Конрад Аденауэр - немец четырех эпох - Всеволод Ежов

Тем временем Организация Объединенных Наций решила направить в оба германских государства специальную комиссию, чтобы установить, есть ли там условия для проведения свободных выборов. В Федеративной Республике комиссия побывала и дала положительное заключение. В ГДР ее не пустили.

Тем временем состоялось подписание Общего договора и договора об ЕОС. А в ГДР в июле 1952 года на второй конференции СЕПГ приняли решение о строительстве основ социализма. Руководители обеих частей Германии прямой дорогой уходили от воссоединения. Аденауэр шел от него на Запад, Ульбрихт — на Восток. Германский вопрос усложнялся и запутывался. Он все больше приобретал идеологические очертания и становился полем противоборства глобальных мировоззренческих систем.

В августе 1952 года из Москвы последовала новая нота в адрес трех западных стран с предложением созвать совещание четырех держав для обсуждения мирного договора с Германией, вопроса о создании общегерманского правительства, о проведении выборов и определении сроков вывода из Германии оккупационных войск. Предлагалось привлечь к совещанию представителей ГДР и ФРГ.

Ровно через месяц западные державы дали ответ, повторив свои прежние позиции. Они согласны вести переговоры только об общегерманских выборах. О мирном договоре речь может идти лишь после образования общегерманского правительства. Участие в совещании представителей немецких государств неприемлемо. Выборы могут состояться после того, как комиссия ООН определит возможность их проведения в условиях свободы. Советское понимание демократических выборов, когда в них участвует лишь одна партия, отвергается.

Дискуссия выдохлась. Она не дала никаких результатов. Аденауэр выглядел довольным. Подтвердилось его мировоззренческое кредо: компромисс принципиального характера между двумя идеологическими системами невозможен ни в мировом, ни в германском масштабе. Воссоединение придет лишь тогда, когда Запад, сплоченный и прогрессивно развивающийся, докажет свое экономическое и социальное превосходство перед другой системой. Это — историческая перспектива. Сейчас же необходимо проявлять терпение и выдержку.

Несколько особняком стояла проблема новых германских границ, очерченных Потсдамским соглашением. Аденауэр не верил в возможность возврата утраченных после войны территорий. Против этого были не только Советский Союз, Польша и Чехословакия, но и западные державы. Однако канцлер не мог не считаться с настроениями западногерманской общественности. Миллионы беженцев с Востока не теряли надежду на возвращение домой — в Восточную Пруссию, Померанию, Силезию, Судетскую область. Их ожидания постоянно подогревались лидерами переселенцев и политическими деятелями, боровшимися за голоса избирателей. Признание границ, сложившихся после войны, означало бы поражение правительства. Понимая это, Аденауэр старался не выпячивать территориальную проблему, не ставить ее в центр политических дискуссий. Когда же от него требовали прямого ответа, канцлер выражал уверенность, что интересы немцев будут учтены при заключении мирного договора с Германией.

Противники Аденауэра в Западной Германии нападали на него за мягкотелость и пассивность в вопросе о границах. Советская же пропаганда клеймила канцлера как реваншиста, не желавшего признавать послевоенные европейские реалии. Он спокойно воспринимал и то, и другое. Его огромный опыт подсказывал, что государственный деятель, добившийся вершин власти, неизбежно окажется в центре политических бурь. Он удержит властное кормило, если не согнется под его тяжестью, будет успешно лавировать и находить путь, единственно правильный в складывающихся обстоятельствах. Аденауэр умел и не сгибаться и лавировать, менять тактику, оставаясь на принципиальных позициях.

Дело шло к вступлению Федеративной Республики в НАТО. Советское руководство делало все возможное, чтобы помешать этому. В январе-феврале 1954 года в Берлине прошло совещание министров иностранных дел четырех держав по германскому вопросу. Молотов оживил на нем прежние слегка подновленные советские предложения: бундестагом ФРГ и Народной палатой ГДР образуется до выборов временное общегерманское правительство, из Германии выводятся все оккупационные войска, объединенная Германия нейтрализуется, отказывается от вступления в какие-либо союзы. В отличие от прежней позиции Молотов выступил против любого международного контроля над общегерманскими выборами: их должны провести сами немцы без вмешательства извне.

От имени трех держав Иден выдвинул согласованный с Аденауэром план решения проблемы: проведение свободных контролируемых общегерманских выборов в Национальное собрание, которое выработает конституцию и образует общегерманское правительство. Оно и подпишет мирный договор.

Совещание окончилось безрезультатно. Да иного и быть не могло. Призрак договоренности четырех держав в ущерб Федеративной Республике и интеграционной политике Аденауэра исчез, унеся с собой последние остатки опасений канцлера. Даллес из Берлина прибыл в Бонн. Он поделился с Аденауэром впечатлениями от совещания:

— Русские согласятся на общегерманские выборы лишь в том случае, если смогут обеспечить избрание нужных им людей. И после смерти Сталина в Москве не готовы к разумным компромиссам.

Аденауэр согласно кивал головой.

— Россия не отказывается от проникновения в Западную Европу через Германию. Для противодействия ее натиску необходимо объединение Европы и тесный союз с Соединенными Штатами. Германский вопрос не может быть решен в отрыве от основных мировых проблем. Федеративная Республика должна укреплять внутренние структуры на основе свободы и законности, наращивать духовные и материальные силы с целью противодействия советизации.

Собеседники хорошо понимали друг друга.

Москва явно нервничала. Действия Н. С. Хрущева, взявшего на себя руководство внешней политикой, отличались непредсказуемостью и судорожностью. В конце марта 1954 года из его уст прозвучало предложение о вступлении Советского Союза в НАТО. К нему отнеслись несерьезно. Даллес даже не счел нужным поставить об этом в известность президента Эйзенхауэра. В январе 1955 года от Советского Союза в последний раз последовали предложения о проведении общегерманских выборов. Было заявлено, что если ФРГ вступит в НАТО, то дальнейшие переговоры по германскому вопросу станут невозможными. На берлинской встрече министров иностранных дел советская сторона попыталась оторвать Францию от общего западного фронта. Не удалось. Вскоре из Москвы поступило сообщение о денонсации Советским Союзом его договоров о сотрудничестве и взаимопомощи с Великобританией и Францией.