Сражения выигранные и проигранные. Новый взгляд на крупные военные кампании Второй мировой войны - Хэнсон Болдуин

В 1942 году Сталинград был важной частью военного арсенала русских – третьим промышленным городом в Советском Союзе. В тот год войны красные знамена и лозунги на улицах призывали рабочих напрячь все силы, а на заводах члены партии и комиссары подгоняли медлительных и угрожали бездельникам. В самом начале 1942 года фронт был еще в 250–300 милях к западу, и хотя случались воздушные налеты, казалось, что война еще далеко.

Но Отечество было в опасности. Годом раньше еще один завоеватель вслед за Наполеоном вторгся в Россию, но в отличие от Наполеона не совсем дошел до Москвы. «Блицкриг» превратился в изнурительную войну; победа, которую надеялись одержать в три месяца, постепенно увязла в огромных снежных сугробах и ледяных зимних морозах на равнинах. Немецкие подразделения, окруженные «ежами» и взятые в «котлы», сражались, замерзали и гибли, но повиновались приказам Гитлера удерживать все, что было завоевано, и дожидаться весны. Но весна, с ее тающими снегами и болотами из грязи, пришла и ушла. Бездорожные степи стали твердыми, и сталинградские дни славы и испытаний, казалось, были близки.

В конце июня 1942 года Россия держала осаду. Везде, от Ленинграда, мрачного города на севере, который находился в блокаде, до Крыма на юге, немецкие армии глубоко проникли на советскую землю. Год войны, казалось, нанес почти смертельные удары. Летом и осенью 1941 года нацистам сдалось, вероятно, от 2 до 3 миллионов солдат Красной армии. Сотни тысяч были убиты; в начале 1942 года сила Красной армии сократилась до самого низшего уровня – 2 300 000 человек [1]. Большинство районов добычи железной руды и угля было оккупировано [2]. Захвачена Керчь; Севастопольская крепость была близка к падению.

Это правда, что, подобно губке, огромные пространства советских республик впитывали в себя все больше и больше крови и сил Третьего рейха. Один только «генерал зима» обошелся германской армии в 113 000 обмороженных [3]. Людские потери (убитые в боях, раненые, пропавшие без вести) в войне на Восточном фронте (с момента гитлеровского вторжения 22 июня 1941 года) к концу июня 1942 года составили в общей сложности 1 332 477 офицеров и солдат, включая 277 000 убитых [4].

Германские дивизии на русском фронте были неполными, и у них остро не хватало транспортных средств; 75 000 автомобилей они потеряли в зимних сражениях, 180 000 лошадей были убиты или «пали от голода и холода» [5].

А стратегическое положение Германии сильно отличалось от того, что было летом 1941 года. Соединенные Штаты со всем их огромным потенциалом вступили в войну; закончилась изоляция Англии, рейх начал ощущать на себе яростные удары с воздуха; победные достижения в Северной Африке не были реализованы; Гитлер столкнулся с тем, чего боялся даже он, – с войной на нескольких фронтах.

Но фюрер ударил в набат в столицах всех своих союзников: на подкрепление 171 неполных немецких дивизий на Восточном фронте были направлены 63 дивизии приспешников – 27 румынских, 9 итальянских, 13 венгерских, 17 финских, 1 испанская и 2 словацкие [6].

Гитлер считал, что этого будет достаточно; его планы были грандиозными, и им не помешали ни советы, ни возражения со стороны генерального штаба. Гитлер не учитывал возможности России восстанавливать свои силы; когда ему зачитали донесение о том, что русские сконцентрировали 2 000 000 человек на Центральном фронте и на Кавказе, Гитлер назвал это (как сообщил генерал Франц Гальдер) «идиотской болтовней» и «набросился со сжатыми кулаками и с пеной у рта на человека, который читал».

«Der Russe ist tod» (Россия мертва)», – сказал он [7].

Для кампаний 1942 года из сил Германии и стран «Оси» были сформированы четыре группы армий. Группы армий «Север» и «Юг» – Ленинградский и Московский фронты – должны были оставаться в обороне (оказывая при этом давление на Ленинград). Группы армий «А» и «Б», сформированные из группы армий «Юг», должны были наступать, чтобы принести новые славные победы Германии [8].

В 1942 году Гитлер сменил экономические цели на политические. Москва, железнодорожный и транспортный узел и политическая столица матушки – России, в обороне которой находился костяк Красной армии, все еще манила, но взоры Гитлера теперь сместились на нефтяные месторождения Кавказа. На него оказали влияние недостаток бензина в Третьем рейхе и огромные расходы топлива на Восточном фронте; более значительную роль при этом сыграли советы, но не его генералов, а ведущих германских промышленников, экономистов и политологов.

Кавказ с его нефтяными месторождениями, который представлял собой мощный горный барьер от Батуми на Черном море до Баку на Каспии, был главной целью, но за его покрытыми снегом защитными валами лежали дальние горизонты давней немецкой мечты – «Drang nach Osten» («Бросок на Восток»). Как многие завоеватели до него, Гитлер думал о возможном прорыве к сказочным богатствам Востока, к воротам Индии, где все еще развевался ненавистный флаг британского владычества – флаг, на котором никогда не заходит солнце [9].

В директиве № 41 от 5 апреля, составленной лично Гитлером, целями «операции Блау» были определены уничтожение сил противника на излучине Дона с последующим захватом «нефтяных ресурсов Кавказа» и преодолением горного барьера. Он считал, что русские будут вынуждены защищать свои главные месторождения нефти, и таким образом им придется остановиться и сражаться. Его целью было «уничтожение оставшейся людской оборонной силы Советского Союза». В качестве ступеньки для достижения этой цели «должны быть сделаны все попытки завоевать Сталинград, или чтобы по меньшей мере он оказался в пределах досягаемости немецкой артиллерии. Тогда Советы будут лишены своих производственных и транспортных средств» [10]. Сталинград был промежуточной целью, ступенькой; главной – считался Кавказ.

Проводить Кавказскую кампанию должна была группа армий «А» под командованием фельдмаршала Вильгельма Листа; группа армий «Б» под командованием фельдмаршала Максимилиана Фрайхерра фон Вайхса должна была очистить берега Дона от всех сил русских и держать протяженный северный фланг глубокого Кавказского выступа. Около 100 дивизий стран «Оси» и 1 500 из 2 750 немецких самолетов Восточного фронта были сконцентрированы на юге для осуществления этих грандиозных планов [11].

Им противостояли Юго – Западный, Южный и Кавказский фронты под командованием маршала Семена Тимошенко, у которого в общей сложности было не менее 120–140 дивизий. Советский стратегический резерв сконцентрировался на Центральном фронте между Москвой и Воронежем, где русские ожидали главного удара.

Генерал Альфред Йодль, начальник штаба оперативного руководства вооруженными силами, и генерал Франц Гальдер, начальник генерального штаба верховного командования сухопутных войск, выразили некоторое недоверие «операции Блау», основанное главным образом на несоответствии сил и их недостаточном обеспечении. Но их возражения не были достаточно требовательными; их критика стратегии Гитлера – как это было со многими немецкими генералами – вызвала обратную реакцию. Пристрастие Гитлера отстранять от командования несогласных с ним не делало их возражения более энергичными. Во всяком случае, диктатор узурпировал функции ОКХ (верховного командования сухопутных войск) 19 декабря 1941 года, а после отставки фельдмаршала Вальтера фон Браухича он принял на себя непосредственное командование сухопутными силами.