Кошки-дочери. Кошкам и дочерям, которые не всегда приходят, когда их зовут - Хелен Браун

В какой-то момент я поняла, что охотно осталась бы в монастыре или хотя бы провела тут еще пару дней. Для меня было крайне важно понять, почему это место играет такую важную роль в жизни моей дочери. А еще мне хотелось на собственном опыте прочувствовать, что значит быть монахиней. Торжественная серьезность этих женщин легко сменялась беззаботным девичьим смехом, и, признаюсь, я восхищалась тем, как они сочетают строгую дисциплину с беспечностью. Их преданность религии и Учителю дополняла любовь к семье и жителям деревни. Они знали, что такое страдание, но умели наслаждаться радостями жизни.

Несмотря на глубокую преданность монастырю, Лидия призналась, что ей не терпится провести пару дней в отеле, расположенном на окраине Канди. Я предположила, что мы доберемся туда за час. Но наставник Лидии, наконец-то освободившийся от множества неотложных дел, был решительно настроен показать нам чайные плантации.

– Они же будут по пути к отелю? – уточнила я.

– Не совсем, – уклончиво ответил он голосом одновременно мелодичным и властным.

После того как мы собрали вещи, я получила возможность познакомиться с монахами – безусыми мальчиками, пришедшими на урок к Лидии. Один из них опирался на костыль: ему недавно вырезали грыжу. Он утверждал, что ему ничуть не больно, но при этом с трудом преодолевал ступени и выделялся среди товарищей странной бледностью лица.

Интересно, что чувствуют их матери? Радуются ли они, что сыновья находятся в надежных руках, или же скучают по своим мальчикам?

Монахи внимательно слушали лекцию Лидии, которая открывала им мир нейробиологии при помощи презентации на своем ноутбуке. Дочка рассказывала, что на месте поврежденных клеток мозга новые не образуются, зато другие клетки могут взять на себя функции погибших собратьев. По лицам монахов трудно было судить, интересно им или нет. Одни слушали внимательнее других, но все были неизменно вежливы и не выказывали никаких признаков скуки.

Попрощавшись с обитателями монастыря, раздав подарки и сфотографировавшись на память, я зашла в комнату за чемоданом – и обнаружила, что он исчез. Точнее, чудесным образом перенесся в багажник машины, ждавшей нас у подножия лестницы.

Когда мы принялись спускаться вслед за Учителем Лидии, он предупредил нас, что ступени все еще скользкие после вчерашнего дождя. Хотя я начинала тосковать по нормальному душу и туалету, мне было жаль покидать монастырь. Я провела там совсем немного времени, но успела расстаться с некоторыми страхами и научилась открывать сердце.

Устраиваясь на заднем сиденье машины, я сказала монаху, что мы хотели бы сразу поехать в отель.

– Но вам непременно нужно увидеть чайные плантации! – настаивал он. – Это займет всего час или два, а в высокогорной области невероятно красиво. И не так жарко, как внизу.

Учитывая, что монастырь и так располагался на горе, трудно было представить, что монах подразумевал под словами «высокогорная область». Но Учитель ясно дал понять, что спорить бесполезно. Может, он надеялся во время поездки обсудить вопросы, касающиеся его «ученицы» – Лидии.

41

Вопрос

Голодные духи и сверкающее счастье

Пока мы ехали через город с опущенными окнами, меня начало мутить от жары и выхлопных газов. Монаху тоже было нехорошо; он высунулся из окна и театрально плюнул на дорогу. Водитель поспешил заверить нас, что скоро мы доберемся до сельской местности и там будет легче.

Возле придорожной хижины маленький мальчик старательно копался в длинных волосах матери. Эта трогательная сцена напомнила мне о бесконечной войне со вшами, которую мы вели, когда дети учились в начальной школе.

Машина наконец выехала из города. Теперь мы взбирались на крутые зеленые горы, руки так и чесались заснять окружающую красоту на камеру. За поворотом нас ждал полностью вооруженный солдат, он поднял руку и сделал нам знак остановиться. Сердце пропустило удар. Я вспомнила, что с 1992 года на Шри-Ланке было убито по меньшей мере девятнадцать журналистов. Хотя на тот момент я была скорее домохозяйкой и автором единственного бестселлера, чем журналистом, перспектива общения со шри-ланкийским военным все равно не слишком радовала. Но, заметив в машине монаха, солдат улыбнулся так широко, что даже выронил свисток. Он махнул нам, чтобы мы проезжали.

– Смотрите, мисс Лидия! – воскликнул водитель, прижимаясь к краю дороги. – Водопад!

