Война с кентаврами - Юрий Иванович

– Да и сейчас встречаются! – высказался уже полностью экипированный ускорителем и массой вооружения Крафа. – Потом сами увидите в том изолированном мире, где проживают основные массы наших коллег. Только вот для императоров мира Фиолетового Наваждения подобный вариант невозможен. Тут по закону утвержден только моногамный брак. Даже развод практически немыслим.

– Вот именно! – несколько нервно воскликнул император Гривин. – Да и в любом случае я свою супругу ни с кем делить не собираюсь!

– И как же тут быть? – продолжал напряженный разговор Прусвет. – Все-таки по законам иного мира Анастасия и Петр законные супруги… А развода-то и не было…

Естественно, что сказался тысячелетний опыт Крафы:

– Пока и в самом деле заморачиваться не стоит. А вот когда появится Петр Светозаров, тогда и будем решать этот вопрос. Тем более что устроить развод – дело нескольких секунд.

Дмитрий прочувствовал следующий вопрос друга: «А если Анастасия не захочет разводиться с Петром?» – и успел его предвосхитить строгим, специально официальным тоном:

– Господин Живой Ужас, к вам настоятельная просьба не вмешиваться в наши семейные дела. Сами разберемся в проблемах по мере их поступления. К тому же мой отец, вполне возможно, и сам уже давно женат, так что упомянутые накладки, сложности и несуразности сразу станут неактуальны. – И уже со смешком добавил: – Ты вон лучше подумай, как будешь себе супругу выбирать в самом ближайшем времени. В твоем мире наверняка конкурс объявят за право обладания телом такого знаменитого героя.

Напоминание более чем смутило разумного кальмара. Естественно, ему хотелось в первой же партии спасенных из разрушенного мира набрать как можно больше самок, но, с другой стороны, он прекрасно понимал, насколько это для него чревато потерей щупалец. Одно дело просто рассуждать о далеко находящихся особях противоположного пола, не видеть их годами и бравировать своим положением холостяка; а другое – увидеть самку рядом и усилием воли удержаться от контактов с нею или от простого флирта.

Напоминать другу, что как раз от него зависит будущее боевого товарища, Дмитрию было некогда, праздные разговоры окончились деловитым вопросом Крафы уже по внутренней связи между скафандрами:

– Куда вначале прыгаем: ближе к эпицентру взрыва или на окраину?

– Конечно, на окраину, примерный радиус нам же указали. А в центр пошлем летающих роботов. Они же и «стрижей» соберут, если те не сгорели в огне ядерной вспышки.

Оба союзника помнили, что не только самим посмотреть такие записи следует, но они обещали и продавцам атомных бомб доставить видео с места взрыва. Ибо на Земле ни разу не взрывали заряды такой суммарной мощности. Разве что одну пятидесятую долю подобной разрушительной силы испытывали да фиксировали. Она исчислялась пятью десятками мегатонн. По своим вычислениям продавцы и дали нужный радиус, на который сейчас союзники ориентировались – четыре сотни километров. Ну и предупреждали, что последствия могут быть катастрофическими для планеты.

Об этих последствиях сейчас и думали Торговцы, сделав перенос с поправкой на сотню километров дальше. Сам момент «выхода» следовало тоже обставить максимальными мерами безопасности, что и было сделано. Все три индивидуума, обладающие по отдельности огромными умениями, сложили всю защиту вместе, прикрываясь едиными энергетическими щитами. И приходилось учитывать многие факторы: суша окажется под ногами или море? Засекут ли людоеды иномирцев? Нападут ли плагри сразу? Пришла к монстрам помощь из других, колонизированных ими миров?

Оказалось, что под ногами суша. Правда, усыпанная исковерканными обломками бетона с торчащими из них кусками арматуры. Вокруг – черные вихри бушующего урагана. А совсем недалеко, в ста метрах – прущая на иномирцев грязная волна высотой метров двадцать.

Пришлось спешно взлетать все той же единой, плотно связанной структурами группой и уже на высоте метров пятидесяти продолжать осмотр. Ну и начать обмениваться мнениями по поводу увиденного:

– Странно, эпицентр там, а волна пришла с противоположной стороны…

– И такое впечатление, что она уже угасает и воды в ней почти не осталось, сплошные перемолотые обломки цивилизации.

– Трупы! Вы заметили, сколько в этой бурлящей массе трупов кентавров?

– А я не только трупы заметил…

– Точно! Там еще и шевелящихся можно рассмотреть.

