Сбросить маски (СИ) - Грахн Айона

— Фаворитка? — недоверчиво спросила я. Признаюсь сначала подумала на Рина, но не будет же он говорить о себе в третьем лице, а потом… Мы же в Арвии.

— Да, ее пытались сегодня убить. Вот этот… — его движения стали резче, что заставило меня судорожно вдохнуть, — Прости родная. Так вот этот магистр вспомнил о тебе и повел к ней. Только этот… магистр не подумал даже, что ты можешь не справиться.

Он быстро отставил посуду и продолжил резать, хотя, это уж скорее можно назвать — рвать ткань.

— Я правильно поняла. Сегодня должны были кого-то серьезно ранить, чтобы мне пришлось лечить?

— Да, — не отрываясь от порчи моего учебного платья, ответил он.

— Так может кого-то уже ранили? — я предприняла попытку присесть, но Рин прижал мои плечи к подушке.

— Ари, никого не ранили. Не успели, — я облегченно выдохнула и прикрыла глаза.

— А кто пытался убить фаворитку короля?

— Маленькая, пытались убить тебя, — он погладил меня по щеке, а я словно окаменела от такого поворота событий, — Все знали, что сегодня на празднике возле дворца будет присутствовать сильная юная целительница.

— Как такое возможно? — понимаю в академии… понимаю то, что знал Крисли, допускаю, что он мог кому-то рассказать, но… всем.

— На балу во дворце в первый день празднований ректор хвастался, что в этом году в его академию поступила целительница с ментальными способностями, — он закончил с верхней частью платья и не став ее раздвигать, продолжил "убивать" и юбку от него.

— И?

— Что и? Хорошая моя, — его тон опять заледенел, но теперь мне было не страшно. Я поняла, что злится он не на меня, — Здесь вариантов немного всего лишь королевская семья.

— Рин? — он начал меня приподнимать и мне пришлось сцепить зубы, чтобы не показывать насколько мне больно. Он ловко избавил меня от платья, но даже не кинул взгляд на мое обнаженное тело. Подхватив рубашку висевшую на кресле, помог одеть ее и только после этого посмотрел мне в глаза, — Они решили меня убить потому что ты обратил внимания на меня?

— Нет, — он качнул головой и принялся застегивать пуговки.

Хм… Точнее он застегнул три верхних пуговицы и разбросал полы, так, чтобы к моей израненной коже не прикасалась ткань. Уложив меня обратно, скользнул по моей ноге ладонью (можно было и без этого, но мне были приятны его прикосновения, поэтому возражать не стала), чтобы подхватить плед, лежавший у края кровати, и укрыл меня. Оставляя оголенным живот. Намочив полотенце он стал осторожно оттирать меня от запекшейся крови.

— Нет, маленькая. Убить они пытались тебя по другой причине, — я продолжила молчать, чтобы он закончил фразу, — Потому что я решил разорвать помолвку с принцессой.

— Причина? — глухо спросила я. Головой понимая, что лучше бы поводом для этого стала не я, но вот сердце. Глупое сердце озарилось надеждой, ускоряя ритм, заставляя этим сбиться дыханию. Пришлось затаить его, чтобы не выдать себя.

— Маленькая дыши нормально, — я мысленно застонала. Он же чувствует меня, точнее мои эмоции, — Ты всё правильно поняла из-за тебя.

- Ри-ин, — простонала я, — Зачем?

— Зачем что? — он напрягся, даже руки от меня убрал.

— Зачем ты отказался? — загнала свои чувства по этому поводу как можно глубже и оставила только рационализм, — Мне Ричард объяснял, что эта помолвка, точнее ваш союз будет очень выгоден для Аленголии.

— Возможно, но я уже всё решил, этой свадьбе не бывать, — и сказал это та-аким тоном, что сразу стало понятно, что какой-то свадьбе всё-таки бывать. Не став выдерживать большую паузу он ошарашил меня: — В отличие от нашей.

— Эринер? Ты ничего мне объяснить не хочешь? — я забыла про боль и приподнялась на локтях, чтобы лучше видеть его лицо.

— Что маленькая моя? — и взгляд невинный-невинный.

— Ла-адно, — я вздохнула. Нет, всё же больно. Легла обратно и елейным тоном осведомилась у этого Величества: — А меня ты спросить не хочешь?

— Тебя? — искренне удивился он, — Я получил согласие от твоего отца.

— Что? — и папа мне ни разу не написал об этом? Это как вообще? — Ты что ему внушил что-то?

— Ари, Ари, — он укоризненно покачал головой и вернулся к оттиранию моей кожи, — Мне не нужно было этого делать. Я просто… объяснил твоему отцу, что испытываю к тебе.

