Где пламя драконов правит - Николь Соловьева

промокшим сапогом и со всей силы плеснула ее Сертану под лапы. — Это ли нормальная вода?

Шараф проклацал когтями по мокрому полу.

— Как в душе?

По пещере прокатился злобный рык, отбившийся от стен и ворвавшийся в ее уши, напомнив что-то. Что это? Нет, кто это? Она обернулась, увидев за собой только лестницы и завивающиеся вензеля ступенек далеко наверху. Что-то ее преследует? Кто ты? Кто я? «Это ли нормальная вода?», «Не говори глупостей!», «Что ты делаешь?», «Почему ничего никогда нельзя сделать нормально?» Она помнит этот голос. Фося. «Стой смирно!», «Послушай…», «Успокойся…» Вот что это. Почему на трон возносят не собранных, спонтанных, вспыльчивых и неуравновешенных. Не люди виноваты, все священное, проклятое место, о тайне которого знают только те, кто восседает, но о проклятии узнают только рухнув с трона. Разбилась в дребезги корона, разлетевшись тысячью осколками, превратившихся в песчинки пыли, золотом исчезающие в воздухе. Она забралась слишком высоко, слишком высоко, чтобы видеть себя со стороны.

— Эрс? — Шараф осторожно вытянулся, всматриваясь в нее. — Все в порядке?

Девушка поднялась со ступеней, одела промокшие сапоги, схватив мантию и лампу, под осторожный вздох Шарафа, кинула их на берег. Упала капля, подошва шаркнула, всплеск. Ее окатило ледяной волной и в ногах почувствовалось напряжение, граничащее с судорогой. Лицо словно сковало ледяной коркой. В ушах слышался всплеск воды и шорох пузырей, горстями стремящихся к поверхности. Ледяной поток смыл все мысли, кроме одной: «нужно выбираться!» И кое-как гребя онемевшими руками, она выплыла к невидимой поверхности, вынырнув, глотнув воздуха. Ветер и сквозняк льдинками прошли по мокрому лицу. Казалось, даже в воде будет теплее, чем снаружи. Увидев сушу, она поплыла в ее сторону и с усилием заставила себя вытащить тело из воды, свалившись на скалистый берег. С рубашки и брюк медленно стекала вода, скатываясь к озерцу, темная коса лежала в стороне.

— Сачем ты нырнула? — Шараф медленно появился перед ней с меховой накидкой, укрыв Эрс. — Могла меня попросить, я бы тебя переплавил!

Но девушка его не слышала, устремив взгляд куда-то далеко, вверх, к сводам пещеры, откуда виднелся пробивающийся свет. Прочь, прочь с этого гиблого места. Но кто же тогда будет их вести? Она не может прокинуть его сейчас. И не надо. Пора прекратить бежать от него. Оно по праву принадлежит ей. Она всегда боялась, что станет такой из-за проклятья великого трона. Но его она не покинет. Даже больше, она станет первой, кто снимет проклятие с великого возвышения.

— Да, я в порядке, — она оторвалась от сводов, взглянув на обеспокоенную, голубую мордочку. — Знаешь, мне кажется, что-то пошло не так и молчать об этом уже нельзя.

— А что пошло не так?

— Кажется, как исчезла Фося, я стала плохим другом.

— Не-е-ет! — и Сертан замотал мордочкой. — Просто для того, чтобы вести людей нушны определённые навыки, и ты в себе их раскрываешь.

Она повернула голову к Шарафу.

— Неужели для того, чтобы управлять людьми нужно на них ругаться и ссорится с ними?

Сертан задумался.

— Нет. То есть, не всегда. Это только один ис видов управления ими.

— Вот я и не хочу так управлять, — она поднялась из-под мантии. — Я должна не управлять, а направлять.

— Но расве, таким образом не снишается авторитет?

— Суть лидера не в том, чтобы угнетать людей, — заметила Эрс. — А в том, чтобы направлять людей и дарить им надежду. Теперь я знаю, — и она, пододвинувшись, схватила Шарафа, обняв так, что Сертан не успел ничего и сказать. Выскочив из-под мантии, полная энергии, девушка подбежала к Самчиш, схватив его под уздцы.

— Ну все, теперь мы готовы. Я исправлю ошибки Фоси. Где выход? — и она осмотрелась, пытаясь найти проход в кромешной тьме.

Опешивший Шараф, наконец, повернулся к ней, пытаясь что-то сказать и наконец вымолвил:

— Понимаешь, сдесь нет выхода, — и он тут же поник, опустив взгляд на, еще теплую, мантию в лапах. Знала бы Фося, что здесь произошло, она бы пришла в ярость. Какой кошмар! Но все же, Эрс была права, ей еще учится и учится, чтобы правильно вести за собой толпы.

— То есть как?

— Ну, я не смотрел что там, но кашется савал.

— Завал? — Эрс посмотрела в темноту и неспешно подошла к отброшенной лампе, щелкнув рычажком. Фитилёк поджегся и заколыхался огонек за стеклянными стенками. Проверив копчение, Эрс закрыла крышечку и поскрипывая ручкой, подошла к видневшейся стене, стоявшей так близко. Каменные своды тянулись от островка к водной поверхности, словно обрушившись камнями в воду и закрыв проход.

— Мошет, проверить иснутри? — послышалось эхо.

— Как же мы это провернем? — Эрс повернулась к Шарафу. — фонарь под водой не светит.

Сертан задумался. Затем отбросил меховую мантию и принялся рыться в мешках на ослах. Вскоре он вытащил странную, черную вещь.

— Мы тут с Фосей поторговались до отъесда и выторговали у местного продавца фонарик. Он и под водой светит! — и он нагнулся к воде, окунул лапу и включил фонарь, спицей осветивший линию в кристальной воде. — У него переключаются решимы, — он повертел кольцо у фонаря, линия расширилась и рассеялась в воде, а потом замигала азбукой Морзе, крича о помощи.

— Это конечно хорошо, но тебя я туда не отпущу.

Шараф удивленно уставился на нее.

— А почему? Фося бы туда не нырнула, а у меня устойчивость к холодной воде!

— Я не Фося, — и Эрс указала на друга. — А ты недавно, на плюхавшись в воде, болел. Мне больше не надо. Я всего-то взгляну на завал, поищу щели, и мы потом вместе нырнем и будем пытаться его разбить или разобрать. Нужно найти прорехи и много времени это не займет.

— Да? Ну ладно, — и, отдав ей фонарик, Шараф отошел к лошадям. — Тогда мы тут.

Эрс только проследила за тем, как Сертан уселся рядом с ослами и повернувшись, вновь взглянула на воду, испускающую ледяной, незримый поток тумана. Послышался скрип и стук. Она поставила керосиновую лампу на пол, закрепив подводный фонарик на ремне и завернув рукава рубахи, нырнула. Вода накрыла ледяной оболочкой. Мелкие пузырьки белым, полупрозрачным дымком, шурша и перекатываясь, скрывались, достигая поверхности, сквозь которую, в озеро, опускались рассеянные кусочки света, долго не удерживающиеся в темноте воды. Вынырнув, запомнив расположение завала, набрав побольше воздуха в легкие, она вновь скрылась в ледяном, застывшем потоке воды. Углубившись, чуть отплыв от поверхности, она направилась в сторону завала. Где-то наверху еле движимые потоки воды шумели, облизывая скалистый берег, мельком взбираясь на утонувшую лестницу и тут же слезая. Грудь сдавливало и воздух тоже, казалось не