– Наверное, это те, на кого волна навалилась совсем недавно.

– Ну, если учитывать уникальную живучесть местных монстров, они и на дне океанов не сразу умрут.

– Это не столь важно! Главное, что разрушения превысили все первоначальные расчеты. Из чего можно сделать вывод: цивилизации людоедов на этой планете пришел конец.

Такой вывод подтвердился при дальнейшем осмотре.

Пролетев следом за волной, иномирцы рассмотрели, как она уткнулась в возвышенность или плоскогорье, на котором ровным слоем лежали руины мегаполиса. Там даже природные углубления были заполнены вровень с остальной поверхностью. Только и выделялись кое-где своими рухнувшими остовами особо прочные гигантские небоскребы. Что удивило, так это наличие блуждающих по руинам кое-где кентавров. Оглушенные, помятые да израненные, с заплетающимися ногами, они представляли собой более чем удручающее зрелище. Но ведь сумели все-таки выжить в такой ядерной мясорубке!

Присматриваясь к ним, определили, что земная поверхность продолжает время от времени сильно вздрагивать. Когда полетели дальше, заметили первые трещины в земной коре. А вскоре, уже над следующим плоскогорьем, трещины превратились в глубокие ущелья. И что творилось не дне этих ущелий, анализировать наблюдатели и не пытались. Тучи дыма и вулканического пепла вздымались оттуда, подтверждая, что сейсмическая активность завершит уничтожение на планете всего живого в самом скором времени.

А потом лететь дальше стало совсем невозможно из-за нулевой видимости. И не помогало при этом ни особенное зрение, ни уникальные способности троицы. Теперь в вихрях черного урагана летала не только сажа, мелкий песок и водяная пыль, но и куски пемзы с мелкими камнями.

Было принято решение обогнуть тучу и набрать высоту. Дождаться прилета роботов со «стрижами», а уже потом…

– …убираться отсюда, – решил Крафа.

– Или глянуть, что в противоположной стороне творится? – предложил Светозаров.

– А толку? – удивился Прусвет. – Тут и так все ясно. А вот как теперь мы доберемся до колоний плагри в других мирах? Эти чудовища со временем и там расплодятся и продолжат заниматься людоедством с еще большим энтузиазмом. Хоть ориентиры имеете?

– Ну а как же, – грустно выдохнул Трибун Решающий. – У меня в мозгах и так мешает считаное сознание сразу двух уродов. Только вот все двенадцать миров заселены иными разумными, и вести там подобные бомбардировки… не получится.

– Значит, будем спешно устанавливать вокруг этих миров ловушки, – решил Дмитрий. И тут же сам с досадой признал: – Но это мера временная, а вот как сковырнуть людоедов дальше? Пока они еще какой гадости с перемещениями не устроили.

– Как, как!.. Надо как можно быстрей вылечить Водоформа и на путь истинный при этом успеть его наставить. Иначе придется повозиться… А ловушки – да, следует устанавливать как можно быстрей…

– Такие сгодятся, в которую ты возле мира Ба попал?

– Для кентавров – в самый раз… О, как парит!

Они подлетали к очередному новому ущелью, в которое срывалась широченная и мощная река. Видимо, вода залила пепел, зато сама где-то на глубинах испарялась с такой интенсивностью, что гриб пара поднимался в стратосферу, не в силах быть снесенным даже черным ураганом, бушующим вокруг.

– А ведь и рвануть может! – резонно заметил Прусвет. – Когда наш мир рушился и разваливался, как раз от таких вот взрывов и лопнул. Многие нерасторопные мои сородичи погибли, все не верили в опасность да пытались сунуться в самое пекло. Так что лучше туда не приближаться.

Паровой гейзер облетели стороной, продолжая всматриваться в гротескно изменившийся ландшафт. И увидели бродящего, явно контуженного плагри.

– Может, и этого считаем? – предложил Светозаров. – Может, что важное знает?

– Вот ты и считывай, – открестился от такого дела Крафа. – У меня и так память забита, чистить придется. А вот утихомирить монстра могу…

Пришлось инициативному землянину самому браться за дело. Заодно взяли пробы из тела умирающего людоеда, а потом и обещанные пробы почвы произвели.

Возвратившиеся роботы сообщили, что подобрано четыре «стрижа» из десяти. Это было неплохо, запись взрыва должна оказаться довольно полной и как минимум с двух сторон.

Перед самим прыжком домой у Светозарова появилось чувство, что он забыл что-то важное. Но что именно, так и не понял.