Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

своей чести. Для принцессы Гвинальды мысль эта послужит большим утешением.

— Думаешь? — спросил Блейк.

— Конечно.

— А если я не погибну, она рассердится?

— Рассердится? Что-то я не понимаю.

— Ну, тогда огорчится? — уточнил Блейк.

— Не смей так говорить, — произнёс Ричард. — И все же ни одна женщина не желает гибели своему жениху. Если тебя не убьют, то убьёшь ты.

— Он что, её жених? — спросил Блейк.

— Да, хотя официально о помолвке объявлено не было.

— Пойду прилягу, — оборвал беседу Блейк. — Раз уж мне суждено завтра погибнуть, то хоть высплюсь перед смертью.

Однако когда он растянулся на грубом шерстяном одеяле, сон как рукой сняло. В голову американца лезли тревожные мысли. С одной стороны, его беспокоила предстоящая дуэль с рыцарем из средневековья, но не только это. Больше всего его взволновало и разозлило известие о предстоящем браке между сэром Малудом и принцессой Гвинальдой.

Блейк корил себя за то, что проявил непростительную слабость, влюбившись в юную принцессу из средневековья, которая, судя по всему, ни во что его не ставила. Как теперь ему поступить с Малудом? Если он убьёт рыцаря, то сделает несчастной Гвинальду, а если не убьёт… Что тогда?

Сэр Джеймс терялся в догадках.

Глава 12

В ПАЛАТКЕ ЗЕЙДА

Прождав три дня, но так и не дождавшись обещанных Батандо проводников, Ибн Ян вторично послал Фекхуана к старому вождю с наказом поторапливаться. Нетерпеливость шейха объяснялась страхом перед Тарзаном из племени обезьян, который в любую минуту мог нагрянуть, помешать задуманному и покарать за непослушание.

Шейх Ибн Яд находился за пределами территории Тарзана и меньше всего желал нарушить границу его владений во избежание возмездия. В душе он надеялся на то, что Тарзан ожидает его возвращения в джунгли, чего Ибн Яд делать не собирался.

Шейх сидел в тени шатра в обществе своего брата Толлога, Фахда, Стимбола и ещё нескольких арабов. Разговор шёл о неудаче с проводниками Батандо и о возможном предательстве, ибо бедуины подозревали, что старый вождь собирает против них силы. И хотя Фекхуан заверял шейха в том, что Батандо не выступит против арабов, если те поведут себя честно, Ибн Яд не верил ему.

Атейя молча хлопотала по хозяйству. Девушка замкнулась в себе, перестала петь и улыбаться, переживая за своего любимого. Она слышала разговор мужчин, но не вслушивалась. Изредка девушка бросала взгляд на отцовский шатер, и всякий раз при виде Фахда глаза её загорались ненавистью.

Вдруг со стороны шатра донёсся взволнованный возглас. Обернувшись, Атейя увидела, что Фахд подался вперёд с вытаращенными от изумления глазами.

— Ради аллаха, Ибн Яд! — крикнул Фахд. — Гляди! Атейя вместе со всеми посмотрела в указанном направлении и, как и другие, не смогла сдержать возгласа удивления.

По лагерю, направляясь к шатру шейха, размашистыми шагами шёл бронзовотелый гигант, вооружённый копьём, стрелами и ножом. На спине он нёс овальный щит, а через плечо у него была перекинута смотанная верёвка, изготовленная ручным способом из длинных травянистых волокон.

— Тарзан из племени обезьян! — воскликнул Ибн Яд. — Аллах, пошли на него проклятье!

— Наверняка он явился с вооруженными неграми, которых оставил в лесу, — прошептал Толлог. — Иначе он не осмелился бы явиться в лагерь бедуинов.

При виде приближающегося Тарзана Ибн Яду сделалось дурно, и он почувствовал, что вот-вот потеряет сознание. Человек-обезьяна остановился перед собравшимися и взгляд его уперся в Стимбола.

— Где Блейк? — спросил он американца.

— Тебе лучше знать, — буркнул Стимбол.

— Вы с ним виделись после того, как расстались?

— Нет.

— Точно?

— Точнее не бывает.

Тарзан повернулся к Ибн Яду.

— Ты солгал мне. Никакой ты не торговец, а грабитель. Явился сюда, чтобы похитить из Ниммра сокровища и женщину.

— Это ложь! — выкрикнул Ибн Яд. — Любой тебе это подтвердит. Меня оклеветали.

— Не думаю, — сказал Тарзан. — Человек он честный.

— И кто он? — спросил Ибн Яд.

— Его зовут Зейд.

Заслышав родное имя, Атейя вся напряглась.

— Он сказал ещё кое-что, и я ему верю, — продолжал Тарзан.

— Что же, христианин?

— Сказал, что кто-то выкрал у него оружие и попытался убить тебя, а вину свалил на него.

— Он солгал! Все, что ты говоришь, неправда! — закричал Фахд.

Ибн Яд наморщил лоб, мгновенно соображая, затем по-лисьи улыбнулся.

— Ну, конечно! Бедняга считал, что говорит правду, — изрёк шейх. — Именно так он и полагал убить меня. А причина тому — его больной рассудок. Я давно знал об этом, но не предполагал, что этот человек опасен. Он обманул тебя, Тарзан из племени обезьян. Это могут подтвердить все, включая христианина, которого я спас. Спроси у моих людей, и тебе скажут, что я послушно выполняю все твои условия.

— И поэтому ты держал меня в плену и подослал ночью своего брата, чтобы тот меня убил? — спросил Тарзан.

— Ты несправедлив ко мне. Я послал брата развязать верёвки и отпустить тебя на волю, но ты напал на него. Потом появился слон и унёс тебя.

— А что имел в виду твой брат, когда занёс нож с криком: «Умри, неверный!»? — спросил Тарзан. — Где тут логика?

— Это была только шутка, — оправдывался Толлог.

— Я вернулся не для того, чтобы шутить, — сказал Тарзан. — Скоро прибудут мои вазири. У вас будет надёжный эскорт отсюда до