Дорога к свободе - Кира Стрельникова

– Будем, – пробормотал он.

– Вот и чудно. – Улыбка герцога стала шире. – Тогда я внимательно слушаю.

Эрми проснулась от того, что кончик носа щекотало что-то мягкое. Она сморщилась, не открывая глаз, и перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку. Ужасно не хотелось выплывать из сладкой дрёмы, а учитывая, что половина ночи прошла очень активно, отчего мышцы приятно потягивало, так тем более хотелось подольше понежиться в объятиях сна.

– Соняааааа, – ласково протянул знакомый голос над ухом, и щекотка переместилась на спину, вдоль позвоночника. – Ты уже не спишь, я вижу.

Королева тихонько взвизгнула и завозилась, пытаясь нашарить одеяло и натянуть его на плечи. Глаза при этом упорно оставались закрытыми. Раздался тихий смех, и в следующий момент Эрми почувствовала, как её нежно сгребли в охапку и прижали к себе. Она протестующее замычала, но сонное настроение уже развеялось, и пришлось открыть глаза.

– Милая, уже больше одиннадцати, я мужественно ждал почти час, пока ты проснёшься. – Тенрил чмокнул Эрмеару в ушко, и ей сразу расхотелось ворчать и демонстрировать недовольство. – Я есть, между прочим, хочу, – известил он весело.

– Ааааа… – Она широко зевнула, ухитрилась потянуться, наполовину выпутавшись из одеяла, и поняла, что согласна с его словами.

Организм настоятельно требовал восполнения сил. Эрми развернулась в руках принца и обняла его за шею, с наслаждением запустив пальцы в тёмные волосы.

– Знаешь, я тоже, – доверительно сообщила она с самым серьёзным видом, но в серых глазах серебрились смешинки. – Только мне так лень к себе идти… – протянула маленькая хулиганка тоном капризной девочки.

Тенрил тихо рассмеялся и потёрся носом о её чуть вздёрнутый носик. Эрми длинно вздохнула, расплывшись в довольной улыбке, а потом свернулась клубочком и прижалась щекой к груди принца.

– Я не хочу от тебя уходить, – едва слышно призналась она.

Терронец улыбнулся в ответ и лёг на спину, аккуратно устроив королеву на груди и обняв.

– Тогда попросим принести завтрак на двоих сюда, – легко согласился он и коснулся губами растрёпанных золотистых локонов. – Мне тоже не хочется отпускать тебя…

Это утро прошло для Эрми чудесно, неторопливо и нежно, и немного дурашливо. Они поплескались в ванне, залив мозаичный пол водой, потом Тенрил расчёсывал её, а Эрмеара млела и жмурилась от медленных движений. Потом горничная принесла завтрак – королева после недолгих раздумий не стала показываться ей на глаза, не зная, какие планы у Джоргара и надо ли им с Рилом по-прежнему скрывать их чувства. А с завтраком на подносе лежала записка. У Эрми в свете последних событий нехорошо кольнуло сердце, но, узрев знакомый почерк герцога, она облегчённо выдохнула. Неизвестно, как Джоргар провернул это, не иначе, как с помощью Эйнерда, но подделать его почерк не мог никто. Даже с помощью магии. Записка была адресовала, как ни странно, её величеству. Откуда регент узнал, что Эрми ночевала сегодня именно у Рила, она предпочла не думать. «Не возвращайтесь к себе до моего распоряжения. С картой вопрос решён, так что можете не прятаться больше с Тенрилом. Сигерийцы уедут, как вернёмся в Арифри. Джоргар Асор». Светлые брови встали домиком, а щёки Эрмеары порозовели. Она подняла немного растерянный взгляд на Тенрила.

– Это герцог, он говорит, чтобы я пока не возвращалась к себе, – озадаченно сказала государыня. – Почему, не объясняет. И ещё пишет, что можно не прятаться. – На её губах появилась счастливая улыбка, а серые глаза заблестели.

Тенрил опёрся локтем на стол и положил подбородок на ладонь, глядя на Эрмеару с задумчивой улыбкой.

– А знаешь, вот как раз именно сегодня мне хочется, чтобы нас никто не увидел, – доверительно сообщил он. – Хочется побыть в этот последний день здесь только вдвоём. В Арифри будут придворные, твои фрейлины, горничные…

Правительница Алевидии хихикнула и озорно подмигнула.

– Знаю я одно отличное место, – мурлыкнула она. – Там красивый пляж, и никто не найдёт нас.

– Тогда доедай и пойдём, – Рил подвинул ей тарелку с нарезанной ветчиной. – Пока Джоргар не придумал какого-нибудь очередного дела для тебя.

