Весь Эдгар Берроуз в одном томе - Эдгар Райс Берроуз

— Он хочет жениться на принцессе Гвинальде, а ты не сводишь с неё глаз.

— Глупости! — воскликнул Блейк, но тут же покраснел.

— Вовсе нет. И не один он это заметил, — продолжал Ричард.

— Ты спятил, — резко запротестовал Блейк.

— Все мужчины поглядывают на принцессу. Ещё бы, такая красавица. Но…

— И Малуд собрался всех их убить? — поинтересовался американец.

— Нет, потому что принцесса смотрит на них иначе, чем на тебя.

Блейк засмеялся, откидываясь назад.

— Мне не вполне понятен твой смех, Джеймс, но есть вещи, в которых меня не обманешь. Когда ты упражняешься на поле, принцесса только тебя и выискивает глазами, а ты, когда глядишь на неё… Ты когда-нибудь видел собаку, с обожанием глядящую на своего хозяина?

— Расскажи это кому-нибудь другому! — выпалил американец.

— Вот почему Малуд с радостью убрал бы тебя да и меня впридачу, потому что я в курсе дела. Оттого я и невесел, ибо желаю тебе только добра, друг мой.

Блейк поднялся, подошёл к собеседнику и положил ему руку на плечо.

— Ты добрый малый, Ричард, но постарайся понять: я пока ещё жив. Я знаю, что кажусь неумехой в обращении с мечом, но за последние дни я многому научился. Завтра увидишь, какой сюрприз я преподнесу сэру Малуду!

— Твоя отвага и решимость делают тебе честь, Джеймс, но даже упражняйся ты всю жизнь, сэра Малуда тебе не одолеть.

— Король Гобред согласен на брак Малуда с его дочерью? — спросил вдруг Блейк.

— Почему бы нет? Малуд — человек влиятельный. У него огромный замок, множество лошадей и прислуги, не менее сотни вооружённых людей, а также дюжина рыцарей.

— Многие ли рыцари имеют замки и свиту? — поинтересовался Блейк.

— Двадцать человек, — ответил Ричард.

— И как близко от замка Гобреда они живут?

— В радиусе трёх миль.

— Кто ещё живёт в этой большой долине?

— Слышал о Богуне? — вопросом на вопрос ответил Ричард.

— Слышал и довольно часто. А что?

— Он именует себя королём, но мы его таковым не признаем. Он живёт со своими сторонниками в другом конце долины. Мы с ними враждуем.

— Я много слышал о большом турнире, к которому готовятся сейчас рыцари, и мне показалось, что в нём как будто примет участие и Богун со своими рыцарями. Это так?

— Верно. С незапамятных времен раз в году между Передними и Задними объявляется перемирие на три дня, начиная с первого воскресенья поста, во время которого и проводится большой турнир. Один год состязания устраиваются на равнине перед Ниммром, а в другой — перед городом Сеполькро.

— Передние и Задние? Что за чертовщина? — спросил Блейк.

— В общем, это длинная история. Весной 1191 года Ричард Первый отплыл с острова Сицилии и направился к Акри, где должен был соединиться с французским королём Филиппом-Августом и отбить Святую Землю у сарацинов. Однако в пути Ричард задержался ради захвата Кипра, и когда войско направилось в Акри, на борту кораблей оказалось много красавиц киприоток, тайно вывезенных влюбленными рыцарями. Затем два судна потерпели кораблекрушение возле африканского побережья. Одним командовал рыцарь по имени Богун, а другим Гобред. Оба экипажа двинулись дальше на поиски Иерусалима и набрели на эту долину. Сторонники Богуна объявили, что обнаружили долину Святых Могил и что крестовый поход закончен. Они перевесили кресты с груди на спину в знак окончания похода и возвращения домой. Но Гобред считал иначе. По его мнению, долина эта вовсе не была долиной Святых Могил, а, значит, крестовый поход не был завершен. Поэтому он и его соратники оставили кресты на груди и выстроили город, а также замок-крепость у входа в долину с тем, чтобы воспрепятствовать возвращению Богуна и его людей в Англию до выполнения ими своей миссии. Тогда Богун обосновался в другом конце долины, где также возвел город и замок. И вот уже более семи веков потомки Гобреда, чтобы не запятнать честь рыцарства, препятствуют потомкам Богуна вернуться в Англию. Сподвижники Гобреда продолжают носить крест на груди, и потому их называют «Передними», сторонники же Богуна носят его на спине, отсюда и название «Задние».

— И вы намерены выступить в поход за освобождение Святой Земли? — спросил Блейк.

— Да, — отозвался Ричард, — а Задние хотели бы вернуться в Англию, но их надежды напрасны. Мы находимся в окружении крупных сил сарацинов, и нас слишком мало, чтобы победить их. По этим причинам мы и решили оставаться здесь. Как ты считаешь, это благоразумно?

— Ну, было бы весьма неожиданно, если вы заявились бы вдруг в Иерусалим или в Лондон, — проговорил Блейк. — Иначе говоря, Ричард, вам бы лучше оставаться здесь. Видишь ли, за семь с половиной веков в мире произошло много разных событий. Люди стали другими. Ты, кажется, не учитываешь этого. Допустим, ты нападешь на Иерусалим, так ведь сегодня никто, даже сарацины, не поймут причины.

— Ты рассуждаешь мудро, Джеймс, — сказал Ричард. — Кроме того, здесь наша родина и нам тут хорошо. Собеседники замолчали, погрузившись в раздумья. Первым тишину нарушил Блейк.

— Меня заинтересовал большой турнир. Скоро он начнется?

— Очень скоро, а в чем дело?

— Мне бы хотелось принять в нём участие. Я уже неплохо владею копьём.

Сэр Ричард скорбно посмотрел на него и покачал головой.

— Завтра ты умрёшь, — с трудом выговорил он.

— Черт побери! Нельзя ли повеселее?

— Я говорю то, что у меня на душе, мой добрый друг, — ответил Ричард. — Как бы я ни сожалел, но чему быть, того не миновать. Единственное, что утешает меня, так это то, что ты держишься мужественно и встретишь свою кончину, как подобает доблестному рыцарю — не запятнав