Тысячеликий демон - Ростислав Левгеров

Левгеров Ростислав

Тысячеликий демон.

Глава 1. Казнь

Его звали Ашант, что означает волк. Он был воином, из кочевого племени адрагов, единственных хозяев необъятных степей Нижнеземья. Ашант остановился у подножия пологого холма, и спрыгнул с крупного вороного коня с пышной растрепанной гривой. За холмом, в ста шагах, виднелась группа деревьев, кольцом окруживших неглубокий овраг.

Солнце только что зашло, окрасив горизонт в яркий янтарный цвет. В его пламенеющих лучах купались темные дымчатые облака. Дул легкий восточный ветер, волновавший высокую траву, широким ковром покрывавшую равнину. Ветер освежал, он принёс с собой крупицу прохлады с Холодного океана.

Позади целый день скачки – с раннего утра – но теперь цель близка. Он чувствовал, что она там, в овраге. Холм скроет коня от её глаз и высокая трава даст возможность подкрасться незамеченным.

– Останься здесь, мой друг, – хрипло прошептал Ашант, похлопав скакуна по шее. – Дальше я сам.

Воин забросил на плечо скатанный в бухту аркан. За спиной у него имелся лук в чехле, колчан на тридцать стрел, за поясом два кинжала. Пригнувшись, он пробежал несколько метров и замер. С одного дерева с шумом вспорхнула ввысь пустельга. Кочевник чуть улыбнулся, и продолжил свой путь. Чем ближе к оврагу, тем тише и незаметнее он подкрадывался. Только чуть слышное дёргание ковыля выдавало его присутствие. На полпути он остановился и прислушался. Ничего, лишь шелест листвы на деревьях и стрёкот кузнечиков. Ветер дул ему в спину, и он решил обойти овраг, чтобы постараться учуять запахи, скрытые в этой одинокой ложбине, а заодно – скрыть свои.

Обогнув овраг, Ашант снова залёг в траве, под одинокой тонкой осиной, и застыл. Спустя пять минут он уже знал, где она – любимая наложница кагана Хайсы, венежанка Млада, убежавшая прошлой ночью из их последнего становища на правом берегу реки Крин. Её лодку нашли наутро в зарослях осокоря, чуть ниже по течению. Девушка ушла далеко, но Ашант, пущенный по её следу, не торопился. Он не должен её спугнуть, иначе она убьет себя.

Сквозь пряный аромат полыни до воина донесся мельчайший, витающий в воздухе, словно призрак, запах беглянки: кисловатая, потная корка, покрывавшая её шею и спину. Значит она там, прячется, словно загнанный зверь. Вот донеслось её тяжелое дыхание, пересохшее горло больно стучит, из груди вырываются уже стихающие всхлипы отчаяния и страха.

Она там, и сейчас усталость возьмёт своё. Ещё немного, глаза смежит сон, и Млада беспокойно уснёт прямо на холодной земле, на жухлой прошлогодней листве, среди кривых корней, стелящихся по склону овражья.

Наконец Ашант встал и приготовив аркан, неслышно подкрался к спящей девушке. Посмотрел на нее. Конечно, нет слов, Млада прекрасна. Белая кожа поблескивала в темноте, будто полная луна, тёмно-русые кудри непослушно рассыпались по земле, словно ручейки, полные груди озорно выглядывали из-под просторной рубахи. Она спала, глубоко и спокойно дыша. Суровый житель степей мягко разглядывал её, и холод его глаз постепенно сменялся теплотой. Девушка действительно прекрасна, но она принадлежит Хайсе, и он вернёт её назад. О том, что будет дальше, Ашант старался не думать.

Воин наклонился к наложнице и быстро выдернул нож из-за её пояса. Млада проснулась, страх исказил её лицо и сковал тело. Почему-то она ожидала увидеть именно его, молодого, вечно хмурого, непривычно молчаливого адрагца. Прямоё тёмное обветренное лицо словно высечено из камня; узкие длинные чёрные усы; нос сломан и слегка повернут набок, губы неподвижны и твёрдо сжаты, а глаза…

Глаза задумчиво, бесстрастно смотрят на неё. Но в тоже время, его взор как будто устремлён куда-то вдаль. Млада так и лежала, не в силах пошевелится, и Ашант спокойно связал её руки.

– Убей меня, прошу, – закрыв глаза, попросила она. Слеза потекла по щеке. – Убей, прошу тебя, багатур.

– Вставай. Пошли. – Воин потянул её за собой.

Выбравшись из оврага, Ашант резко и высоко крикнул. На зов прискакал его конь. Громко всхрапнув, он радостно ткнулся в плечо хозяина.

– Я здесь, Эдаар. – Воин ласково потрепал коня по гриве.

Ночь незаметно накрыла степь своим темным покрывалом. Последние лучи солнца окончательно угасли, и на облачном небе появилась бледная луна.

– Мы переночуем здесь.

Ашант развёл три костра на расстоянии пяти-шести шагов друг от друга, и ещё один в центре треугольника, рядом с которым он и уселся вместе со своей пленницей. Другой конец аркана, которым кочевник связал руки девушке, он повязал вокруг своего пояса.

– Зачем всё это? – Млада нервно улыбнулась и кивнула в сторону костров. – Волков боишься?

Ашант молчал, глядя на огонь.

– Ну, скажи что-нибудь. Пожалуйста.

– Волков много в этих степях, – произнес, наконец, адрагец. – Осторожность не помешает.

– Летом волков не так много, – тихо возразила венежанка.

– Волков всегда много, – твёрдо ответил кочевник. – И волки всегда голодны. Сытых волков не бывает.

Он отломил кусок тонкой пшеничной лепёшки и протянул его девушке.

– Поешь.

– Зачем? – совсем неслышно спросила она. – Зачем мне есть? Разве не на смерть ты меня поведёшь? Не лучше поскорей умереть?

Млада сидела, сгорбившись, свесив голову и поджав под себя ноги. Её пышные волосы почти касались земли.

– Не говори глупостей. До твоей смерти ещё полтора-два дня. Проживи их достойно. – Ашант продолжал держать лепёшку. – Ешь. Умереть от голода я тебе не позволю.

Бывшая наложница подняла голову и посмотрела на воина. Потом выхватила лепешку и начала ее яростно жевать.

Костёр шуршал и потрескивал. В его свете лицо Ашанта приобрело пергаментно желтый оттенок. Он лениво отмахивался от мошкары, и всё так же задумчиво изучал девушку, торопливо поедавшую лепёшку, и бросавшую в ответ, на него косые взгляды.

– На что ты надеялась? – спросил её Ашант. – До Кривого Вала самое меньшее, семь дней пути по голой степи. Вряд ли бы ты выжила. И… мне кажется, твой отец… Он ведь подарил тебя Хайсе? И как бы он принял тебя?

– Почему это тебя интересует? – огрызнулась Млада. – Тебе не всё ли равно? Твой хозяин прикажет убить меня, дрогнет ли тогда рука твоя?

– Ты права. – Воин отвернулся. – Мне всё равно.

– Вот и заткнись! – Млада вскочила на ноги. Ашант нахмурился, но продолжал неподвижно сидеть, устремив взгляд в темноту. – Я не боюсь тебя, багатур! Почему ты отворачиваешься? Злишься? А может тебе стыдно? Вы – ваш народ – вообще знаете, что это такое? Хочешь узнать, на что я надеялась? Так? И я скажу – я надеялась на смерть! Да! Лучше смерть в степи, лучше пусть загрызут меня волки, это много лучше, чем жить среди вашего поганого племени! Да издохните вы все!!!