У Эрми мелькнула довольная мысль, что ей нравится так начинать каждое утро. Пожалуй, выделять Ровиду отдельные покои в Арифри нет никакого смысла, она вряд ли захочет хоть одну ночь провести одна. На плече Рила так ужасно удобно спать, гораздо удобнее, чем на подушке…

Ларис возвращался к себе и едва сдерживался, чтобы не хмуриться. То, что королева не ночевала в своих покоях, действительно всего лишь роковая случайность, маг сработал добросовестно и распылил в спальне свои духи. И Ларис решил наведаться к графу и попробовать у него узнать, куда же отлучилась её величество. А заодно по пути обдумать, как же заставить хитрую сестричку принять то зелье, что приготовил для неё Ормус – так звали мага. Конечно, в виде распылённого в воздухе оно действеннее и надёжнее, но время поджимает, значит, надо выкручиваться. Вообще, Ларис подозревал, что королева либо в гостях у фаворита была, либо у принца, так что можно попытаться повторить план с духами у кого-то из них в спальне. Однако тогда придётся ещё и в Арифри разок рискнуть, но там проще – есть тайные ходы, и секрет некоторых из них наверняка известен графу.

Завернув же в коридор, в котором находились комнаты, отведённые придворным, Орек обнаружил не очень приятный сюрприз – стражу у дверей покоев Альдо. А вот это совсем нехорошо… По какому поводу его арестовали? Сколько он рассказал Джоргару, и не ждать ли опасных гостей в скором времени? И ведь не подойдёшь, не спросишь – вряд ли ответят, так и будут стоять молчаливыми истуканами. Остаётся одно, потолкаться среди слуг и попробовать послушать, о чём говорят. Конечно, большинство слухов окажутся домыслами, но вдруг и что полезное промелькнёт? Потом можно заглянуть к Ормусу, вдруг он что дельное подскажет, как лучше действовать в сложившейся ситуации.

Сначала Ларис заглянул на кухню, но завтрак для прислуги давно закончился, а до обеда дело ещё не дошло. Ну а поварам не до разговоров было. Далее он прогулялся к прачечной, однако смешливые дородные служанки, полоскавшие бельё в больших чанах с горячей водой, как-то слишком уж игриво косились на него. В другой раз Ларис, может, и ответил бы на призывные взгляды, тем более ему нравились женщины в теле, но сейчас совершенно не то настроение, и заговорщик поспешил убраться из душного, наполненного влажным паром помещения. Побродив ещё немного по подсобным помещениям, Ларис толком так ничего и не выяснил. Правдоподобных причин, по которым у дверей покоев графа стояла стража, никто не знал. И это, пожалуй, пугало больше всего, потому что, будь провинность мелкая, так или иначе, что-то просочилось бы. А так – ничего, тишина. Просто стража у дверей, и всё. Которая никого не пускала внутрь, и самому графу Альдо тоже запрещено было выходить. Встревоженный ещё больше неопределённостью, Ларис решил вернуться к себе и поразмышлять в тишине.

Однако, открыв дверь и переступив порог, он замер, уставившись на фигуру в углу, умостившуюся на относительно небольшом стуле с явным трудом.

– Бегать не советую, – ласковым голосом произнесла фигура. – Я тебя уже видел, и передать картинку моим магам мне ничего не стоит. Из поместья тебе не уйти, приятель. Так что прикрой-ка дверь да присаживайся, я давно хочу пообщаться с тобой по душам, Ларис.

Брат Эрмеары несильно вздрогнул, тёмные глаза прищурились. Джоргар знает его имя, плохо, очень плохо… По телу прокатилась волна холодной дрожи, а сердце на мгновение сжалось от страха. Вот и сбылся худший кошмар последних нескольких лет. Но если Волк думает, что увидит страх Лариса, он глубоко ошибается. Внебрачный отпрыск погибшего короля умел отлично держать себя в руках.

– Сядь, я сказал, – резко бросил герцог уже без всякой снисходительности. – Или хочешь показать мне, как быстро бегаешь? Ну так я тебя уверяю, дворцовая стража делает это ещё быстрее. Только они церемониться с тобой не будут. Да и маг твой у меня, – небрежно добавил регент. – Так что давай, можешь начинать рассказывать, кого мне в Арифри вылавливать. Знаю, что твоих людей там немного, так что пугать якобы большой армией сторонников не стоит, Орлек.

Ещё несколько секунд Ларис колебался, лихорадочно перебирая в уме пути бегства и понимая, что добежать до дворцовых конюшен он всяко не успеет, даже если удастся выбраться из самого дворца. А ведь ещё предстояло оседлать лошадь, и это тоже время. Джоргар следил за собеседником с насмешливым выражением на лице, словно знал, что творится у того в голове.

– Итак, – выразительно произнёс он. – Дверку-то прикрой, чтобы нам не помешали.

Ларис молча выполнил приказ и сел на узкую кровать, исподлобья глядя на неприятного гостя.

– Вы не оставите меня в живых, ваша светлость, ведь так? – ровным голосом спросил Орлек.