Любовь на острие кинжала - Джулиана Гарнетт

Но не то было с Рольфом.

Когда он потянулся, выпрямив длинные ноги, а голову откинул на край лохани, она почувствовала необъяснимое беспокойство. Дыхание участилось, сердце забилось так часто, что, казалось ей, сейчас выскочит из груди. В руках появилась дрожь. Чтобы унять ее, она со всем усердием принялась за работу: сперва вымыла ему волосы, затем широкую грудь, потом ноги и ступни. Теперь не удостоенными ее внимания остались только нижние области его тела, скрытые под водой, и она оттягивала их мытье, сосредоточившись на пальцах ног. Он посмотрел на нее с вызывающей улыбкой.

– Если вы взялись за работу, – сказал он, – то уж делайте ее добросовестно и честно.

В ее ответном взгляде была нерешительность. Он, должно быть, догадывался, что она не привыкла купать мужчин в столь интимной манере. И действительно, она никогда так не делала, даже со своим бывшим мужем. Но теперь, когда Рольф вздумал ее испытывать, она решила смело ответить на его вызов.

Она не торопясь стала водить намыленным полотном по его груди, животу и ниже, под водой. Она почувствовала, как там все напряглось у нее под рукой. Она даже поймала его испуганный взгляд, когда ее скребущие движения стали более энергичными.

– Так правильно, милорд? – спросила она, когда он вдруг судорожно дернулся. Рольф вцепился ей в руку. От его резких движений фонтан воды брызнул вверх и залил ей корсаж и лицо. Эннис стряхнула капли с ресниц.

– Ну и ну, – прорычал он сквозь стиснутые зубы. – Если вот так вы хотите охладить мой пыл, то, уверяю вас, это не лучший способ достичь цели.

Ее пальцы продолжали свою дерзкую работу, хотя рука по-прежнему оставалась в его железных тисках. Всей ладонью она чувствовала его живой отклик, его ответные дергающиеся движения. Улыбка застыла в углах его губ.

– Вот так оно лучше…

Рольф слегка ослабил хватку, теперь его пальцы легко касались ее руки. Он полуприкрыл свои горящие зеленым огнем глаза и только изредка поглядывал вниз вдоль ее руки, уходящей под воду. Медленно, нарочно не торопясь, она двигала пальцами вверх и вниз по всей длине, и ее открытия были тем более волнующими, что делались вслепую. Вода была теплой и пахучей, ощущения его плоти под ее изучающей рукой – пьянящими.

Рольф зажмурил глаза. Вот он отпустил ее руку, схватился за борт лохани и откинулся назад. Его грудь вздымалась, как кузнечный мех. Все это для Эннис было необычным, возбуждающим, радостным… Она не была уверена, что же ей делать дальше, как продолжать. Ничто в ее прошлой жизни не подготовило ее к тому, что она делала сейчас, и Эннис удивлялась своей смелости. Ее ладонь и пальцы продолжали ощупывать его все дерзновеннее и оживленней.

Рольф поднялся, и вода потекла на пол. Он прижал ее к себе, и ее платье намокло. Она ощущала тепло воды и давление его тела. Это был удивительный миг – его тяжелая налившаяся плоть, сжатая ее ладонью, его нагота и ее мокрое платье, бархат и стальное тело, ароматное тепло воды на ее коже и одежде, шелк, прилипающий к телу… Неповторимо. Возбуждающе.

Эннис встретилась глазами с Рольфом. Они были прищурены и излучали жар. В них полыхал драконий огонь. У нее перехватило дыхание. Много раз она видела это во сне. И вот теперь наяву он перед нею – обнаженный, могучий, зажигающий в ней дикое пламя. Да, именно он – золотистый дракон ее снов, воплощение мощи и древней легенды, и он был рядом…

Ощущение грезы продолжалось. Он вышел из своей купели и заключил ее в объятия. Его тело со всем жаром прижалось к ней. Она стояла, но ног под собою не чувствовала, и ей казалось, что она парит над полом. Ее руки обвились вокруг него. Наклонив голову, он поцеловал ее. Его рот был горячий и жадный, языком он раздвинул ее губы. Эннис слегка покачивалась. Ее пальцы впивались в его плечи, скользили вниз, блуждали по спине…

Пахло сандаловым деревом.

– Рольф, – выдохнула она, когда его руки нашли томящееся от желания завершение ее груди. Он большим пальцем принялся давить на твердое утолщение, ясно обозначившееся на мокром шелке. Беспомощная и захваченная водоворотом чувств, она припала к нему всем телом.

Дыхание Рольфа участилось. Он положил ладони ей на бедра сзади. Затем одна рука его скользнула ниже, и он начал сминать в кулаке ее платье. Так он постепенно собрал складки у талии, обнажив ее ноги и бедра. Холодный воздух коснулся ее кожи, она вздрогнула и обеими руками вцепилась в затылок Рольфа.

Господи! Какое это чудо – чувствовать его вот так! Мир, который только что готов был, казалось, перевернуться и рухнуть, теперь вновь обретал равновесие. Страхи и безысходность последних двух дней исчезли, растаяв в тепле его большого тела, прижатого к ней.

Рольф прошептал что-то невнятное. Затем поднял ее на руки и через всю комнату пронес в кровать. Вышитые шелковые занавеси над нею были отодвинуты, и свет свечей падал на постель.

Не успела она прикоснуться к мягкому ложу, как он принялся срывать с нее одежду. Его пальцы нетерпеливо боролись со шнурками и шелком. Она накрыла его руку своей.

– Позвольте мне, – проговорила она, слегка улыбаясь. – А то с вашим нетерпеливым пылом вы оставите меня в лохмотьях.

Но шнурки были разорваны, а швы приведены в негодность. Едва сдерживая ярость, он раздел ее, бормоча невнятные обещания купить ей другую одежду. Полностью захваченная растущим желанием, Эннис и не претендовала на возмещение убытков.

Его вожделение смешалось с ее. Он был груб и нетерпелив; сорвав с нее всю одежду, он сжал обе ее кисти одной рукой и резко завел ей руки за голову. Прыгающие огоньки свечей освещали его напряженные черты. Она видела над собой его крепкие костистые ключицы, бородатую челюсть, сверкающие зеленые глаза – и затаила дыхание.

Она уже вся дрожала от предчувствия сладкой разрядки, которая – она знала – скоро наступит. Вот его губы нашли одну ее грудь, потом другую, язык заработал усердно и возбуждающе. Ритм его движений подстегивал ее нетерпение, и из горла вырвался стон. Она вцепилась в подушки под своей головой. Ее тело выгнулось дугой, затрепетав в ожидании.

– Рольф… – пробормотала она, задыхаясь.

Он прижал свои губы к впадинке между плечом и шеей, дважды прошептав ее имя, прежде чем его губы слились с ее в глубоком поцелуе. Он продвинулся ниже, и его тело оказалось над ее бедрами.

– Отворите мне, прекрасная леди, – прошептал он в ее ухо.

Прежде чем она подчинилась, его ноги раздвинули ей колени требовательно и настойчиво. Всей своей тяжестью он вдавил ее в матрас. Ее руки по-прежнему были заломлены над головой. Эннис издала глубокий стон.

Рольф глядел на нее сверху вниз. В его глазах пылал драконий огонь, а руки дарили экстаз. Губы его ласкали ей горло, потом впились в рот. Вот он отпустил кисти ее заломленных за голову рук и принялся стремительными легкими движениями ласкать ее тело. Потом он сжал ее ягодицы и приподнял ее навстречу себе.