Тысячеликий демон - Ростислав Левгеров

Но прежде чем заглянуть в замок, и узнать во всех подробностях, в чем же провинился перед багунами Щека, и каковы были взаимоотношения Вышеслава и Военега, я, с вашего позволения, отвлекусь и загляну в прошлое, с тем, чтобы рассказать немного о Военеге – этом в высшей степени любопытном человеке; а также, попутно, и о Семене, чья биография с ним тесно связана.

С самого раннего детства Военег проявлял себя чрезвычайно одаренным мальчиком. У него обнаружилось множество талантов: он рано научился читать, превосходно овладел мечом, метко стрелял из лука и даже освоил игру на гуслях. Этот инструмент особо почитался в Дубиче. В память о гусляре-крестьянине известном под прозвищем Лузгарь, своей волшебной игрой усыпившей несметное войско криров, уже полгода как осаждавших неприступный Корск, благодаря чему вересам удалось их, в конечном итоге, разбить, в Дубиче проводился ежегодный конкурс, на котором Военег, ко всеобщему изумлению, победил в возрасте девяти лет – неслыханное дело! Кроме того, он нежно любил свою мать, великую княгиню Ольгу. Его старший брат Борис не мог похвастать ни одним из этих качеств – коренастый, хромой (врожденный порок – у Бориса одна нога короче другой на вершок), угрюмый, он во всем походил на отца – князя Всеволода, умершего спустя год после рождения Военега.

Юный князь уже в пятнадцать лет поражал всех столь глубокими знаниями в области политики, философии, военного дела и прочих наук, что мать решила ввести его в Боярскую Думу, как полноправного члена. Через неделю, Военег, разочарованный скукой, царившей на заседаниях в Янтарном Дворце, переполошил всех, предложив создать в Дубиче республику, на манер Марна или Гвинтана. Стоит отметить, что Дубич наверно единственное государство (кроме, пожалуй, Дамхона), где многие века ничего не менялось; да и Борис, царствующий князь, был консервативен до крайности, так что можно себе представить, какой эффект произвели слова царевича.

Смутьяна изгнали из Думы, посчитав его слишком молодым для таких дел. Вот тут вскрылась еще одна черта характера юного князя – вспышки буйной, неконтролируемой ярости. Ему пришлось не по нраву решение бояр; он просил прощения; умолял мать поддержать его, угрожал, но получил мягкий, вместе с тем безоговорочный отказ. Тогда, в припадке злобы, Военег жестоко избил свою мать; а после до смерти забил мальчишку-слугу, при этом, как он позже признавался, даже не мог вспомнить за какую такую провинность.

Борис был в шоке; приказал бросить, как он выразился "психа", в темницу. Дело шло к казни – простой народ, подначиваемый неизвестными недоброжелателями, требовал его смерти, но мать простила сына. Мало того, Ольга, несмотря на незажившие еще раны, регулярно навещала своего любимца, чем вызвала гнев и зависть Бориса. Великий князь, в результате тяжких раздумий, повелел изгнать из страны своего брата с наказом никогда больше не возвращаться.

Настал час, и под горький плач княгини, Военег, как когда-то Илья-изгнанник, покинул родные края, имея за спиной лишь котомку с сухарями и вяленым мясом.

Пока сломленный горем Военег бродит по пустынным дорогам долины Трех Рек, ища себя в этой нелегкой жизни, я вкратце поведаю вам о Семене Безбородом и его "подвигах".

О его детстве известно только то, что он сирота и вырос на улицах Воиграда. Лет за двадцать пять до настоящих событий Семен прославился как искусный и неуловимый вор. Именно он (если верить слухам) стащил прямо из алтаря в Храме Триединого Бога священную реликвию – посох Аптомаха Старого, изготовленный из слоновьей кости, инкрустированный золотом и драгоценными камнями – дар Треарийской церкви. Как ему это удалось сделать, одному богу известно; сам Семен о своем воровском прошлом никогда не рассказывал. Но память о Семене-трубадуре жива до сих пор – ведь, несмотря на все усилия, посох так и не нашли.

Прозвищем Трубадур Семена звали с давних пор. Судя по всему, он когда-то, может быть еще мальчиком, находился в услужении у бродячих артистов-скоморохов. Только вот трубадуром Семен никогда не был и не знал ни одной баллады, что бы там ни болтал старина Лют.

Что ж, Семен по праву заслужил свою славу знатного мастера-жоха, но, как говорится, сколько веревочке не виться… и попал наш герой на каторгу, в Порщинские каменоломни, или просто в Порчу. Каменоломни находились у западных склонов Вечных гор, как раз там, где начинает свой путь великий Крин. Местный народ – камнесы – издревле занимался горной выработкой (драгоценные камни, руда) силами рабов и каторжников, погибавших в тех суровых местах толпами.

В 861 году в Порче вспыхнул бунт. Во главе восставших встал Дорош Лучник, близкий друг Семена. Ничего подобного здесь никогда не случалось, камнесы и небольшой воиградский гарнизон были застигнуты врасплох, за что и поплатились смертью. Но каторжники не успокоились на этом и, перебив ненавистных поработителей, затопили каменоломни, разрушив плотину.

На подавление восстания Блажен выслал карательный отряд, но он был уничтожен равногорцами, как раз в это время объявившими о своей независимости от Воиграда. Каторжники же разбежались кто куда; часть осталась с Дорошем, коего провозгласили Великим Воиградским Тадхундом. Хунда Дороша довольно быстро показала себя с самой лучшей (худшей) стороны и стала неотъемлемой частью великого множества банд, хозяйничавших на громадной территории от дельты Волдыхи до Хордревского княжества.

Весной 862 года Дорош умер (ходили слухи, что его отравили), и новым тадхундом избрали Семена, зарекомендовавшего себя бравым командиром, тонким стратегом и отличным организатором. Семен, прозванный Безбородым (ибо он не терпел никакой растительности на лице) реорганизовал банду, превратив её из сборища пьяных оборванцев в боеспособную армию. Многие его нововведения и сейчас в ходу у багунов – разведка, кавалерия, гвардия вожака, составленная из помещиков и зажиточных крестьян (гриди); строгая дисциплина, вводимая на период разбойничьих рейдов. К середине шестидесятых годов хунда Семена превратилась в могущественную силу, противостоять которой не мог ни доживающий свои последние дни Блажен, ни вустичский князь Кирьян, ни Борис. К слову, именно Семен первым потревожил покой марнийцев: его знаменитый поход на Диний – славный и богатый город – в 865 году, является беспрецедентным по своей дерзости и безумию (отряды Семена прошли по горам, там, где кроме диких горных племен, никто и не бывал и практически полностью разорил динийскую область!)

В этот знаменательный момент судьба свела Семена с Военегом. Сей юноша, если и переживал по поводу своей горестной судьбы, то очень недолго. Пользуясь своей привлекательной внешностью, он с легкостью охмурил одну немолодую вдову из Луха; поселился у неё и безбедно жил с ней целый год, пока она неожиданно не умерла, оставив всё своё состояние ему в наследство. Дети вдовы, давно уже точившие зуб на подлеца, несмотря на завещание покойной, немедля прогнали Военега. В который раз бывший князь принялся месить пыль дорог.