Драма лихих 90-х - Юрий Николаевич Безелянский

помочь с текстом. Подсказал ему: Аросева и Сталин, вождь на параде в Тушино взял 10-летнюю Аросеву за руку, ну, и т.д. А далее в тексте для Хазанова написал: «Но не будем вспоминать те давние дела. Сегодня времена другие. Не репрессии, а презентации. Hе террор, а легкое финансовое удушение. Придушат немного и смотрят: жив еще? Интересно!..».

17 декабря

Вчера в «ВК» на первой полосе, как передовую, дали мой комментарий – календарь «Поможет ли нам святая великомученица Варвара построить в это воскресенье мост в будущее России?». Мой вклад, моя позиция в выборы. Голосовал сам за блок «Демократический выбор России – объединенные демократы» – Гайдар, Сергей Ковалев, Федосеева-Шукшина, за региональную группу – Юшенков, Улюкаев, Радзиховский. А по одному мандату – за Аллу Ярошинскую, за нашего брата, журналиста. Я за новую Россию (рынок, свобода), но многие хотят назад, в привычное прежнее, в социалистический рай: талоны, очереди, блат…

24 декабря

На выборах победили коммунисты, на втором месте – партия Жириновского. Бедные победили богатых, дебилы – интеллектуалов. Одни говорят «ужас», другие – «ничего страшного». Людмила Шевцова в «Известиях»: «Без победителей». Кругом одни проблемы. Но Дума – одно, а президентские выборы – другое. Там решится выбор России: куда идти и что делать?..

Но о политике писать не хочется, лучше о себе, любимом, как говорил Маяковский. Но опять же об издательских проблемах – тошно. И нашел новенькое: написать об Игоре Северянине. Сказал Вите, он: «Все возводишь пирамиды Хеопса!» В Доме дружбы Чиж организовала вечер Торквато Тассо. Прекрасный зал. Спектакль о жизни бедного итальянского поэта, умершего 400 лет назад – в 1595 году. И получили в подарок книгу – пастораль «Аминта» на итальянском и русском. В первой сцене Сильвия говорит Дафне: «Тебя пленяют радости любви, хотя в любви я радостей не вижу, а мне милее радости иные…». Охота на зверей. Добыча… Сам Тассо выступал поборником свободомыслия и гедонизма, за что был преследуем. Впал в безумие и содержался в госпитале для сумасшедших. Был выпущен на волю, скитался и умер в Риме в возрасте 51 года. В историю Тассо вошел как жертва деспотизма. В русской поэзии Торквато был воспет Батюшковым и Кукольником, имя Тассо неоднократно встречается в стихах Пушкина… Бедные поэты, несчастные сочинители, как правило, им приходится туго во всех веках и странах, а уж в России!..

Пришло письмо еще от одного читателя из Раменского, написал, что недавно стал счастливым обладателем книги «От Рюрика до Ельцина» и очень просит, написал «умоляю редакцию», не бросать календарь, чтобы в новом, 1996 году, продолжалось «плавание вашего «кораблика» по безграничному океану человеческих судеб и страстей. И дай вам Бог выдержки, терпения и удач в вашей огромно-энциклопедической работе…». Ну, что ж, признаюсь: такие письма окрыляют. Приятно приносить людям радость.

Таня Глинка: «Вы создатель совершенно нового жанра». И опять телефонная хвала Светлова, а потом о своей немощи, и такой разговор:

– Я тоже сдаю, Владимир Александрович.

– Как сдаю?! Да, вы – юноша. Ну, юный старец!

– Какой юноша! Ботинки с трудом зашнуровываю. Сгибаться тяжело.

– Какие ботинки! Вы столько зашнуровываете журнальных строк, как никто. Вы уникальный человек в журналистике. Вы – чемпион…

21 дек. ездил на Качалова и читал на подъеме Северянина. Но на Р-1 никакого подъема: гонорара нет, зарплату задерживают и «в воздухе пахнет грозой». По Северянину: «Вы чаруйную поэму превратили в жалкий бред». Северянина я печатал в далеком 1975 году, вернулся к нему снова и напечатал большой вариант – 33 стр. с хвостиком.

31 декабря

У Анисима новый прожект – «Утренний курьер». Не верю ни в какого курьера. Подбираю стихи про Луну, хочу собрать маленькую книжечку. У Блока, Набокова, Зенкевича, Оцупа и у других – у всех мелькает Луна… А еще занимаюсь Москвой, городскими событиями и датами. 28 декабря Москва запустилась в «Вечерней Москве». И сразу звонки: где купить вашу книгу о Москве?.. На следующий день, 29-го, дар с небес: гонорар за «Старую квартиру»: 500 долларов, но рублями: 2 млн. 20 тыс. 644 рубля. Два миллиона – это примерно 8 моих месячных пенсий или гонорар за 16–18 полос в ВК. Сразу подсчитал. Экономист! Плехановец!..

Прошедший год был успешным: 178 (!) газетно-журнальных публикаций, да и гонорар немалый: 30 млн. рублей и более 3 тыс. долларов. Для литератора прекрасно. С владельцами бензоколонок себя не сравниваю…

За окном минус 11, ясно.

1996 – 63/64 года

1 января

Весь в мечтах и планах. Жду выхода книги в «Крон-пресс», может быть, разродятся «Пенаты» (мне понравилась фраза Гнедича о «Кавказском пленнике»: «Он уже под станком и в августе пустится по белому свету»). Может, пристрою «Знаки Зодиака» из рухнувшего «Кладезя». А вдруг запустится «Москва». Четыре книги – предел мечтаний. А Ще мечтает о шубе, бытовой технике (стиральная машина, пылесос, а еще бы ковер, лежанку, новый холодильник. Боже, сколько дыр и необходимостей), Так что остро нужны гонорары. По телефону были всякие поздравления. Лена Миронова: «Благодаря вам, вашей книжке, я стала самой интеллектуальной ведущей в Останкино». И одна из новогодних песен: «Вот бьют 12 бьют, а потом пробьют 13. Ча-ча-ча!..» Под ча-ча-ча и полетит новый 1996 год.

7 января

Я в простуде, болит горло. Думаю взять псевдоним: Плювакин или Отхаркин. И Ще не лучше. Дома – тропики, батареи огненные и в квартире +25. Дышать нечем и форточки не помогают. Где-то жарко, где-то холодно и нигде нет золотой середины.

У нас в гостях была Людочка со своим американским мужем Бобом, Был такой американо-русский «эраунд тэйбл». Плюс шампанское и кусочки ананасов (прямо по Северянину!). А 2-го напечатал первый материал года для «Работницы» – «Весна. Любовь. И выборы сердца». По ТВ показали фильм чешского режиссера Иржи Менцелы «Солдат Иван Чонкин» – едкая сатира. Чехи никогда не простят нам танковой весны 1968 года.

3 янв. ходил на Пятницкую. Наговорился и наэфирился: дал два интервью и записал 6 программ, в том числе в «Четвертой власти» у Горкина на «Голосе России». Звонок из журнала «Воспитание школьников», просят дать им Хронику любви, – школьникам или учителям? Я отказал. Подобных предложений немало, это не Израиль, где, как сказал Михаил Козаков: «Не хватает телефона и трепа…» На «Эхо» пригласили Михайлова. Он начал талдычить что-то о Северянине. Лев Гулько его перебил: «Это тема Юрия Безелянского – известного специалиста по любимым женщинам». Н-да, кажется, прибрел какую-то странную популярность!.. Запустил в «Вечерней Москве» рубрику «Золотая антология Ю.Б.» (Осип Мандельштам).