Проклятие Одии - Майте Карранса

— А правда ли, что Жезл сейчас у Избранницы, а Избранница — омниора? — спросила миниатюрная одиора с тонкими чертами жестокого лица.

— Прошу вас! Тише! Поверьте, я знаю ответы на все ваши вопросы!

— Мы доверяем тебе и верим твоим словам, — вновь заговорила Уриэль. — Но пойми, пожалуйста, и нас. Нам нужны твердые гарантии. Ведь не для кого не секрет, что безжалостная Баалата не пожалеет и своих сестер-одиор. Мы ее боимся. Нам очень хотелось бы знать, в чьих руках сейчас Жезл Власти, от которого зависит наша дальнейшая участь. Мы знаем, что после известия о появлении Избранницы Графиня и Баалата преисполнились решимости расправиться с нею. И где же сейчас эта Избранница? Может, это ты где-то ее прячешь? Извини за прямоту, но от ответов на эти вопросы зависят наши жизнь или смерть.

Белая Дама ослепительно улыбнулась, вселяя своей улыбкой спокойствие и уверенность в будущем в сердца своих взволнованных слушательниц.

— Уверяю вас, с Баалатой очень скоро будет покончено раз и навсегда. Я вам это обещаю.

— Чем же подкреплены твои обещания?

Белая Дама воздела в воздух правую руку, и, к всеобщему изумлению, в недрах Попокатепетля раздался глухой гул.

— Слышите! Вулкан сам вам отвечает! В отличие от вас, он не сомневается в моих словах.

— А Избранница?

— Избранница — одна из нас, — не сводя с прекрасных женских лиц взгляда своих голубых глаз, произнесла Белая Дама. — Она стала одиорой, лично предана мне и будет во всем мне покорна.

— А если она не станет подчиняться?

— Вы же меня прекрасно знаете, — вздохнула Белая Дама. — Всем известно, что я никому еще не спускала с рук непослушания или невыполненных обещаний. Неужели вы думаете, что эта девчонка осмелится меня ослушаться?!

В зале воцарилось красноречивое молчание. Оспаривать слова Ледяной Королевы никто не решился.

— И все-таки где Жезл?! — настаивала чернокожая одиора. — Ведь сильнее всех лишь тот, у кого в руках Жезл Власти!

— А ты подчинишься той, у кого будет Жезл? — внезапно воскликнула Кристина Олав, ткнув пальцем прямо в негритянку.

Та покорно опустила голову.

— Вы все подчинитесь той, у кого Жезл? — спросила Кристина у зала, и одиоры согласно закивали.

Тогда Кристина выпрямилась во весь рост и жестом человека, уверенного в победе, подняла руку. В ней был Жезл Власти.

Одни одиоры с мольбой распростерли к нему руки, другие попадали на колени и клялись вечно ему служить, а Кристина продолжила:

— Ко мне притекут все одиоры на свете. Со мной вы победите в последнем и решающем бою. Победа будет за нами!

Теперь уже все одиоры повскакали на ноги и приветствовали оглушительной овацией свою новую королеву, чье восшествие на трон предвещало скорое начало жестокой схватки.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ: ВОЙНА

Как алмаз средь углей воссияет она,И корона ее соблазнит.За ее благосклонность начнется война —Испытание ей предстоит.

И ей будет предложен могущества Жезл —В вековой он вмешается спор:В этом жезле погибель для одиор,Мрак великий для омниор.

Только сердцем Избранница правду поймет,Только сердце подскажет ответ,И победу Избраннице принесетНа грядущие тысячи лет.

Предупреждение Этны

Вечер выдался жарким. На берегу Средиземного моря, у самого подножия Этны, было очень хорошо. В заросшем глициниями саду и в увитой плющом беседке собралась молодежь. Играла музыка, многие обнимались, все что-то пили и развлекались.

Центром всеобщего внимания была без устали танцевавшая, темноволосая и обаятельная пятнадцатилетняя Клаудия. Сквозь звуки рок-н-ролла до нее доносился смех друзей, круживших и вертевших ее в зажигательном танце.

Наконец одурманенная густым ароматом жасмина, она сбилась с такта и взмолилась:

— Все! Хватит! Больше не могу!

Клаудию отпустили, и она картинно упала на сочную, коротко подстриженную траву лужайки с таким видом, будто от танца у нее действительно закружилась голова. На нее смотрели десятки глаз, и она постаралась не плюхнуться на землю, как мешок с картошкой, а опуститься на траву с изяществом умирающего лебедя.

Клаудия никого не видела — глаза ей завязали белой косынкой в красную клеточку. Дело в том, что кружившейся в танце и упавшей на траву девушке отводилась совершенно особая роль в недавно вошедшей в моду среди сицилийской молодежи игре.

— Ты готова? — спросили Клаудию.

— Давайте! — ответила она и нетерпеливо облизнулась.

Приоткрыв губы, она мысленно повторяла свое самое горячее на данный момент желание:

«Хоть бы это был Мауро!»

Если это будет Мауро, она сделает вид, что не узнала его, и потребует вторую попытку, а потом — третью, и так будет целоваться с ним весь вечер…

Вот Клаудия почувствовала на своем лице чье-то дыхание. Молодой человек сопел и нервничал. Потом к ее губам прикоснулись чьи-то холодные, тонкие и совершенно не вкусные губы. Их обладатель не умел целоваться. Мысленно выругав злую судьбу, Клаудия уже хотела укусить неловкого олуха, но вовремя одумалась.

— Романо, — пробормотала она.

Разумеется, она угадала. Кто же еще так неумело целуется, кроме этого маменькиного сыночка, не имеющего ни малейшего представления о женщинах!

Теперь девушка должна была отгадать с завязанными глазами сорт мороженого.

Пока за ним ходили, Клаудия ломала голову над тем, почему ей так не везет в жизни. Почему Мауро еще ни разу ее не поцеловал?! Она же специально пришла на этот день рождения, потому что он тоже был приглашен! На данный момент ее уже облизало несколько прыщавых подростков, а аппетитные губы Марио были так же далеки от нее, как и в начале вечера!

Угадать мороженое не составило для Клаудии ни малейшего труда. Она была великим знатоком итальянского мороженого. Стойло ей лизнуть его один раз, как она тут же говорила, из чего оно сделано.

— Крем-брюле и фисташки!

Тут и отгадывать нечего! Ну и день рождения — мороженое и слюнявые малолетки!

Клаудия уже поднималась с травы, когда раздался голос Мауро. Одного этого звука хватило, чтобы у Клаудии подкосились колени.

— Подожди-ка, — сказал Мауро. — Посмотрим, отгадаешь ли ты, что это такое…

Не в силах пошевелить ни рукой, ни ногой от томления, Клаудия трепетала, представляя себе, как Мауро опускается рядом с ней на колени и склоняется к ее губам. Девушка надеялась, что это очень похоже на прекрасную сцену из ее любимого мультфильма: она — неподвижная и прелестная Спящая Красавица, а Мауро — Прекрасный принц…