Чёрная метка - Инна Зинченко

А потом возникла ещё одна странная мысль. Эрик даже разозлился на себя за эти навязчивые сравнения, но ничего не мог с собой поделать. «А, что, — подумал он, — если Христом на самом деле является Феликс? Почему нет? Во всяком случае, в том, что он зачат непорочно, сомнений нет ни малейших».

— Фери, что ты собираешься делать с Феликсом? — Спросил он настороженно. О какой такой карте в рукаве ты мне тут говорил?

Ожидавший этого вопроса Фернандо, лениво потянулся в кресле и спокойно сказал:

— Сейчас он явится. Я вызвал его, чтобы обсудить нашу проблему. И пока мы ничего не намерены делать с Феликсом. Наша «карта» пока будет только следить за ним и не более. А дальше будет видно. Может статься, что паника напрасна и мальчик не представляет никакой угрозы.

И верно, часа через полтора кто-то настойчиво постучал в дверь. Потом, не дожидаясь приглашения, в комнату вошёл стройный юноша с таким выражением лица, что Эрику стало не по себе. Казалось, что гость готов прямо с порога перестрелять всех, кто попадётся ему на пути. У парня была мягкая кошачья походка и жёсткие холодные голубые глаза, в которых плескалась не злость — ярость. Молодой человек, похоже, приготовился воевать со всем миром и со своими учителями в первую очередь. Демонстративно сплюнув сквозь зубы на отполированный до зеркального блеска паркет, юноша спросил чистым звонким голосом:

— Какого чёрта вам опять от меня надо? Помнится, кто-то обещал мне полную свободу и больше никаких заданий.

— Обстоятельства изменились, — коротко ответил Фери. — Придётся мне тебя ещё раз напрячь.

Гость выругался и заявил с откровенным вызовом:

— А, что будет, если я откажусь? Имею право, вы мне обещали.

Ответа не последовало, Кортес лишь скорбно закатил глаза, всем своим видом давая понять, что пререкания бесполезны и парню, всё-таки, придётся выполнить задание, чего бы ему это ни стоило.

Монотонная дробь дождя по стёклам убаюкивала и успокаивала. Незаметно напряжение спало и даже суровый молодой человек позволил себе немного смягчиться. Ярость во взгляде сменилась лёгким раздражением, а поведение стало более спокойным и не таким наглым, как в первые минуты.

Эрик с любопытством разглядывал юношу и готов был поклясться, что никогда раньше его не видел. Неужели, у Кортеса есть какие-то секреты от него? Наверняка есть.

— Так, что мне будет за неповиновение? — Повторил свой вопрос светловолосый паренёк, но уже более спокойным тоном.

— Ничего…хорошего, — равнодушно пожал плечами старик, — всего-то навсего кое-кто узнает о тебе кое-что интересное. Ты ведь понимаешь, о чём я? Вопрос на засыпку: как ты думаешь, сколько ты после этого проживёшь?

Парнишка сразу же поник. И, без того невысокого роста, он, кажется, стал ещё ниже. Плечи опустились и взгляд у него стал, словно у загнанного зверька.

— Шантажируете? — Грустно спросил он.

— Конечно, — с широкой улыбкой кивнул Фери, — а ничего другого мне не остаётся. Так, что ты понимаешь, выбора у тебя нет.

— Я жалею, что когда-то у меня не хватило ума отказаться от одного вашего поручения. Надо было думать, прежде чем браться за такое дело, — тихо произнёс гость, вызвав у Эрика приступ жалости, настолько несчастным выглядел он в эту минуту.

— Жалеть надо было раньше, — философски заметил старик, — теперь уже поздно. Но это была не только твоя, но и наша ошибка. — Он немного помолчал и добавил. — А умные люди на ошибках учатся, так что это послужит тебе хорошим уроком.

— Хреновым уроком, — тихо поправил юноша. — Говорите, что мне делать. Вы ведь, всё равно, не отстанете, верно?

— Даже не сомневайся.

Не сдержавшись, парнишка вновь позволил себе выругаться, после чего, уселся на стул, закинул ногу на ногу и стал ждать дальнейших распоряжений, пробормотав про себя так тихо, что его слова услышал только Эрик, находящийся рядом:

— Какого пса, ты, Кортес, так долго живёшь? Если бы это зависело от меня, то шестой жизни я бы тебе точно не подарил.

— Что ты там бормочешь? — Спросил Фери настороженно.

— Ничего особенного, — объяснил парень, — желаю вам долгих лет жизни доброго здоровья.

От такого беспардонного лицемерия Эрик громко рассмеялся. Мальчишка ему нравился всё больше и больше. Удивляло только одно, почему же он никогда раньше с ним не встречался. Кто такой и откуда этот чёртов Кортес его достал, ведь не из рукава же, в самом деле, вытащил?!

Фернандо вновь изменился и отрывистая, лающая речь «пса» неприятно ударила по ушам:

— Датчики показывают, что Феликс стал меняться. Причин этого мы не знаем и нам очень хотелось бы выяснить, в чём тут дело. Всё, что от тебя требуется — это найти Феликса и незаметно следить за ним.

Юноша совсем расстроился и уже даже не пытался скрывать свое скверное настроение.

— Да я понятия не имею, кто такой этот ваш Феликс! Как мне его найти? Ходить и кричать на весь белый свет: «Феликс! Где ты, чёртов Феликс?!. Неужели трудно послать кого-нибудь, кто его хотя бы видел. Устроили мне сказочное задание: пойди туда, не знаю, куда, принеси то, не знаю, что. Можно подумать, что у вас для этого людей мало.

Минут пять Эрик безуспешно боролся с, давящим его, смехом, потом не выдержал и расхохотался. Определённо, этот мальчишка — настоящая находка и не похоже, чтобы он хоть чего-нибудь боялся. Зато Кортеса стало нервировать его наглое поведение и он сказал, как отрезал:

— Не твоё это дело, кто у нас есть и кому, чем заниматься. Но специально для тебя объясняю: всех остальных Феликс хорошо знает. У нас тёмная лошадка — это только ты.

— Лошадка, — заворчал паренёк, — конь педальный. Вот ведь, это же надо так вляпаться в дерьмо! В паршивый день я родился и под самой паршивой звездой. И куда мне теперь отправляться, где находится то гнилое место, куда вы меня любезно откомандировали?

— На Тортугу, — вмешался в разговор, молчавший всё это время Эрик. — А там уже тебе придётся самому его искать.

— Да, — кивнул Фери, — по запаху. — Вот у меня осталась его рубашка, возьми с собой. И будь крайне осторожен. Я сразу хочу предупредить тебя, что Феликс очень сильно отличается от всех остальных.

И он швырнул гостю плотно закрытый пакет с чёрной мужской рубашкой. Мальчишка легко его поймал и собрался распечатать, но Эрик поспешил его остановить:

— Не торопись, откроешь на месте, чтобы запах не выветрился. Эта рубашка и так хранится уже слишком долго, хорошо ещё, что запаяна герметично, иначе там не осталось бы ни одной молекулы запаха.

— И ещё, — спохватился Фери и тут же в очередной раз сменил выражение лица и тембр голоса, — запомни, если вдруг что-то пойдёт не так, я не знаю, как именно, но, если вдруг у тебя возникнут какие-то подозрения или опасения, то ты должен будешь, не откладывая дела в долгий ящик, его убить. И я вынужден предупредить тебя заранее, что Феликс — это особый случай, поэтому оптимальный вариант — это прострелить ему голову, а ещё лучше — отрубить.