— А меня спросить?

— Ты против? — он откинул полотенце, по коже пробежались мурашки от прохлады, — Я готов начать тебя уговаривать.

— Подожди, — отмахнулась я от его игривого настроения, — Я не могу поверить в то, что папа дал согласие, когда ты был помолвлен с другой девушкой. Да и зачем было меня отпускать в Арвию?

— Я пообещал ему, что расторгну помолвку до того, как ты узнаешь о нашем договоре, — он поморщился и встал. Обойдя кровать он лег с другой стороны, подвинувшись ко мне, осторожно приобнял, но быстро убрал руку. Прижался к моему боку всем телом, что заставило меня расслабиться, — Я думал смогу всё это уладить еще летом. Честно… Не ожидал, что они будут против, но… — он вздохнул и начал поглаживать целую часть живота. Как ни странно моё тело в ответ расслабилось и боль немного отступила, — Если бы я знал чего мне будет стоить это, — он наклонился и поцеловал то место, которое только что гладил, — Лучше бы война…

— Какая война? — испуганно спросила я, пытаясь отстранить его от себя. Близость Рина плохо влияет на мою способность думать.

— Родная моя, помнишь я тебе рассказывал, что перед тем как взойти на трон шла война?

— Да… О ней все знали, в год смерти твоего отца она и закончилась. Вернее перед его кончиной. После этого Рандия не предпринимала попыток напасть на Аленголию

— Правильно, — он лег на свою руку. Видно, чтобы видеть меня полностью, — Тогда Рандия обратилась за помощью к королю Арвии. Поэтому я и заключил этот договор.

— А если… — я сглотнула комок подошедший к горлу, — Если ты разорвешь помолвку, то снова будет война?

— Нет, — Рин опять сморщил лоб, — Маленькая, сейчас они хотят получить как можно больше уступок.

— И только из-за этого пытались меня… вывести из игры? Что-то мало вериться, — я повернула голову на подушке. Прическа начала приносить дискомфорт.

— Вот и мне не верится… Подожди, — он придвинулся ко мне и сел, чтобы тут же начать доставать шпильки из моих волос, — В этом то и проблема. С королем я почти договорился.

— Может они не пытались меня убить?

— Нет, я просмотрел воспоминания Крисли, — с злой насмешкой в голосе, ответил он, — Ему был отдан четкий приказ не вмешиваться и не помогать тебе. Ари, ты забываешь, здесь не Аленголия, в которой никто не знает, что представляет собой магия и притом, Крисли — магистр. Он точно знал на что шел.

— А кем был отдан приказ? Ты не видел, — он распустил мои волосы и осторожно уложил их на подушку.

— Ему пришло письмо с королевской печатью, — Рин стал говорить чуть тише, аккуратно перебирая пряди.

— Но это ничего не значит. Письмо могло быть отправлено кем угодно из канцелярии, — он не стал возражать, а меня посетила новая мысль: — Рин, ты сломал защиту Крисли?

— Да.

— Как ты себя чувствуешь? — освободив волосы из его рук, снова повернулась к нему.

— Не переживай маленькая, — он лег обратно, прижимаясь ко мне и легонько поцеловал в уголок губ, — Я очень скучал.

Он потерся носом об мою щеку, вызвав мою улыбку.

— Ари, я сейчас тебе кое-что расскажу. Ты только не перебивай меня. Хорошо? — я уверенно кивнула. Сразу вспоминая о его обещании, — Маленькая, тебе Рид рассказывал о пророчестве. Но преподнес неверную, точнее неполную его версию. Предупреждая твой вопрос скажу, что сделал он это не специально. Я никого не посвящал в него. Так вот… — он откинулся на подушку и нежно переложил меня к себе на грудь. Теперь мне была полностью видна комната, но рассматривать ее не было никакого желания, — В этом пророчестве говорилось, что я встречу свою суженную до своего тридцатиоднолетия и потеряю ее. Только смысл слова потеряю… Это не то, что она сбежит, а то что она погибнет. Теперь я отвечаю на твой вопрос, почему я отпустил тебя в Арвию. Мне показалось, что вдали от меня ты будешь в безопасности. Да, Арвию выбирал не Ридвиг, а я… Не сердись на него. Он искренне переживал о тебе. Нам показалось, что Мелитос это лучший вариант. После заключения договора с Арвией, здесь у нас самое влиятельное посольство и у меня была возможность повлиять на твою судьбу, — я недовольно засопела, но перебивать не стала, — Родная… Я переживал за тебя. Да, это я подстроил так, что ни одна из академий тебе не прислала ответ.