Мы остановились рядом с группой ярко одетых местных жителей, чтобы полюбоваться мощным потоком воды, разбивающимся о громадные скалы. Едва я высунулась в окно, чтобы сфотографировать водопад, как в автомобиль проникла чужая рука, просящая милостыню. Она принадлежала седовласой женщине, чьи глаза с годами стали практически белыми. Еще один попрошайка завис над окном Лидии.

Водитель предупредил нас, чтобы ничего им не давали, но это была моя первая встреча с нищими Шри-Ланки. Останься я в Мельбурне, у меня попросили бы милостыню уже на соседней улице. Я открыла бумажник, чтобы достать соответствующую случаю банкноту, но женщина указала на другую, равную десяти долларам – настоящее богатство по местным меркам. Я без колебаний отдала деньги.

Водитель с ворчанием повез нас дальше.

– Эти люди ничего не делают, – ворчал он. – Только ждут, что другие все сделают за них.

Но монах напомнил ему, что нищие дарят нам возможность улучшить дхарму.

Чайные плантации покрывали горы мягким зеленым ковром. Неудивительно, что жители Британской империи любили эти места – прохладное убежище вдалеке от шумных нижних земель. И неистощимые запасы чая! Среди бесконечных рядов чайных кустов трудились женщины в ярких сари, которые складывали листья в большие плетеные корзины. Их спины согнулись от тяжелой работы: они трудились на плантациях от рассвета до заката, и всего за два доллара в день.

Время приближалось к полудню – пора было подумать об обеде. Водитель свернул к красивому белому зданию с колоннами в стиле ар-деко. Сохранившееся с колониальных времен, оно поражало своей архитектурой.

Остановившись перед входом, водитель нажал на клаксон. Из дверей выскочил хорошо одетый официант. Он протянул монаху меню. Остальной персонал собрался вокруг машины и нервно ждал, какой вердикт вынесет Учитель.

Хотя чуть дальше по дороге был другой ресторан, который нравился ему больше, монах все-таки решил, что и этот подойдет. Люди вокруг машины вздохнули с видимым облегчением и поспешили в зал, чтобы приготовить все к трапезе.

Украшенный колоннами и креслами просторный холл ресторана словно принадлежал другому веку. Пока мы поднимались на второй этаж в пустующий обеденный зал, из окон которого открывался чудесный вид на горы, я любовалась высокими потолками с металлическими вставками. Нас с Лидией проводили к столику у окна, а монаха с водителем усадили поодаль. Я уже начала привыкать к такому порядку вещей и даже стала подумывать, что раздельный ужин оживит и наши домашние посиделки. Мужчины смогут обсуждать спорт, а женщины спокойно посплетничают.

Заказав содовую, мы принялись ждать, когда подойдет наша очередь идти к буфету. Я уже поняла, что куда безопаснее – и приятнее – есть местные блюда, а не шри-ланкийские вариации на тему итальянской кухни. Признаюсь, нежный вкус, оригинальные сочетания и разнообразие цветов меня покорили.

Пока мы любовались украшавшими зал старинными фотографиями империалистических времен, к нам подошел водитель. Он явно был чем-то обеспокоен.

– Ваш Учитель плохо себя чувствует, – сказал он.

Мы сразу обернулись к монаху. Тот задумчиво смотрел в окно и совершенно не походил на человека, страдающего от боли.

– Его нужно срочно отвезти в больницу, – продолжил шофер. – Возможно, это связано с давлением. В последнее время он очень много работал.

Мы предложили помощь, но монах и водитель заверили нас, что тут лучше обратиться к профессионалам. Учитель сказал, что, скорее всего, повода для беспокойства нет. Он выглядел вполне здоровым, но я знала, что люди подчас чувствуют себя куда хуже, чем кажется со стороны. Монах поспешил покинуть ресторан, преданный водитель не отставал от него ни на шаг.

Мы с Лидией переглянулись. Потеряться в горах Шри-Ланки в мои планы не входило. Раньше я непременно начала бы суетиться, куда-то звонить, вызвала бы такси… Но если несколько дней, проведенных в Стране счастливых откровений, чему-то меня и научили, так это тому, что лучше расслабиться, и пусть все идет своим чередом. Тем более что мы сидели в замечательном ресторане, а вокруг простирались прекрасные пейзажи.

– Как думаешь, надолго мы здесь? – с улыбкой спросила Лидия.

– Если его положат в больницу, то надолго, – ответила я. – Они могут вообще про нас забыть.

Поразительно, но я совершенно спокойно отнеслась к подобной перспективе. Мы пообедали и заказали большой чайник горячего чая. Затем посетили туалет (слава нормальным унитазам!) и повторили заказ.