— Расскажи о той ночи, — как можно мягче попросил он.

Холли глубоко вздохнула. Как ни трудна предстоящая исповедь, необходимо снять с души тяжкий груз! Может, именно эти чувства испытывает преступник, уставший от собственной лжи? Но что теперь с ней будет? Арестуют? Неужели действительно считают, что убийство совершила она?

— Знаешь, — собравшись с духом, начала Холли, — звонок Джезмин выбил меня из колеи. Я пыталась забыть, не обращать внимания, но этот издевательский, злобный голос непрерывно звучал в ушах. Она смаковала подробности, рассказывая о своей связи с Кейси. Конечно, это глупо, но тогда мне хотелось показать, что она так и не сумела взять надо мной верх.

Холли помолчала, нервно сцепив руки. Как объяснить ему, что такое смертельная вражда двух женщин?

— Видишь ли, я наврала, сказав, что видела Джезмин всего один раз. Кейси привел ее… в наш дом ночью. Сделал мне такой рождественский подарок! Я наткнулась на них прямо в спальне…

Она прикусила губу, отвернулась и долго молчала, пока не сумела взять себя в руки.

— Именно тогда Хардистер и сделал те снимки.

— Бедная моя девочка, — прошептал Грант, но тут же вспомнил, где находится. Это допрос свидетеля. А с нежностями придется подождать.

— Не могу передать, что я ощутила! Унижение, гнев, боль. Я была вне себя. Меня предали, бросили, надругались… И я… я захотела снова встретиться с Джезмин. Поверишь, просто осатанела от ярости. Собралась высказать ей все, что накопилось на душе. Обвинить в том, что она разрушила нашу жизнь. Ну, и поехала… А у самого дома услышала вой полицейской сирены, перепугалась, будто поймали на месте преступления. Может, именно это меня и отрезвило, удержало от скандальных объяснений.

— Ты никого и ничего не видела?

— Нет, было уже темно.

— Почему сразу не призналась на первом допросе?

— Боялась… А еще больше — стыдилась признать, что бешенство лишило меня рассудка. Унизилась до того, что решила встретиться лицом к лицу с женщиной, укравшей у меня мужа.

Грант прекрасно понимал, о чем идет речь. Ведь после смерти Либби он и сам метался, как разъяренный зверь в клетке.

Холли пристально наблюдала за ним. И хотя в его глазах светилось сочувствие, Грант так и не сказал, что верит ей. Горечь разочарования петлей захлестнула горло. Неужели он не помнит, — кем они стали друг для друга, и после всего, что было, подозревает ее в убийстве?