Там, где живет любовь - Светлана Алексеева

– Тихо! – выкрикнул следователь и резко повернулся к Марине. – Вы с ума сошли?

Прижавшись к двери, Марина бешено соображала, как теперь быть. Она отчетливо помнила то, что говорила по телефону. Разбираться в аномалиях физиологии и тайнах человеческой психики сейчас было поздно. Что она объяснит милиции, если сама не понимает, что с ней произошло? Оставалось одно: спасти Сергея. Цена вопроса ее не интересовала.

– Да, – решительно ответила Марина и уверенно посмотрела в глаза следователю. – Я сошла с ума. Я сошла с ума от любви. А сейчас раскаиваюсь и прошу прощения за причиненные вам хлопоты.

– Чего-чего? – скривив омерзительную гримасу, переспросил капитан и подошел к ней. – Ты чего мелешь, сучка вежливая?

Глубоко вдохнув, Марина спокойно посмотрела в глаза разъяренного капитана.

– Повторяю: я оговорила человека. Можете меня за это судить. Но я чистосердечно раскаиваюсь и прошу прощения.

– Подробнее, пожалуйста, – подойдя ближе, попросил следователь. Вежливый, галантный, аккуратный, он явно не вписывался в компанию своих развязных сослуживцев.

– Понимаете, – взволнованно начала свой рассказ Марина, – несколько дней назад я познакомилась с Волошиным на банкете. Именно на том банкете, после которого убили Ермакова. Наша встреча была короткой и деловой. После банкета мы отправились на речную прогулку.

– Вдвоем? – поинтересовался Благой.

– Да, вдвоем. К яхт-клубу нас подвез шофер Волошина, Ростик. Все остальное время мы были одни.

– И вы ни на минуту не расставались?

Марина задумалась. Сейчас надо говорить правду. Ложь во благо будет потом.

– Расставались. Но ненадолго. После банкета я поехала домой переодеться. Через час он заехал за мной.

– Во сколько это было? – снова перебил ее следователь.

– Боюсь ошибиться. Но, по-моему, половины первого еще не было. Приблизительно минут пятнадцать, может, двадцать первого.

– Так, продолжим допрос, – пробубнил следователь. – Гражданка Самойленко, рассказывайте о том, что было дальше.

– После того как мы встретились, никуда больше не заезжали и направились в яхт-клуб, кажется, «Юниор». Затем до рассвета катались по Днепру.

– Теперь, исходя из ваших слов, я должен зафиксировать, что у Волошина есть алиби, да? – задумчиво спросил Благой.

– Да, у него алиби! – громко и отчетливо проговорила Марина. – В момент убийства мы были вместе и далеко от города.

– Так какого же хрена ты позвонила сегодня в милицию? Зачем сказала, что именно Волошин убил Ермакова? – взвился капитан.

– Повторяю, все это из-за любви, – тяжело вздохнув, протянула девушка. В голове возник глупый, но очень правдоподобный рассказ. – Я хотела ему отомстить!

– За что? – протянул Благой, удивленно подняв черные широкие брови. На высоком покатом лбу парня застыли тонкие, чуть заметные морщинки.

– Я провела с ним два дня. Верите, мужики, – начала Марина, стараясь вести себя как можно более развязно и глупо, – влюбилась, как девочка! Все для него сделать была готова. Да и он в долгу не оставался. Я из-за него такого ухажера отшила! Век себе не прощу! Мне этот гад, Волошин, в любви вечной клялся. И я поверила. А сегодня утром отвез к дому. Извинился и сказал, что наша встреча была случайной. Ну, не скотина, а?! Поимел и выкинул. А я свою жизнь разбила. Такого магната из-за него выгнала! Пришла я домой, коньячку опрокинула, слезу пустила и такая меня обида разобрала! Ну, думаю, я тебе, сволочь, отдам! Вот и позвонила вам.

– Считай, что тебе это удалось! – так весело, что затрясся живот, заржал капитан. По-видимому, рассказ и манера поведения девушки ему явно понравились. – Теперь он тебя вовек не забудет!

Несколько минут следователь сидел молча. По задумчивому выражению его лица было понятно: он не знает, как поступить дальше. Молчала и Марина. По-хозяйски отодвинув шторы, капитан с товарищем дымили у окна. Было очевидно: ситуация им не нравится.

– Ладно, – наконец отозвался следователь и резко поднялся. – Теперь напишите все, о чем говорили нам, на бумаге. А я на несколько минут отлучусь.

Не дожидаясь ответа, парень скрылся за дверью.

Было понятно, что следователь хотел посоветоваться с кем-то из руководства.

Тяжело вздохнув, женщина встала с кресла и подошла к столу. Застыв у окна, стражи порядка внимательно наблюдали за ней.

– Хорошо. Я все напишу. Вы уж меня простите! Хотите, мужики, я вам водки налью? У меня хорошая есть, финская! – пользуясь отсутствием старшего, предложила Марина. Она изо всех сил хотела понравиться.

– В рабочее время не пьем! – категорически отрезал старший лейтенант.

– А ты нам с собой дай, мы не откажемся! – весело захихикал капитан, беспардонно стряхнув пепел на пол.

– Я сейчас! – взбодрилась молодая женщина. Открыв бар, внимательно посмотрела внутрь.

– О-го-го! – вытаращив глаза, протянул капитан, перед лицом которого выстроилось бесчисленное множество замысловатых заморских бутылок. – А ты, голубушка, хорошо живешь!

– Да уж не жаловалась, пока этого негодяя Волошина не встретила! – подыграла ему Марина. – Выбирайте, мужики, что хотите!

Забыв обо всем на свете, стражи закона застыли возле зеркального отражения дорогих импортных бутылок.

В этот момент в комнату вернулся следователь. По взволнованному выражению его лица было понятно: что-то произошло.

– Ну что, гражданка Самойленко, все написали? – с досадой проговорил он и склонился над женщиной.

– Да, все, – пролепетала Марина и протянула бумагу. – Пожалуйста!

– Эх! – махнув рукой, выдавил Благой. – Привлечь бы вас за такое не помешало!

– Брось ты, Андрюша, пожалей женщину! – расплывшись в хитрой, заговорщической улыбке, призвал капитан и приподнял пакет, наполненный бутылками с дорогими импортными напитками. – Кается она, кается!

Девушка поняла: в этом поединке победительницей вышла она. Об остальном можно позаботиться чуть позже. Главное – не навредить Сергею.

Упаковав еще два увесистых пакета, Марина с облегчением вывела гостей в коридор.

Остановившись возле входной двери, следователь вежливо попрощался и, напыщенно насупив брови, добавил:

– Смотрите, Марина Леонидовна, больше так не поступайте! Завтра вам вручат повестку. Придете в Оболонское управление милиции, кабинет двадцать три.

– Хорошо, хорошо! – протараторила девушка, закрывая двери.

Вернувшись в комнату, Марина устало упала на диван. Что делать дальше, она не знала. Посвящать кого-то в тайны своей психики она не собиралась. Значит, теперь оставалось рассчитывать только на себя. Ну, не звонить же сейчас Сергею, слезно извиняясь за то, что на нее нашло затмение и она нечаянно позвонила в милицию, обвинив его в убийстве друга. Глупости! Но что же все-таки делать? Марина снова задумалась. Наверное, лучше его предупредить, рассказать правду. По крайней мере, это будет честно. А как ему поступать дальше, решит он сам.