Любовь на острие кинжала - Джулиана Гарнетт

Приезжие быстро переглянулись, но сэр Гай опередил их:

– Они явились по делам короля, милорд. Лорд Генри Бертлоу и сэр Фрэнсис Эпуорт. Они говорят, что король…

– Лорд Драгонвик, – перебил тот, который был выше ростом, – позвольте мне объяснить. Я – лорд Генри. Король поручил нам передать вам его поздравления по поводу вашей женитьбы. Кроме того, мы уполномочены вручить вам его приглашение присоединиться к королевской свите со всем необходимым и с подобающей поспешностью.

Лорд Генри улыбнулся, но его глаза оставались холодными и внимательно следили за Рольфом.

Рольф не ответил на его улыбку. Ему ясны были намерения короля, он понимал, о чем идет речь.

– Я чрезвычайно польщен, но, как вы, конечно, заметили, – он указал рукой в направлении двора по ту сторону двойных дверей, – совсем недавно у нас были неприятности. Поэтому сейчас для меня невозможно покинуть свои земли. Передайте королю, что я сожалею.

– Вот это как раз и невозможно. – Лорд Генри выпрямился. – Сейчас король находится на пути в Ла-Рошель и желает видеть вас снова при себе.

Утомленным и раздраженным взглядом Рольф уставился на Бертлоу, пока тот не опустил глаза.

– Я выплатил все налоги, – медленно и отчетливо произнес Рольф. – Я отправил рыцарей и вассалов на королевскую службу. Я сражался во всех его внутренних войнах, но я освобожден от участия во внешней войне против Филиппа. Конечно же, король не может требовать от меня рисковать землями ради его прихоти.

– Прихоть? – Сэр Фрэнсис нахмурился. – Я бы не стал называть королевский приказ прихотью, милорд. Как и войну с Филиппом не следует считать внешней. Король стремится вернуть области, принадлежащие Англии по закону. Я бы не рассматривал это как войну за чужие земли.

– Вы, может быть, и не рассматривали бы, но я при теперешних обстоятельствах вижу дело именно в таком свете. Я был верен королю, и я охраняю сейчас мои земли от тех, кто собирается ему изменить. Неужели он хочет, чтобы в руках мятежников оказалось еще больше людей и денег?

– Вы утверждаете, что этот конфликт – результат мятежа баронов против короля? Я думаю, это скорее ссора соседей, – сказал лорд Генри.

– Это гораздо более серьезно. – Рольф глубоко вздохнул. – Если вы хотите знать больше, спросите Роберта де Викспонта или шерифа Линкольншира. Оба были здесь, и оба достаточно проницательны, чтобы понять причины похищения моей жены.

Лорд Генри взглянул недоверчиво:

– Так ваша жена похищена?

– И уже возвращена обратно! – рявкнул Рольф. Полуобернувшись, он заметил Эннис и Вэчела, стоявших в другом конце зала. Он поманил их к себе. – Глядите, она снова со мной. И так будет всегда, нравится это кому-нибудь или нет. То, что ее похитили, – прямой вызов и неподчинение королевскому приказу. Это попахивает изменой, вам не кажется?

Не дожидаясь ответа, Рольф пожелал знать последние новости из Франции. Слегка смешавшись, сэр Фрэнсис коротко сообщил то, что и так было всем известно. Рольф слегка улыбнулся. Посланцы короля не простят ему этого. Он же считал, что ему дела нет до того, как они поступят. Усталость давила на него нестерпимо, и в конце концов он резко объявил о своем уходе. Он заметил, что Гай беспокойно приподнялся в кресле.

– Сэр Гай позаботится о вас, я же поговорю с вами завтра утром, – сказал он и покинул зал. Он чувствовал, какие взгляды посылают ему в спину. Его уход был прямым оскорблением, но он слишком устал, чтобы с этим считаться.

К тому времени, когда он добрался до спальни, Эннис успела быстро и умело распорядиться слугами, приказав им позаботиться о лорде. Переодетая в чистое платье, с волосами, еще влажными после вчерашнего ливня, она волшебно преобразилась из неопрятной заложницы в хозяйку дома.

Оглядевшись, Рольф заметил, что комната приведена в порядок, следы разгрома, учиненного людьми Сибрука, исчезли, и все вымыто. Он опустился наконец-то в кресло. Мысли его вернулись к требованиям короля. Говорили, что война с Филиппом идет крайне неудачно для Иоанна, что он отчаянно нуждается в людях и оружии. Те дворяне, кто оказывал сопротивление, были вынуждены принести присягу и дать королю заложников, многих казнили. Все это было для Иоанна вполне обычным способом политической борьбы. Но чего же он хочет от Рольфа? Все налоги уплачены должным образом. Немало его рыцарей сейчас во Франции. Может быть, король хочет получить с него больше денег? Или он надеется сделать отказ от войны невозможным для Рольфа?

Святая Мария! Он уже устал воевать! Устал от распрей между королем и дворянами. Будет ли когда-нибудь в этой Англии мир? Или всегда здесь должна литься кровь? Пока королем будет Иоанн, война не прекратится, отвечал он на собственный вопрос. Монарх одержим дьяволом, а тот всегда будет препятствовать людям вести мирную жизнь.

– Муж мой, – позвала Эннис мягким голосом. Он поднял глаза. С легкой улыбкой она присела рядом с его креслом так, что их лица оказались на одной высоте. – Еще будет утро, чтобы подумать о королевских делах. Сегодня вечером вы обязаны отдыхать и набираться сил.

Он внимательно посмотрел на нее. Бесхитростные голубые глаза ответили его взгляду, и он испытал стыд за свои былые сомнения. Она и не думала его покидать. Ни одно из недавних событий не бросило на нее ни малейшей тени подозрения.

Он осторожно приподнял ее подбородок, нежно поглаживая теплую кожу.

– Милая жена, – пробормотал он, – возможно, я буду вынужден присоединиться к королю во Франции. Готовы ли вы к разлуке со мной?

– Будет ли мне предложен выбор – остаться или ехать с вами?

– А вы поедете, если я предложу вам?

– Да, лорд. Куда вы, туда и я. – Она улыбнулась и, подняв руку, накрыла его ладонь, по-прежнему ласкавшую ее подбородок. – Я обещала вам быть женою и буду рядом всегда.

– Потому что обещала?

– Да, и еще потому, что не могу быть вдали от вас.

От этих простых слов у него перехватило дыхание. Он с волнением глядел на нее. Их молчаливый диалог прервался только тогда, когда в комнату вошли слуги. Белл и Корбет внесли большую деревянную лохань. Появился также кипяток, ароматическое мыло и толстые полотенца. Белл набросала в воду для купания пахучих трав. Наполнив лохань более чем наполовину, юный оруженосец присел на край бадьи с кипятком и повернулся к своему лорду.

– Должен ли я подготовить вас к купанию? – спросил он.

– Я сама о нем позабочусь, – сказала Эннис, и по ее тону было ясно, что помощники ей не нужны.

Корбет уступил с благодарностью и готовностью, радостно переглянувшись с Белл. Девушка открыла горшок с мылом и поставила его на столик рядом с лоханью. Затем на мгновение замешкалась.